Уважаемые пользователи, я заканчиваю наш марафон о победителях. В заключении хочу рассказать не про участников войны, а про женщину, одну из многих, женщину-мать, женщину-труженицу, солдатскую вдову - Пережегину Лидию Ивановну. А рассказывал мне о ней сын, Николай Иванович, которого сейчас уже тоже нет в живых. Но воспоминания о матери, пронизанные теплом и сыновней любовью, сохранились.
Моего отца звали Иван Матвеевич, он с 1897 года, до войны он работал в сельпо, продавцом в магазине. Мама моложе его на год, девичья фамилия Крючкова. Она работала в колхозе «Красный Урал». Жила наша семья тогда по Заречной в крестовом доме. В семье детей было шестеро: Иван, Саша, Анна, Галина, Мария и я, Николай, самый младший, с 1939 года. Мама у меня была среднего роста, чуть повыше отца. Она не знала грамоты, но зато была добрая, любящая и жалостливая. Всегда она привечала нищих да убогих. В войну, правда, есть было нечего, так она хоть ночевать пустит. Хотя и строгой тоже умела быть, иначе не справиться бы с такой кучей детей без мужа. И вообще, мама была прекрасным человеком.
Когда началась война, первым из семьи взяли старшего брата Ивана, он с 1923 года. Брат прошёл всю войну, воевал в пехоте. Вместе с Михаилом Телегиным на одной батарее служили, вместе Сталинград защищали. Иван весь израненный пришёл домой, и в 1946 году умер от ран. После Ивана на фронт взяли отца, а в 1943 – Александра. Александр тоже пришёл живым. Но Саша ещё был дома, когда на отца похоронка пришла: умер в госпитале от тяжёлых ран. Все плакали тогда сильно. Конечно, маме было очень тяжело. Они хорошо, дружно жили с отцом. У нас вообще семья дружная была. Мама сильно переживала, часто плакала, и потом замуж не вышла больше.
В войну мама работала поваром в бригаде, на пашне. Неделями дома не бывала. Кроме того, в колхозе мама делала и другую работу: зароды с сеном ворочала, зерно с полей на склад возила. Мужчин ведь почти не было, кто с фронта придёт – то без руки, то без ноги, без глаза, контужен, ослеп… Вся надежда на женщин да ребятишек была. Старшие сёстры Аня с Галей, как война началась, в школу не ходили, работали обе на складах в «Заготзерно», ворочали зерно день и ночь. Я их, как маму, и не видел почти.
В войну на каждую семью давали большой план сдачи продуктов государству. Мы вынашивали по 500 литров молока в год, сдавали ещё мясо, яйца. Кроме того, нужно было сдать шерсть и шкуры, независимо от того, держали овец или нет. У нас была корова Ирка, но молока она давала немного. Да и с чего? Мама на ней и в колхозе работала, и дрова домой возила, и сено. У нас с Маней обязанность была: мы с ней каждый день были обязаны уносить полный бидончик (2,5л) молока на маслозавод, на сдачу государству в счёт налога. Тащим в бидоне молоко, сами голодные, а попробуй, пивни! Мама строго умела спросить за непослушание. После войны мама продолжала работать в бригаде, болела, но работала: стригла овец, овчарни сторожила. Да, маму нашу война здорово пошатнула. Во-первых, она очень болезненно переживала смерть отца. Тихонько, в одиночестве горько плакала о нём. Во-вторых, в 1944 году погиб её младший любимый брат Павел Крючков, где-то подо Львовом. Танкист, заживо сгорел в бою. В 1946-м большак Иван умер от ран. А в 1957 году заболела и скоропостижно умерла Мария. Всё это её подкосило, подорвало мамино здоровье. Мама ушла из жизни 12 февраля 1965 года».