В России сосредоточено солидное количество исправительных учреждений, и подавляющее большинство из них расположено в северной части страны. Климат здесь далеко не райский, да и с транспортной доступностью существуют большие проблемы, поэтому заключенные могут в полной мере прочувствовать всю тяжесть совершенных ими деяний и сознательно вступить на путь исправления, дабы больше никогда не оказаться в этих суровых краях. Многие колонии функционируют на протяжении вот уже долгих десятилетий, но некоторые из них порой попадают под программу оптимизации и расформировываются. Постояльцев перекидывают в соседние лагеря, а закрытое учреждение, некогда вселяющее страх в сердца узников, доживает свой век в гордом одиночестве под строгим надзором охраны и местных жителей поселка, близ которого оно расположено - бывших работников и бывших сидельцев.
Сегодня я предлагаю вам вместе со мной побывать в опустевших и неэксплуатируемых колониях и посмотреть, что же здесь осталось от быта заключенных и от тех инструментов, которые использовались для исправления непослушных граждан, ступивших на кривую дорожку.
Республика Коми. Район, приравненный к Крайнему Северу. В этих местах невероятная красота уживается с суровыми погодными условиями - середина мая, а сугробы здесь и не думают исчезать. Данный край в числе прочих был выбран в свое время советским руководством для размещения здесь исправительных лагерей общего и строгого режимов, а также колоний-поселений.
Сперва заглянем на бывшую режимную территорию колонии строгого режима, расположенную в нескольких сотнях километров от Сыктывкара - столицы республики Коми. Сделать это не так сложно: деревянный забор прогнил и повалился, колючая проволока слетела, вышки пустуют, технические средства охраны демонтированы.
Как положено, первым нас встречает здание администрации. Оно смотрится как дорогая декорация к отечественному фильму. Сложно представить, что когда-то здесь кипела жизнь и вершились судьбы людей.
Однако намеки на это виднеются уже на подходе к зданию. "Внимание! Режимная территория!", - вещает самодельный плакат и кратко предупреждает о последствиях, которые неминуемо ожидают нарушителя строгих запретов.
Внутри деревянное здание не представляет особого интереса - все ценное давно вывезено, а интерьеры под воздействием природы и человека выглядят чуть более, чем уныло.
Однако если покопаться в забытых документах, то еще можно найти много интересного: акт осмотра ШИЗО, жалобу заключенного прокурору на произвол со стороны администрации и памятки, предназначенные для первоходов и их родственников.
В комнатах остались редкие элементы одежды заключенных и предметы мебели, выполненные их же руками.
В не менее печальном состоянии пребывает и здание клуба, где заключенные могли отдохнуть от повседневности.
Внутри осталось множество пустых коробок с логотипом «Почты России» и несколько книг, намекающих на наличие здесь неплохой библиотеки.
Деревянный ШИЗО, о котором шла речь в вышеупомянутом акте, давно демонтирован. Остался лишь страшный металлический коридор, по которому проштрафившиеся заключенные следовали в изолятор для отбывания наказания.
Демонтированы и бараки. Складывается ощущение, что через пару лет от лагеря не останется и следа. Местные жители этому несказанно рады - колония пользовалась дурной репутацией. Она считалась самой опасной на территории республики. Срок здесь отбывали отъявленные рецидивисты, которые вселяли страх даже в сотрудников администрации.
Очень интересно на фоне развалин выглядит церковь, расположенная в центре запретной зоны.
Она была возведена по инициативе осужденных и их же силами. Сруб, внутренняя и внешняя отделка и даже иконы - все это создано без привлечения специалистов с воли. Строительство выполнено без единого гвоздя.
Можно не верить в Бога, но чудеса в этом мире действительно существуют. Через несколько лет после того, как появилась церковь, исчезла зона. Вся та негативная энергия, которая здесь царила, выветрилась практически полностью. Место очистилось. А церковь продолжает стоять. За ее сохранностью следят местные жители, они же являются прихожанами.
Красотой деревянной церкви и ее элементами декора можно любоваться бесконечно долго.
Однако нам пора идти дальше. Давайте осмотрим лагерь с поста караульного на вышке.
Цепляясь за разбросанную повсюду колючую проволоку, все же удается залезть наверх. Отсюда зона выглядит еще более жутко.
Убранство поста довольно аскетичное - ничего, кроме стула, вращающегося на 360 градусов, здесь не осталось. Раньше в будке висели памятки по действиям часового в случае побега заключенных, но сейчас ничего этого уже не осталось.
С жилой частью граничит "промка" - то место, где приговоренные к наказанию трудились на благо родины. Коми - республика бескрайних лесов, поэтому труд многих заключенных связан с лесозаготовкой. Эта колония не являлась исключением.
