Свекровь и золовка не пришли на нашу свадьбу, потому что считали меня толстой

- Пора тебя знакомить с моими родственниками, - сказал мне Денис. - Мы уже полгода живем вместе, а все никак не выберемся к маме и сестре.

О Виктории Леонидовне и Даше я только слышала. Мама и сестра моего избранника жили в соседнем районе, но никогда не приходили к нам. Я этому и рада была, потому что морально не была готова знакомиться с родней Дениса.

И к моменту, когда Денис предложил мне пойти в гости к его родственникам, мне было не по себе. Я сильно волновалась и боялась, что не понравлюсь Виктории Леонидовне и Даше.

- Ты не переживай, - сказал Денис. – Все будет хорошо. Я уже позвонил своим, предупредил, что мы в выходные придем в гости.

Я стала готовиться к встрече. Я сделала прическу, подобрала платье, которое было красивым, но в то же время скромным. Не хотелось мне прослыть девицей легкого поведения. По дороге к матери Дениса я старалась собрать мысли в кучу. Я знала, что Виктория Леонидовна – женщина авторитарная. И Даша от нее не отставала. У меня присутствовало осознание того, что совладать с волнением мне будет трудно.

- Мойте руки и за стол садитесь, - с порога стала командовать Виктория Леонидовна.

Денис спокойно реагировал на такое общение. Он уже к немцу привык, как он сам мне сказал раньше.

Сначала мы за столом обсуждали нейтральные темы. Мы поболтали о работе, о друзьях, об увлечениях. Я даже смогла немного расслабиться. Но напряжение выросло в разы в один момент.

- Как тебя там по имени? – спросила у меня Виктория Леонидовна. – Ты не пойми неправильно меня, но я не запоминаю девушек моего сына. Все равно он приводит каждый раз разную, поэтому я не заморачиваюсь.

Я не поняла, о чем идет речь. Денис мне казался однолюбом, таким надежным и преданным. А тут оказалось, что он – бабник.

А еще Даша стала поддакивать матери, говорить о том, как часто ее брат менял девушек.

- Зачем вы врете?! – вскочил в один момент из-за стола Денис. – Почему вы не хотите, чтобы я был счастлив? Вы специально настраиваете Любу против меня, чтобы у нас испортились отношения. Но только у вас не получится ничего, потому что мы друг друга любим.

После этого Денис взял меня за руку, увел из квартиры матери. Потом он долго меня успокаивал, говорил, что мама все придумала.

Я поверила Денису, потому что он никогда мне не давал поводов для ревности.

Через неделю Денису позвонила Виктория Леонидовна. Она сказала, почему так повела себя.

- Твоя Алла такая толстая, что невозможно смотреть на нее, - сказала женщина. – Как ты мог обратить на нее внимание? Нельзя создавать семью с уродиной.

Эти слова мне потом передал Денис. Но при этом он добавил, что считает меня красивой и привлекательной. Я и сама это понимала.

У меня действительно были проблемы с лишним весом. Но я с килограммами боролась, смогла заметно похудеть.

Когда Денис сделал мне предложения, нам нужно было еще раз сходить к его матери и пообщаться, сообщить о свадьбе. Я не представляла, как это мероприятие пройдет.

Ситуацию спасла Валентина Викторовна, бабушка Дениса. Она пригласила нас к себе, а также Викторию Леонидовну и Дашу.

- Не надо слушать клуш этих, - сказала пенсионерка по телефону. – Денис, ты сделал отличный выбор. Мне он нравится.

После слов бабушки я успокоилась, смело пошла к ней в гости. В квартире Валентины Викторовны нас уже ждали мои будущие свекровь и золовка.

Виктория Леонидовна стала высказываться в привычном стиле, дочка поддерживала ее. Денис же спокойно объявил о свадьбе и сказал, что не будет слушать всякие глупости про мою внешность.

- А внешность у Аллы прекрасная, - сказала Валентина Викторовна. – Она – настоящая красавица. И не должны у нее быть только кожа и кости.

Я уходила от бабушки в отличном настроении. И к свадьбе я готовилась с легким сердцем. На праздник Денис пригласил и маму, и сестру, но они не пошли.

- Мы не собираемся смотреть на это уродство, когда оно наденет белое платье, - сказала Виктория Леонидовна. – Кстати, оно еще налезть на нее должно с таким-то габаритами.

После свадьбы Денис вообще перестал общаться с матерью и сестрой. Ему не хотелось, чтобы близкие люди обижали меня.