Фары выхватили из темноты силуэт — девушка стояла прямо по центру дороги, белое платье развевалось на ветру, будто её только что сбросили с неба. Сергей рванул руль влево, колёса взвыли, мир перевернулся дважды, но машина чудом не перевернулась, застыв на обочине под неестественно яркой луной.
Выбравшись наружу, он огляделся — никого. Асфальт пуст, лишь вдалеке мерцают одинокие огни, до которых километров сто, не меньше. Галлюцинация, — прошептал он, но тут же замолчал, потому что воздух вокруг сгустился, стал тяжёлым, как перед грозой.
Машина не заводилась. Даже стартер не щёлкал — будто кто-то вырвал из неё всю электронику.
Телефон молчал — ни сети, ни даже статики. Только завывающий ветер, и этот проклятый лунный свет, делающий тени слишком чёткими, слишком... живыми.
Он пошёл по трассе, но уже через полчаса понял — дорога петляет странно, будто сворачивает сама в себя. Туман поднялся внезапно, и в нём зашевелились силуэты — высокие, тонкие, без лиц. Они не приближались, но Сергей чувствовал, как они смотрят.
А потом он наткнулся на неё.
Разбитая «Волга» лежала в кювете, двери распахнуты, стёкла выбиты. Внутри — два тела. Двое мужчин в сиденьях, их головы неестественно запрокинуты, рты открыты в последнем крике. А на дороге, метрах в пяти, — она. Девушка в белом.
Труп.
Но когда Сергей подошёл ближе, её пальцы дёрнулись.
Он отпрыгнул, сердце колотилось так, что больно. Это невозможно. Она мёртва — кожа синяя, шея сломана, изо рта струйка засохшей крови. Но её веки дрогнули.
За спиной хрустнула ветка.
Мужчина из «Волги» стоял прямо за ним, его шея была сломана так, что голова болталась на лоскуте кожи.
Глаза — мутные, но он улыбался.
Сергей побежал.
Туман сгущался, дорога вела его обратно — к месту аварии. Снова и снова. Каждый раз «Волга» выглядела хуже: трупы разлагались на глазах,
будто на ускоренной перемотке.
В последний раз, когда он оказался там, дверь «Волги» скрипнула.
Из неё вылезло что-то.
Не мужчина. Не труп.
Костлявое, длинное, с лицом, как у кузнечика — слишком большие глаза, слишком широкий рот. Оно щёлкнуло зубами и бросилось за ним.
Сергей бежал, спотыкаясь о собственные ноги, пока не рухнул в канаву. Последнее, что он помнит — синие огни, крики, и чьи-то руки, тянущие его вверх.
Очнулся Сергей через трое суток.
-Вас нашли в пяти километрах от трассы, — сказал врач. — Обезвоженного, с переохлаждением. Вы три дня были без сознания.
Сергей молчал.
— Вашу машину тоже нашли.
— А... другие? — прохрипел Сергей.
Врач нахмурился.
— Какие другие?
Никаких «Волг». Никаких трупов.
Но когда Сергей вышел из больницы, в кармане куртки лежал смятый билет на автобус «Ленинград—Тверь».
Дата: **12 декабря 1957 года.**
Что это было — он так и не понял.
Но теперь, проезжая 322-й километр, он всегда включает фары на полную.
И никогда не останавливается.