На промзоне по сей день осталось множество единиц ржавеющей техники, ремонт которой осуществлялся руками зэков. Здесь присутствуют как привычные нам ГАЗы и ЗИЛы, так и неведомые ранее экземпляры тяжелой гусеничной и колесной техники, адаптированной под эксплуатацию в северных условиях.
В бесконечность уходят ржавые рельсы. На них стоят могучие козловые краны и портовый кран. Они предназначены для погрузки и разгрузки леса в промышленных масштабах и оптимальны для работы с лесовозным транспортом.
Краны не используются уже много лет, но по прежнему выглядят готовыми к работе.
Особенно сурово смотрится место машиниста козлового крана. Здесь всего 3 рычага и жесткое сидение, от окон остались лишь небольшие бойницы - все остальное завешано. На деревянной "приборной панели" - маленькая икона.
Оценить масштабы заготовительных работ можно с высоты портового крана. Отсюда все видно как на ладони.
Но не лесом единым жили заключенные, отбывающее наказание на территории республики. Чтобы узнать о другом виде их деятельности, нам придется проехать еще несколько сотен километров и посетить колонию, закрытую несколькими годами позже, а потому пребывающую в чуть более уцелевшем состоянии.
В небольших ее цехах зэки занимались стандартным делом - кройкой и шитьем. Об этом говорит как уцелевший инвентарь,
так и многочисленные заготовки, оставшиеся невостребованными после расформирования колонии.
Но не стоит думать, что контингент здесь был покладистый. На сохранившихся прикроватных табличках под черно-белыми фотографиями мелькают тяжелые статьи и солидные сроки.
В некоторых помещениях все осталось на своих местах. Вплоть до утюга в бытовом уголке и занавесках на шторах.
Сохранились и произведения местного искусства, выполненные руками заключенных, будь то шкатулки для мелочей или оформление красного угла под иконы.
Особо впечатлила библиотека - как ассортиментом, так и царящим порядком на полках.
К большому сожалению, за годы простоя многие книги пришли в негодность. Даже те, которые внешне выглядят нормально, успели пропитаться запахом плесени.
Бараки для заключенных, в отличие от предыдущего лагеря, построены из кирпича, поэтому время на них практически никак не повлияло.
Внутри царит небольшой творческий беспорядок, однако на месте и тумбочки, и прикроватные стульчики, и сами кровати, и даже кресла в комнате для просмотра мотивирующих телепередач.
Особого внимания заслуживают отхожие места. По понятным причинам они не оснащались дверями, а инженерные системы были смонтированы таким образом, чтобы у заключенных не было ни малейшей возможности нарушить их целостность и использовать в своих целях.
Чуть похуже дела обстоят в пищеблоке, но основное его содержимое - котлы, печи и холодильники - пока еще на месте.
На территории также присутствует храм, который особенно эффектно выглядит в лунном свете.
Тройной периметр зоны, несмотря на небольшие прорехи, по сей день смотрится агрессивно.
Того и гляди с вышки окрикнет бдительный часовой и с целью устрашения громко отправит патрон в патронник.
Вместе с колониями пустеют и городки, где когда-то квартировались военнослужащие внутренних войск, а позже сотрудники ФСИН, охранявшие заключенных.
Качество зданий и сооружений практически не отличается от того, что мы видели на территории колоний - строилось все одними руками, быстро, но добротно, на долгие годы эксплуатации.
Присутствуют даже детские площадки, правда и они выполнены по-лагерному.
Назвать условия проживания здесь вольными язык не поворачивается. В городке нет ни магазинов, ни аптек, и уж тем более больниц. Оставшееся здесь жить редкое население вынуждено добираться за продуктами на автомобиле - пешком не дойдешь, вокруг сплошные леса.
Умершие лагеря, умершие поселки... Еще долго они будут напоминать местным жителям о том, что когда-то здесь царили совсем другие порядки, а на огороженной и ощетинившейся колючкой территории и днем, и ночью кипела особая, неведомая многим жизнь.
И проезжающие по железной дороге поезда все еще грустно смотрят на сохранившиеся загоны, в которых раньше под строгим надзором конвоиров толпились заключенные, покорно ожидающие завершения своего очередного этапа...
Спасибо за внимание!
В скором времени вас ждет видеоролик, благодаря которому вы сможете более подробно познакомиться с опустевшими северными зонами.
Не забывайте ставить лайк и подписываться на канал здесь и в телеграмме. Впереди еще очень много интересного. Многие из новых публикаций не отображаются в новостной ленте, поэтому рекомендую иногда заходить на страницу https://dzen.ru/pomoskve , чтобы видеть все обновления!
Поддержать канал «Пешком по Москве» вы можете по ссылке