Вера после работы еле волочила ноги. Готовить совсем не хотелось, но Лизку кормить надо. Купила упаковку гречневой лапши и куриные сосиски. Дочь с детства их обожала. Еще взяла литр молока и половинку ржаного хлеба.
У кассы образовалась крошечная очередь. Перед Верой стоял здоровенный мужик в потертой джинсовой куртке и нелепой шапке-ушанке с оторванной завязкой. "Ну и вид! Вроде не алкаш какой, а шапка как с помойки. Жена, наверное, рукадельница. Специально, чтобы другие бабы не заглядывались. Интересно, какое у него лицо. Наверное, как у плюшевого мишки – доброе и бесхитростное", – размышляла она, сверля взглядом эту дурацкую шапку, будто та была виновата во всех ее бедах.
Мужик почувствовал ее прожигающий взгляд, обернулся. Вера тут же отвела глаза. "Не, вроде нормальный мужик. И взгляд не тупой", – подумала она чуть более снисходительно. Он снова повернулся к ней.
– Знаете, если так смотреть, дыра в затылке появится, – сказал он с усмешкой.
– Да уж, очень интересно на вас смотреть. Прямо загляденье, – буркнула Вера, закатив глаза.
Очередь двигалась со скоростью ленивца. Внутри у Веры закипало раздражение. И шапка эта… Хотелось бросить все продукты и убежать, но ближайший магазин – в другом квартале. "Вечно так: мужик у кассы – считай, пропащий вечер. Сейчас начнет мелочь выковыривать: "Дайте мне "Беломор", только чтобы фильтр не сильно желтый был". – Вера мысленно передразнила его интонацию. – "А потом будет кошелек искать в потайном кармане. Нет, чтобы заранее все приготовить…" – она демонстративно вздохнула.
Как назло, так и вышло. Мужик задрал куртку и начал копаться в карманах вылинявших джинсов. Вера громко и нарочито вздохнула во второй раз.
– Что, очень торопитесь? Проходите вперед, – сказал "Ушанка", оглянувшись.
Он отошел в сторону, уступая ей место. Вера пожала плечами и заняла его позицию у ленты. Мужик, наконец, выудил нужную сумму, расплатился за свой скромный набор продуктов и отошел к выходу.
Настала очередь Веры. Кассир пробивала продукты, а она судорожно искала в сумке банковскую карту.
– Женщина, ну побыстрее можно? Деньги заранее надо готовить! – недовольно гаркнул кто-то из очереди.
– Карточку потеряла? – съязвил "Ушанка" из угла.
Вера его проигнорировала, продолжая рыться в сумке.
– Я заплачу, – предложил "Ушанка" кассиру.
– Не надо! – воскликнула покрасневшая Вера. – Нашла! Извините… – Она приложила карту к терминалу, радуясь, что все-таки отыскала ее.
Быстро покидав продукты в пакет, она пулей вылетела из магазина. "Что со мной? Прицепилась к этой идиотской шапке. Нравится – пусть носит. Злая стала, как цепная собака", – ругала себя Вера по дороге домой.
"Все из-за Лехи… И ведь жили как люди. Или мне только казалось? Сбежал к студентке, забеременела она от него. Решил быть честным, женился на ней. А дочка без отца – это ничего? А мне скоро сорок… Сорок! Боже мой, как много…
Квартиру оставил Лизке, откупился. И на том спасибо. Почему мы, женщины, от них страдаем? И у всех одна и та же история. Один из ста не изменяет, или делает это так, чтобы никто не узнал. В сорок им подавай молоденьких. А нам что делать?" – вела бесконечный внутренний диалог Вера, сдерживая слезы.
Она вошла в подъезд и нажала кнопку вызова лифта. Кабина со скрипом остановилась, двери открылись, и оттуда вывалился помятый мужичок с перегаром. Вера зашла внутрь и поморщилась. В лифте стоял запах дешевых сигарет и несвежего пива, что вызвало новую волну раздражения. "Все они такие – пьют, гуляют… Ненавижу".
Лифт дернулся и остановился на ее этаже. Вера подошла к двери и долго искала ключи в кармане пальто. Они цеплялись за перчатки, грозясь уронить их на грязный пол. Вера засовывала перчатки обратно, снова пыталась достать ключи. Наконец, она отперла дверь…
Лиза сидела за столом в своей комнате и делала уроки. Она подняла голову от учебника и посмотрела на мать. Вера заметила в глазах дочери то ли пренебрежение, то ли раздражение.
– Мам, мне деньги нужны на экскурсию. В субботу едем в музей, – заявила Лиза тоном, не терпящим возражений.
– Сейчас ужин приготовлю, – уклончиво ответила Вера и прошла на кухню.
"Опять деньги… А я их что, печатаю? Зарплата одна. Квартиру оплатить, продукты купить… На каждой копейке приходится экономить", – Вера наливала воду в кастрюлю, жалуясь невидимому слушателю на несправедливость жизни.
– Мам, что насчет экскурсии? – Лиза стояла в дверях с книгой в руке, заложив страницу закладкой.
– Завтра сниму в банкомате, – вздохнула Вера, не поворачиваясь к дочери.
