Каждый ужин в доме Алины и Антона заканчивался тишиной. Годы попыток, врачей и пустых тестов на беременность превратили их жизнь в ритуал молчаливой надежды. Пока однажды декабрьским вечером Алина не заметила девочку у супермаркета.
Тоненькая фигурка в потертой куртке цвета выцветшего неба. Руки в варежках с дырками, взгляд в пол. Люди спешили мимо, бросая мелочь мимо картонки с надписью «Помогите». Алина купила булку, сунула в дрожащие пальцы.
— Спасибо… — прошептала девочка, не поднимая глаз.
Следующие дни Алина ловила себя на том, что ищет в толпе синюю куртку. Девочка стояла там всегда, даже в −20°C, притопывая в тонких ботиночках. В пятницу Алина не выдержала:
— Пойдём погреемся?
Квартира встретила их запахом имбирного печенья. Девочка, назвавшаяся Ксюшей, жадно прильнула к чашке с малиновым вареньем. Рассказ вырвался обрывками: мама умерла от «чего-то в груди», бабушка Людмила Семёновна плохо ходит, еды не хватает…
— Покажи, где вы живёте? — попросила Алина.
Двухкомнатная хрущёвка с облупленными стенами. Бабушка, похожая на высохший цветок, сидела под тремя одеялами, вяжу спицами носки на продажу. Увидев продукты, принесённые Алиной, заплакала:
— Простите Ксюшу… Я уже и иголку-то едва держу.
На следующий день Антон привёз тёплые одеяла и лекарства. Ксюша, увидев его впервые, спряталась за бабушку, но через час уже смеялась, слушая его истории о стройке.
— Вы как папа из книжки, — вдруг сказала она. Антон замолчал, сжимая кружку так, что пальцы побелели.
К весне они стали частью жизни девочки: Алина помогала с уроками, Антон чинил протекающий кран. Людмила Семёновна, угощая их чаем с дешёвыми пряниками, однажды обронила:
— Заберите её… Я скоро уйду, а ей одной…
Оформить опеку оказалось проще, чем боялись. В день, когда суд утвердил документы, Ксюша, разглядывая печати, спросила:
— Теперь вы мои мама и папа?
Алина, не в силах говорить, кивнула. Девочка прижалась к ней, прошептав то, что они ждали десять лет:
— Мамочка…
Сейчас в их квартире поселился хаос: куклы на стройинструментах Антона, банки с вареньем «по бабушкиному рецепту» и домашние задания на столе, где раньше лежали медицинские справки. Людмилу Семёновну они навещали до последнего дня, а на похоронах Ксюша, сжимая руку Алины, сказала:
— Она теперь спокойна. Потому что вы есть.