Телефонный разговор лидеров двух мировых держав 19 мая, который длился более двух часов, и заявления Владимира Путина и Дональда Трампа по его итогам показали, что при наличии разночтений у России и США есть общее желание — двигаться в украинском урегулировании вперед. Об этом «Парламентской газете» заявил вице-спикер Совета Федерации Константин Косачев.
- Константин Иосифович, перед разговором с Владимиром Путиным в медиа появлялись вбросы, что Вашингтон в лице Трампа будет вести общение с Москвой, ставя жесткие условия. Что можно сказать об этом после заявлений двух президентов?
- Это был разговор на равных. От Трампа, конечно же, ожидали и даже «загоняли» в позицию, чтобы он вслед за европейцами и Зеленским пошел по пути предъявления России ультиматумов. Могу сделать вывод, что этого точно не произошло. И даже по определению не входило в позицию Трампа.
- Как считаете, что объединяет Россию и США в вопросе украинского урегулирования?
- На мой взгляд, есть взаимная заинтересованность в том, чтобы идти здесь вперед. Если сравнить вектор отношений Россия — Украина или Россия — объединенная Европа, там и в помине нет такого совпадающего намерения. Все мантры с той стороны о немедленном перемирии — это не путь вперед, это желание заморозить ситуацию и откатить ее назад, к ситуации 2022, 2014 или 1991 годов. В контексте же переговоров Путина и Трампа желания возвращаться назад нет, есть намерение двигаться с признанием новых реалий. Да, между Россией и США есть много разночтений, но совпадает вектор движения. И это мне представляется принципиально важным.
- Владимир Путин заявил о готовности России работать с украинской стороной над меморандумом, в который могут войти вопросы прекращения огня и принципы урегулирования. Как прокомментируете?
- Есть подтвержденная с российской стороны готовность положить договоренности на бумагу, урегулировать в конечном итоге конфликт политико-дипломатическим, а не военным путем. Но, как об этом не раз заявлял Президент России, только при условии устранения первопричин конфликта. И это — не запрос, это позиция-минимум для российской стороны. Иначе все остальное теряет смысл.
Мы изначально были обеспокоены целым рядом обстоятельств, которые создавались вокруг России искусственным путем — руками Украины и по воле ее покровителей. И теперь у нас не должно остаться никаких оснований сомневаться в том, что Украина, страны Европы и НАТО не представляют какую-либо угрозу для России — все это должно быть зачищено основательно, должно уйти в прошлое. Надеюсь, что такое урегулирование и будет прописано в меморандуме.
- Трамп заявил, что разговор с Путиным «прошел очень хорошо», что переговоры между Россией и Украиной «начнутся немедленно» и что он сообщил об этом Зеленскому, главе Еврокомиссии фон дер Ляйен, президенту Франции Макрону, премьер-министру Италии Мелони, канцлеру Германии Мерцу и президенту Финляндии Стуббу. Почему он перечислил именно эти фамилии и более никого не упомянул?
- Думаю, связано это с тем, что именно этот перечень лиц — собеседников Трампа пытался загнать его ранее в прокрустово ложе собственного прочтения украинского кризиса. С моей точки зрения, ответные звонки Трампа говорят о том, что он рассказал собеседникам: их попытки не удались. У него сохраняется свое видением первопричин, хода и перспектив урегулирования украинского кризиса. И это очень хорошо — Трамп, как представляется, в понимании ситуации на Украине прошел гораздо дальше, чем руководители любой другой западной страны.