Стоит признать, что еще относительно недавно во всем мире вина за сексуализированное насилие гораздо чаще возлагалась на жертву, чем на преступника. Даже если жертвой был несовершеннолетний. То есть, лучше сказать, ребенок.
Вы наверняка хоть раз слышали обсуждение какой-нибудь соседской девчонки, которая выглядит старше своего возраста, ярко красится, вызывающе одевается и «провоцирует» мужчин.
Такие разговоры велись и, к сожалению, все еще ведутся, причем осуждению подвергается не тот, кто не в состоянии сдерживать свое либидо при виде подростка, а «созревшая» школьница. Ее могли обвинить и в «разрушении» семьи сексуального партнера. Но не его!
Что еще ироничнее и страшнее – юные и мечтающие о любви девушки (и юноши, разумеется, тоже) гордятся собой, когда начинают интересовать представителей противоположного пола постарше.
Им льстит внимание более опытного, искушенного человека, особенно, если он привлекателен, состоятелен или знаменит (тут вообще практически без шансов на сопротивление). И взрослые этим пользуются.
Обхаживают девочек, чтобы «вырастить себе жену», например, или обучают мальчиков премудростям интимных отношений, чтобы «сделать из них мужчин». И то, и другое – сексуализированное насилие, прикрытое выдуманными оправданиями.
Если взрослый человек видит в ребенке полового партнера, он - педофил. Если он не берет свое силой, а использует разного рода манипуляции, признается в любви и даже делает это как будто искренне, он все еще педофил, только осторожный.
Ведь в нынешние времена уже не прощают 20-летнему парню роман с 14-летней, пусть и взросло выглядящей пассией.
Возможно, конечно, что родители школьницы не захотят скандала и вместо отдела полиции отправят этого парня в ЗАГС (в случае беременности, допустим), подписав соответствующее согласие… Но кем они при этом будут? Группой поддержки насильника или покровителями слишком юной, но все-таки любви?
Планомерное подчинение: что такое груминг
Минимальный возраст согласия на сексуальные отношения установлен в Анголе и на Филиппинских островах – 12 лет. Примерно, как пару сотен лет назад в Европе.
Впрочем, если сдвинуться во времени чуть дальше, можно узнать, что изнасилование женщины когда-то вообще не считалось преступлением. На него мог дать согласие отец – будущему жениху, которого он сам выбрал. Мнение невесты никого не интересовало.
В некоторых частях света эти устои сохранились по сей день, и 13-летних девочек законно выдают замуж. В России сегодня возраст согласия составляет 16 лет. Но и в этом возрасте очень многие девушки и юноши не знают, как противостоять нарушению личных границ и насилию.
Эти слабые места и используют манипуляторы, которые занимаются грумингом. Нет, это не про стрижку собачки, а про форму сексуализированного насилия через создание эмоциональной привязанности.
Ребенок не осознает, что его методично готовят к сексуальной близости, а педофилу это на руку. Он вроде бы никого и не заставляет, и в итоге все происходит «по обоюдному согласию».
Насильники не стесняются потом оправдываться – это его соблазнила коварная Лолита, жизнь разрушила, и теперь придется сидеть из-за нее в тюрьме! Очередная манипуляция с целью обвинить жертву.
Удивительно, но иногда срабатывает. Но не в последние годы, когда к вопросу прикованы как никогда напряженные взгляды активистов, правоохранителей и организаций здравоохранения.
Грумингом занимаются обезьяны, когда вычесывают друг друга. И это социальное взаимодействие, а не гигиеническая процедура. Таким же «социальным поглаживанием» насильники усыпляют бдительность и устанавливают доверительные отношения с малолетней жертвой.
Со стороны это порой выглядит как теплая дружба, не всегда родители замечают, как на их глазах какой-нибудь друг семьи заманивает в ловушку их дочь. И да, в большинстве случаев это не случайные знакомые, а родственники, учителя, вожатые, тренеры – люди из близкого окружения.
А бывает, что и чужак вторгается, например, в социальных сетях – ставит лайки, пишет комментарии, начинает личное общение, нередко поначалу скрывает свой возраст, а потом «надеется, что разница в 20 лет не станет препятствием для любви».
Дети соглашаются сами
В ряде случаев очень сложно убедить ребенка, даже спустя годы, что он подвергся сексуализированному насилию. Они верят, что фразы вроде «ты очень умная и мудрая для своего возраста» произносятся искренне. В их глазах не взрослый растлитель, а покоренный кавалер, с которым у тебя «особая связь».
Мальчики и девочки не замечают, как первый интерес перерастает в дружбу, как появляются общие секреты, как подключаются прикосновения, затем более тесный контакт. Зачастую окрыленные вниманием они сами инициируют секс.
Но не потому, что готовы к нему и хотят его, а потому что уже находятся во власти насильника, боятся потерять чувство избранности, боятся разочаровать и разонравиться. Зрелому человеку ничего не стоит соблазнение неопытного ребенка, даже вполне самостоятельного и эмоционального подростка.
Некоторые растлители особенно осторожны. Они прекрасно осознают, что тяга к юному телу уголовно наказуема, что малейшая ошибка может стоить им свободы. И они не переходят к интимной близости быстро, а дожидаются наступления возраста согласия или даже совершеннолетия.
