Найти в Дзене
Знаки судьбы

Кукла-марионетка.

Меня зовут Элис, и я шью кукол. Не просто кукол, а марионеток. Каждая моя кукла - произведение искусства, с вылепленными вручную лицами и тщательно подобранными нарядами. Они словно живые, только вместо крови - опилки, а вместо души - нити, тянущиеся к моим пальцам. Одной из моих последних работ была кукла по имени Эмилия. Бледное лицо, большие грустные глаза и длинные черные волосы. Она выглядела точь-в-точь как моя младшая сестра, которая умерла много лет назад. Я не планировала этого, просто так получилось. Странности начались вскоре после того, как я закончила Эмилию. Сначала это были тихие шорохи в мастерской. Я думала, что это мыши, но звуки были слишком отчетливыми, словно кто-то ходил по полу босыми ногами. Потом я начала замечать, что кукла меняет положение. Она могла сидеть на стуле, а через час стоять возле окна. Я списывала все на усталость и игру воображения. Однажды ночью я проснулась от холода. В комнате было темно, только лунный свет проникал сквозь шторы. Я попыт

Меня зовут Элис, и я шью кукол. Не просто кукол, а марионеток. Каждая моя кукла - произведение искусства, с вылепленными вручную лицами и тщательно подобранными нарядами. Они словно живые, только вместо крови - опилки, а вместо души - нити, тянущиеся к моим пальцам.

Одной из моих последних работ была кукла по имени Эмилия. Бледное лицо, большие грустные глаза и длинные черные волосы. Она выглядела точь-в-точь как моя младшая сестра, которая умерла много лет назад. Я не планировала этого, просто так получилось.

Странности начались вскоре после того, как я закончила Эмилию. Сначала это были тихие шорохи в мастерской. Я думала, что это мыши, но звуки были слишком отчетливыми, словно кто-то ходил по полу босыми ногами.

Потом я начала замечать, что кукла меняет положение. Она могла сидеть на стуле, а через час стоять возле окна. Я списывала все на усталость и игру воображения.

Однажды ночью я проснулась от холода. В комнате было темно, только лунный свет проникал сквозь шторы. Я попыталась заснуть, но не смогла. Что-то не давало мне покоя.

Я открыла глаза и увидела ее. Эмилия стояла возле моей кровати. Она смотрела на меня своими большими грустными глазами.

Я закричала.

Кукла не двинулась с места. Просто стояла и смотрела.

Я включила свет. Эмилии не было.

Я подумала, что это был сон. Но на полу возле кровати лежал один из нитей, которыми я управляла куклой.

С этого момента моя жизнь превратилась в кошмар. Эмилия появлялась везде. В ванной, на кухне, в гостиной. Она просто стояла и смотрела.

Я попыталась избавиться от нее. Выбросила ее в мусорный бак, сожгла в печи, утопила в реке. Но она всегда возвращалась.

Однажды я нашла ее сидящей за моим швейным столом. Она держала в руках мои ножницы.

Я поняла, что она хочет. Она хочет быть как я. Она хочет управлять.

Я попыталась забрать ножницы, но она схватила меня за руку. Ее пальцы были ледяными, а хватка стальной.

Она порезала меня. Неглубоко, но достаточно, чтобы увидеть кровь.

Тогда я поняла. Эмилия хочет мою кровь. Она хочет мою жизнь.

Я решила, что должна ее уничтожить. Раз и навсегда.

Я заперлась в мастерской и начала разбирать ее на части. Оторвала ей руки, ноги, голову. Разорвала ее набивку.

Я думала, что победила.

Но я ошибалась.

Когда я закончила, я увидела, что части куклы начали двигаться сами по себе. Руки ползали по полу, ноги дергались в конвульсиях, а голова вращалась, глядя на меня своими пустыми глазницами.

Они начали приближаться ко мне.

Я попыталась убежать, но было слишком поздно.

Руки схватили меня за ноги. Ноги вцепились в мои волосы. Голова повисла передо мной, шепча: “Мы будем вместе. Навсегда”.

Они начали вшивать меня в куклу.

Иглы пронзали мою кожу, нити стягивали мои мышцы. Я чувствовала, как мои кости ломаются, а кровь льется ручьем.

Я кричала, но никто не слышал.

Постепенно я превращалась в куклу. Мои конечности стали деревянными, мои глаза стеклянными. Моя душа угасала.

И вот теперь я здесь. Кукла-марионетка, живущая в мастерской.

Я смотрю на мир через пустые глазницы и чувствую, как нити дергают мое тело.

Я больше не Элис. Я - Эмилия.

И я жду. Я жду новую жертву. Я жду новую душу, которую можно вшить в куклу.