После перевода в послеродовую палату на первом осмотре врач сказала мне: «Смотрите. На 3 сутки сдаем анализы. На 6 сутки - контроль. Если все хорошо, то на 7 сутки отдаю вас мужу».
Я не была настроена на такое длительное пребывание. В других роддомах после кесарева сечения выписывают уже на 4-5 сутки, если нет никаких проблем.
Впоследствии я поняла, что задержаться в роддоме подольше - не самый плохой вариант. Потому что после операции высокий риск осложнений и нужен тщательный контроль. У меня на 2 сутки на месте шва вылезла гематома - большая фиолетовая припухлость. Хотя она сама по себе не болела, но замедляла заживление раны. На 7 сутки прямо перед выпиской пришлось вскрывать ее, давить на живот и откачивать кр…ь. Вот это было, мягко говоря, неприятно. А шов от кесарева сняли только на 9 сутки. Я тогда специально приезжала в роддом уже после выписки.
Еще в роддоме проходишь восстанавливающие процедуры (например, я пару дней прикладывала к животу магнит) и принимаешь нужные лекарства. Здесь выдают все необходимое, а дома пришлось бы покупать самостоятельно.
Как я писала в предыдущем посте, атмосфера в послеродовом отделении была намного лучше, чем в отделении патологии. Персонал в основном - женщины молодого и среднего возраста. Обращались вежливо и со мной, и с ребенком, отвечали на все вопросы, помогали с уходом.
Что реально облегчало жизнь, так это детский пост. Можно было оставить там ребенка на какое-то время, чтобы решить свои вопросы: сходить в столовую, на процедуры, в буфет или аптеку. Причем никто не спрашивал, куда ты идешь и на сколько. Знаю, что некоторые мамы злоупотребляли этим и бегали курить на улицу.
Повезло мне и с соседкой по палате. Мы жили вчетвером (я, она и наши детки) в просторной 3-местной палате. Малыши наши родились в один день, только у меня в полпервого ночи, а у нее в 23 часа ночи. Оба малыша были спокойными: хорошо кушали и много спали. Мы могли с соседкой и ночью более-менее нормально поспать, и в душ сходить, и пообщаться. А в соседних палатах я слышала деток, которые могли сутками орать и изводить своих мам.
До выписки нам больше никого не подселяли. Меня выписали на сутки позже соседки, и последнюю ночь мы с малышкой провели одни.
Теперь о плохом. Было очень много мероприятий для роженицы и ребенка: то осмотры врачей, то анализы, то обследования. С одной стороны, это важно. Но несколько процедур ставили на одно и то же время! Или ставили всем мамочкам отделения одновременно, из-за чего приходилось простаивать в очередях по 1-1,5 часа. Также часто могли дернуть во время завтрака/обеда/ужина (а на посещение столовой выделялось всего 20 минут - не успел, остался голодным). Я один раз попросила работницу столовой отставить мою порцию, чтобы я могла прийти поесть чуть позже. На что получила грубый отказ в духе: «Это твои проблемы».
Огорчало, что время раздачи смеси для ребенка было раз в 3 часа. При смешанном вскармливании это проблема, т к новорожденный ест часто и понемногу, режима как такового нет. А смесь можно съесть только в течение часа, она быстро портится. Мы много раз оставались голодными: своего молока мне не хватало (оно запаздывало, поскольку у меня было кесарево), а смеси было вечно не дождаться.
На 5 сутки у меня прибавилось грудного молока, и жить стало полегче. Тогда мы смесь уже почти не ели.
Самым сложным оказалось восстановление после кесарева. Первые 3 суток жутко болел живот. Особенно, если долго провела время в одной позе, например, после сна. Без обезболивающих жить было невозможно. Я как-то пропустила один укол во время обеда, думала, вытерплю. Оказалось, это настолько больно, что слезы наворачиваются. На 4 сутки стало легче. А на 7 сутки боль почти полностью ушла.
Очень помогал послеоперационный бандаж (в виде растегивающихся трусиков, а не стандартный в виде пояса). Жаль, я такой сразу не купила. Мне его привезли ближе к выписке.
Формально в роддоме в послеродовом отделении было запрещено принимать посетителей. Это было доступно только тем, кто попал в палату семейного типа. Но меня пару раз отпустили - спасибо акушерочкам. Я смогла встретиться с мужем, и это придало мне сил, подняло настроение.
В роддоме я жила в состоянии эмоциональных качелей. То мне казалось, что здесь концлагерь, и хотелось, чтобы все оставили нас с малышкой в покое. То я испытывала благодарность от того, сколько всего для нас с малышкой делали врачи и медсестры. Сейчас, взвесив все плюсы и минусы, могу сказать, что снова пошла бы рожать в РНПЦ «Мать и Дитя».