Удовлетворенная ответом, Лиза испарилась из кухни.
"Посмотрим, надолго ли его хватит… Молодой и красивой она не вечно будет. Родит, располнеет, станет за собой следить некогда… А он, между прочим, не мальчик, уже сорок с хвостиком. Так ему и надо. Внуков пора ждать, а ему детей захотелось… Господи, что я все о нем да о нем? Много чести!" – оборвала себя Вера.
После ужина она села за компьютер и включила настольную лампу. В ней что-то зажужжало, щелкнуло, и лампочка погасла. "Ну вот, все как назло. Неделю назад только купила. Да что за день!" Вера попыталась поменять лампочку, но безрезультатно. "Завтра зайду в магазин и попробую обменять. Только бы чек найти". Но чек, как назло, пропал.
На следующий день, после работы, Вера забежала домой, схватила настольную лампу и пошла в магазин электротоваров через дорогу. Лампа была довольно тяжелая. Хорошо, что идти недалеко.
На крыльце перед входом стоял тот самый мужик в ушанке и курил. Вера бросила на него откровенно презрительный взгляд и вошла в пустой магазин.
"Ушанка" вошел следом за ней и встал за прилавок. Поймав удивленный взгляд Веры, он ухмыльнулся.
– Вот. Купила у вас на прошлой неделе, – сказала Вера сердито, выставляя крайнюю степень раздражения.
Она поставила настольную лампу на прилавок.
– Чек сохранили? – невозмутимо спросил "Ушанка". – Неудивительно, что у вас мужа нет. С таким-то характером, – заметил он.
– С чего вы взяли, что нет? – Вера задохнулась от возмущения.
– Если бы у вас был муж, он сам принес бы лампу или починил её, – выдал чудеса проницательности мужик.
– Он занят. Диссертацию пишет, – не растерялась Вера. – Чека нет. Заменить, значит, нельзя? Мне сломанная лампа не нужна. – Вера повернулась и направилась к двери.
– Скажите адрес, я починю и занесу вам её. Или завтра сами зайдите, – окликнул ее "Ушанка".
– Буду я её таскать туда-сюда. – Вера оглянулась от двери. - Дом через дорогу напротив. Квартира двадцать семь. – Вера сердито толкнула дверь.
"Надо же… Оказывается, я у него лампу покупала. Не узнала. Тогда без этой ужасной шапки был. А глаза умные. И приличный вроде", – думала она по дороге домой, радуясь, что лампу он отремонтирует. Бесплатно.
В прихожей она долго разглядывала себя в зеркало. Пальто надвинуто на глаза, взгляд тоскливый и потухший, губы поджаты. Вся какая-то скомканная, серая. И никто на работе не сказал, что она выглядит ужасно. Вот она, женская солидарность.
"Сама виновата, что Леха на другую засмотрелся. Она-то точно следит за собой. Ногти, наверное, по пять сантиметров, каблуки высоченные… Такие нравятся мужчинам. А я из джинсов не вылезаю. Все. Хватит. Пора привести себя в порядок. Назло ему. Пусть думает, что у меня тоже кто-то есть".
На следующее утро Вера надела платье, слегка подкрасила ресницы. Лиза окинула ее удивленным взглядом.
– Давно бы так. Еще бы прическу сменить.
Вера оглянулась на дочь.
– И глаза сияют. На горизонте появился мужчина? – поддела Лиза.
– Никто не появился. Для себя. – Вера повертела головой перед зеркалом. – Может, и правда, постричься?
На работе все заметили перемены и щедро одаривали комплиментами. Настроение поползло вверх.
Дома она надела спортивные штаны и футболку вместо привычного халата. Почистила картошку. Леха не переносил ни лук, ни чеснок. Теперь она понимала, почему – боялся, что изо рта будет пахнуть. Как же, его "нимфа" питалась, наверное, солнечным светом.
Вера порезала лук. Вскоре по квартире поплыл ароматный запах жареной картошки с луком. Лиза тут же прибежала на кухню.
– По какому поводу праздник?
– Просто так. Включи стиралку, пожалуйста. И не забудь положить капсулу, – ответила Вера, доставая из холодильника банку соленых помидоров.
Когда картошка доходила под крышкой, в дверь позвонили. На пороге стоял продавец из магазина электроники. На этот раз без ушанки. Вера в первую секунду даже не узнала его. Догадалась по настольной лампе в руках.
– Это вы? – удивилась она.
– Здравствуйте. Лампу починил, работает. – Он протянул ей настольную лампу.
Вера заметила, что он сглотнул, а взгляд его метнулся за ее спину, в сторону кухни.
– Проходите. У меня ужин готов. Надо же вас отблагодарить.
Мужчина не стал отнекиваться. Вошел и разделся.
– Где можно руки помыть?
– В ванной. – Вера включила свет, открыла дверь и отшатнулась. Весь пол был залит мыльной водой.
– Так, отойдите в сторону. – Мужчина закатал штанины, снял носки и босиком зашел в ванную, перекрыл краны под раковиной. – Ведро и тряпку давай, – скомандовал он.