Но то, что 18-летняя девушка начинает роман с 40-летним соседом, только по закону остается нормой, на деле это может быть многолетняя история груминга. Идентифицировать это насилие крайне трудно. И никто уже, скорее всего, уже не обратится в полицию.
Как распознать груминг
Все начинается совершенно невинно. С персональных знаков внимания, якобы случайной беседы наедине, похвалы, читающегося между строк комплимента. Манипулятор превозносит жертву, создавая ощущение значимости, такого важного для подростков.
Однажды взрослый предложит хранить их «особые отношения» в тайне, чтобы другие дети не завидовали, чтобы никто не понял их «неправильно». И дальше по вышеописанному сценарию. Пострадать от груминга может абсолютно любой ребенок, все зависит от качества манипуляций.
Исследования американской организации RAINN (Rape, Abuse & Incest National Network) говорят, что с сексуализированным насилием со стороны взрослых сталкивается одна из девяти девочек и один из 53 мальчиков.
Проявляется насильник наиболее ярко, если жертва решает прекратить связь. Он чувствует, что сам оказывается в уязвимом положении, боится быть раскрытым, а потому делает все, чтобы продлить отношения. В ход идут шантаж, угрозы рассказать родителям, учителям, друзьям, опозорить.
Еще вариант – воззвать к милосердию, жалости, ведь теперь взрослому грозит опасность, тюрьма! Третий способ – сбить самооценку ниже предела, обвинив в соблазнении или обмане. Это ты спровоцировала взрослого мужчину, ты сама хотела, а теперь разбиваешь ему сердце и вот-вот разрушишь ему жизнь!
В реальной жизни грумингу подвергаются чаще старшие школьники, жертвами кибергруминга становятся подростки от 12 до 15 лет, в подавляющем большинстве девочки.
Педофилы не всегда ведут скрытный образ жизни
Все чаще в прессе гремят истории о сексуальном насилии, объективизации и эксплуатации женщин и мужчин, в которых фигурируют знаменитости. На американского рэпера Шона Комбса, известного как P. Diddy, обрушились десятки обвинений в груминге и насилии.
Российского рэпера Oxxxymiron* назвали растлителем и манипулятором его бывшие поклонницы. В случае с Мироном Федоровым, так зовут исполнителя, все начиналось как раз с долгих переписок в соцсетях.
Представьте себе, вы учитесь в школе, и вдруг кумир, на концерте которого вы только что побывали, присылает сообщение! Кто в такой ситуации скажет 23-летнему (на тот момент) парню, что он действует противоправно? Только очень осведомленный, подготовленный подросток. Другие клюнут.
В 2018 году на экраны вышел фильм «Рассказ» режиссера Дженнифер Фокс. В нем она поведала свою историю груминга. Картина начинается с того, что уже пожилая мама состоявшейся журналистки находит ее школьное эссе.
В нем девочка пишет об отношениях с парой тренеров, мужчиной и женщиной, об их пресловутой «особой связи». Лента рассказывает о том, каково это – во взрослом возрасте осознать, что твоя первая любовь была на самом деле хладнокровным насилием.
Она о том, как психика защищается от принятия жуткой мысли: «Я жертва». Как она блокирует некомфортные воспоминания, как тело реагирует на стресс в момент психологической защиты.
«Рассказ» демонстрирует, как пережитое насилие меняет жизнь человека, формирует его, закрепляет негативные паттерны и мешает счастью. Важно признать и проработать травму, чтобы двигаться дальше и быть свободным.
Очень многие пострадавшие от груминга и насилия никому не рассказывают об этом опыте, винят себя в случившемся, замыкаются, стыдятся. Они еще не знают, что жертва не контролирует ничего. Ничего. Им легче похоронить боль в закоулках памяти, лишь бы не признавать факт жестокого обращения.
Как защитить ребенка от сексуализированного насилия
В первую очередь, сокрытию преступлений помогает табуирование темы секс-насилия и секса вообще.
Если проявления телесности в семье считаются постыдными, если девочке повторяют: «Только попробуй принести в подоле!», если мальчика приучают называть девушек в коротких юбках проститутками, формируется нездоровое восприятие тела и сексуальных отношений.
Именно родители должны открыто обсуждать с детьми их возрастные изменения, этапы взросления, тонкости общения с противоположным полом. В идеале – поддерживать эту тенденцию в школе. Ведь нередко учителя стыдят перестаравшихся с макияжем девочек при всем классе.
Мамы и папы и другие значимые взрослые закладывают в молодое поколение такие важные качества, как уважение к чужим и собственным границам, это начинается еще в раннем детстве с «правила трусиков», а заканчивается обсуждением возраста согласия, ответственности и прочих аспектов зрелых взаимодействий.
Табу на сексуальность, а это часть природы человека, приводит как минимум к тайнам у детей. Они будут входить в мир взрослых путем болезненных проб и ошибок.
В худших случаях молодые люди подвергаются харассменту, грумингу, насилию, не умея с ними бороться и говорить «нет». За травмами следуют деструктивные связи, зависимости, селфхарм и суицидальное поведение.
Доверие между родителями и ребенком, безопасное пространство в доме и ощущение защищенности, понимание, что старшие всегда на твоей стороне – все это снижает риски.
Дети не должны бояться наказания, если подвергнутся насилию. Они должны знать, что всегда, что бы ни случилось, они могут прийти к отцу и матери за советом или за помощью.
* — признан физлицом-иноагентом на территории РФ.