Есть в Петербурге между престижной Фонтанкой и когда-то непрестижным Обводным каналом удивительное место. Чертова дюжина Красноармейских улиц. Здесь заблудятся даже совсем не суеверные люди.
Хорошо ли быть обывателем? Не спешите с ответом. В век ипотек каждый хочет быть обывателем, ведь это владелец собственной недвижимости. По крайней мере, именно таким было значение этого слова в Российской Империи. Но такое счастье выпадало не всем. В Петербурге вплоть до последних окутанных горчичным дымом первой мировой войны лет империи не было такой юридической формы собственности, как квартира. Либо весь дом, либо ничего. Земля в любой столице стоит дорого, поэтому обыватель - это звучит гордо. А остальные, даже весьма обеспеченные люди жильё снимали.
Говорят, ещё член Лондонского королевского общества, принятый туда лично Исааком Ньютоном, Александр Данилович Меншиков не брезговал зарабатывать сдачей внаём домов, построенных по его приказу солдатами. Кстати, и сами солдаты часто жили на съёмном жилье. Например, солдаты Измайловского лейб-гвардии полка.
Но добрая матушка бравых брюнетов (блондинов и рыжих в Измайловцы просто не брали) Анна Иоановна подумала, что негоже ютиться по углам (угол - одна из форм аренды, меньшая, чем комната) солдатам ею лично основанного полка. И распоряжается построить для своих любимцев слободу (кстати, происходит от слова «свобода») в месте, которое теперь ограничено с севера - Фонтанкой, с юга - Обводным каналом, с востока - Московским, а с запада Лермонтовским проспектами.
К 1743 году были готовы 192 дома. Измайловский полк состоял из двенадцати рот, поэтому и улиц, хоть они так ещё и не назывались, было тоже двенадцать. С Первой по Седьмую уходили на восток от Измайловского проспекта (в те времена Вознесенской першпективы), а с Восьмой по Двенадцатую на запад. Как будто уже чувствуется некое нарушение в ткани пространства? Всё верно, Рот к западу было на две больше, чем Рот к востоку. Правда, на восточной стороне была ещё и Заротная улица, где селились вспомогательные подразделения.
Здесь вплоть до революций история для нас замирает. А в октябре 1923 года советская власть, любившая менять названия улиц, проспектов и городов, меняет названия Рот (всех, с Первой по Двенадцатую), во-первых, на улицы, во-вторых, на Красноармейские в том же порядке. Забавно, но Заротная улица сначала стала просто Красноармейской. Потом, видимо, подумали, что так будет возникать путаница, и дали ей 13 номер. Действительно, логично: вот 13-я, под ней 8-я, потом 9-я, 10-я, 11-я и 12-я.
Оцените, прогуливаясь или проезжая от Московского проспекта к Лермонтовскому по прямой и не сворачивая вы:
- С 1-й Красноармейской перейдёте на Троицкий проспект.
- Со 2-й Красноармейской на 13-ю.
- С 3-й на 8-ю.
- С 4-й на 9-ю.
- С 5-й на 10-ю.
- С 6-й на 11-ю.
- С 7-й на 12-ю.
Лично для меня юмора этой истории добавляет то, что Красноармейские улицы 1-7 пересекает Советский переулок, создавая изящную отсылку к Десяти Советским улицам Петербурга, которые, к счастью, идут по порядку и не переходят одна в другую. А вот параллельно Советскому переулку многострадальные Красноармейские пересекает улица Егорова, названная в честь революционера Ивана Егорова. И тут важно не запутаться, потому что в Петербурге есть ещё и улица Жени Егоровой, названная тоже в честь революционерки Марты-Эллы Яковлевны Лепинь (да-да, не пытаемся это понять).
А здесь можно почитать, как в прошлом выглядел Дом Зингера!