Вера тут же подала ведро, принесла из комнаты старую простынь, разорвала ее. Они вдвоем быстро убрали воду с пола.
– Соседи не пришли, значит, вода не успела к ним протечь. Скорее всего, лопнул шланг. Сейчас позвоню знакомому, он как раз занимается ремонтом стиралок…
"Ушанка" говорил по телефону, а Вера разглядывала его, думая, как хорошо, что он пришел именно сейчас.
– Все. Завтра друг подъедет и посмотрит, – доложил "Ушанка", убирая в карман телефон.
– Спасибо, – улыбнулась Вера.
– Вы сейчас совсем другая. У вас красивая улыбка. Меня Артемом зовут. А шапку мама связала, это подарок, – ответил он, вытирая руки полотенцем и не сводя с Веры глаз.
– Вера, – она забрала полотенце и повесила на крючок.
– Тысячу лет не ел жареную картошку с солеными помидорами, – говорил Артем с набитым ртом, уплетая картошку.
– Жена вас одним стейком кормит? – спросила Лиза, бесцеремонно разглядывая гостя.
– Жены нет. Женился по глупости, через год развелись. Не сошлись характерами.
– А кто же вам шапку связал? – невольно вырвалось у Веры.
– Шапку? – переспросил Артем. – А… Мама. Это память о ней. Она умерла прошлой осенью.
– Простите, – Вера переглянулась с дочерью.
Когда Лиза ушла в свою комнату, Вера убрала посуду и села напротив, стряхнула со стола невидимые крошки.
– Отец Лизы бросил вас? – спросил Артем.
– Да. Ушел к молодой. У них скоро будет ребенок, – зачем-то сказала Вера.
– Вы тоже совсем еще молодая, – заметил Артем, вставая из-за стола. – Мне пора. Спасибо за ужин. И не забудьте, завтра к вам придет мастер.
Вера проводила его, вымыла посуду и села к телевизору, но на экран не смотрела. Она думала о том, что Леха не решил бы проблему так быстро. Сказал бы, что нужно вызвать мастера, и подразумевал, что это должна сделать она. А уж убирать воду с пола – тем более.
"Все они вначале стараются, показывают себя с лучшей стороны. Помогают, цветы дарят. И куда все потом девается? Будут лежать на диване перед телевизором. Ни внимания, ни помощи. А когда надоест лежать, пойдут на сторону. И этот со временем таким же станет. Нет уж. Никогда больше в моей жизни не будет мужиков. Одни проблемы".
Ночью она долго не могла заснуть. Постель казалась холодной и неудобной. Вера уткнулась в подушку и тихонько поскуливала, жалея себя, ругая неверного Леху.
За окном стоял последний месяц зимы – ветреный и снежный. Скоро весна, лето… Как-то Вера стояла у окна и мечтала о море, об отпуске и солнце. И вдруг заметила, что в окне маленького магазинчика электротоваров темно.
"Заболел или что-то случилось? – забеспокоилась она, и тут же вздрогнула от неожиданного звонка. – Лиза? У нее свои ключи есть". Вера в прихожей посмотрелась в зеркало, поправила футболку и только тогда открыла дверь. На пороге стоял Артем, без шапки и с букетом тюльпанов.
Вера не ожидала, что так обрадуется. Сердце затрепетало в груди, щеки залил румянец, а ладони вспотели.
– Зашел спросить, нужна ли помощь. Это вам. – Он протянул букет.
– Спасибо, – Вера улыбнулась и бережно взяла цветы.
Она пригласила его войти, а сама пошла на кухню с букетом. Как же все-таки цветы на столе преображают квартиру! Вера не могла вспомнить, когда Леха дарил ей цветы в последний раз. Букет от коллег на день рождения не считается.
– Чай? У меня есть борщ, – предложила Вера Артему, когда тот вошел в кухню.
Он не успел ответить, потому что в гостиной раздался грохот. Они вбежали в комнату и увидели на полу рухнувшую полку с книгами.
– Сколько раз говорила Лехе, что один шуруп разболтался… – сказала Вера раздраженно и растерянно. – Как вы приходите, так сразу что-то ломается.
– Есть инструменты? Сейчас починю, – не обратив внимания на ее последнее замечание, сказал Артем.
После бурной и теплой весны наступило долгожданное лето. По перрону вокзала Артем катил большой чемодан на колесах. На его плече болталась спортивная сумка. Рядом шла Вера в красивом цветастом платье. Ветерок трепал ее распущенные волосы. Лиза вышагивала рядом, радостно и возбужденно щебетала о том, что нужно обязательно найти дом у самого моря…
Что женщина все может сама, ей не нужен мужчина – это неправда, бред и самообман. Просто не встретила она еще своего человека. Как же приятно быть просто женщиной, любимой и счастливой.
Когда женщину предает мужчина, она перестает быть собой, окружает себя бронёй, становится колючей. Боится, что ее предадут вновь. Но вот появляется он, тот, кто увидит в ней прекрасную женщину и завоюет её.
"Семья – это компас, который направляет нас. Это вдохновение для достижения больших высот и наш комфорт, когда мы иногда терпим неудачи." – Брэд Генри