Экзистенциональный спор между «буквой» и «цифрой» завершен. Печатная книга научилась жить в мире «цифры». Печатная книга превратила «цифру» в свою помощницу и соратницу? Или «цифра» превратила печатную книгу в своего агента и работодателя? Что они значат в современном технологичном мире друг без друга? Возможно ли победить нарастающий цифровой информационных шторм без участия печатного слова? Опасна ли для культуры, науки, исторической памяти «цифровая амнезия» и «цифровая энтропия»?
Какие бы ответы на эти вопросы не подсказывала жизнь и практика - мы являемся свидетелями рождения новой книжной индустрии.
«Цифра» создает огромное количество сервисов, улучшающих жизнь книги, приближающих ее к современному читателю и тем самым расширяет пространство ее существования. На уровне писательского, редакторского, издательского творчества этот синтез упрощает и ускоряет производство книги. Рукопись становится совместным бумажным и цифровым произведением автора, издателя и читателя, и все чаще — «искусственного интеллекта». Появляются новые формы потребления книги. Эти формы дают шанс нового развития и книжной торговле, и библиотекам. Экономика книжной индустрии получает шанс нового ускоренного развития. Рождается новая книжная индустрия.
РОЖДЕНИЕ ЦИФРОВОЙ КНИЖНОЙ ИНДУСТРИИ — ЭТО КРИЗИС ЦИВИЛИЗАЦИОННОГО ВЫБОРА.
Мы предлагаем к рассмотрению и широкому обсуждению экономическую и социологическую гипотезу цивилизационной трансформации, в которой книга является ее активным агентом. С точки зрения участия книги в глобальном обороте знаний и информации сегодня необходимо учитывать возможные последствия отказа от печатного слова для преемственного социального и экономического развития и системы экономических отношений, общественного воспроизводства в целом, включая воспроизводство отношений собственности и качества человеческого капитала.
Информационная свобода и цифровая энтропия.
Принято считать, что виртуальный мир подарил человеку «информационную свободу» - возможность без каких-либо ограничений и барьеров получать любую легально размещенную в «открытом» и «свободном доступе» информацию. Открытое информационное пространство – это необъятный океан слов, смыслов, звуков и «картинок». Трудно не согласится с тем, что не всякая информация в этом океане нужна и полезна, что огромный объем этой информации ложен, «токсичен» или попросту является информационным мусором. Плавать в этом океане нужно уметь. А умение это стоит дорого. Вы оплачиваете свои навыки поиска нужной информации, ее верификации, фильтрации своим временем. Своей жизнью. Интернет – пространство слабоструктурированное. А это означает, что ваше «умение плавать» в информационном океане всего лишь иллюзия такого умения. Вы переучиваетесь «плавать» ежедневно, ежедневно тратите время на барахтанья в информационном мусоре, потому что ежедневно, ежесекундно меняется информационное пространство сети. Иначе говоря – вы платите за «информационную свободу» своей несвободой. Природа этого явления проста. В сети кто угодно может разместить что угодно. На входе в глобальную информационную сеть не существует никаких фильтров, которые верифицируют, систематизируют, классифицируют, индексируют информацию. То есть нет того, что есть у печатной книги. Помните выражение: «разложить все по полочкам»? Так вот – печатная книга – это материально зафиксированная на бумаге информация, разложенная по полочкам, как в библиотеке или домашнем книжном шкафу, информация, уже прошедшая верификацию, которая легко систематизируется, классифицируется и индексируется. Книга сберегает ваше время на поиски информации и преподносит ее в наиболее «безопасном» для интеллекта и души «отфильтрованном» виде. Книга противостоит нарастающему информационному хаосу – цифровой «энтропии». А значит, именно книга и дарит вам «информационную свободу».
Одна из центральных проблем, требующих решения в глобальном информационном цифровом пространстве - обеспечение беспрепятственного доступа к контенту. Основным условием ее успешного решения является наличие в широком обороте механизмов, инструментов поиска информации. Такие инструменты должны обеспечивать «точное попадание», минимальный «информационный шум» при предъявлении пользователю результатов обработки поискового запроса. Плотный «информационный шум» значительно снижает эффективность работы с информацией, поглощая значительные временные ресурсы. Особую актуальность эта проблема приобретает в сфере культуры, науки и образования.
В нарастающем информационном хаосе феномен книги привлекателен для общества, его экономики и культуры уже хотя бы тем, что она (книга) по-прежнему является единственной формой существования контента, изобретенной человечеством, которая вполне поддается индексации, классификации, систематизации и стандартизации. А это означает наличие прямой и очень актуальной в сегодняшнем мире возможности построения внятной, стройной информационной инфраструктуры, в которой не будет утрачена для человечества возможность накапливать, систематизировать, осуществлять поиск информации и передавать накопленные знания и культуру будущим поколениям. Книга уже сегодня является единственной формой гарантированной сохранности и возможности обмена и использования знаний, проверенным инструментом прямого общения с прошлым мировой науки, культуры и образования и прямым односторонним информационным каналом с нашим будущим.
Цифровизация, стоимость цифровизации, информационное и экономическое неравенство и цифровая амнезия.
Видели ли вы отпечатанные на бумаге фотографии своих бабушек, дедушек, прабабушек и прадедушек, на которых они запечатлены десятки лет назад? Скорее всего – видели. Почти в каждом доме есть семейный фотоальбом, который сберегается несколькими поколениями и время от времени пополняется новыми фотографиями. Часто в этом же альбоме кроме фотографических карточек можно найти и иные бумажные свидетельства минувших десятилетий – пожелтевшие памятные газетные вырезки, почетные грамоты, документы. Все это вместе взятое – маленькое, но очень важное материальное свидетельство жизненных историй конкретных людей, материальная частичка их памяти. По таким семейным альбомам – было бы желание – можно восстановить картину целой эпохи, исторического периода в жизни нашего народа. Тоже происходит и с книгами из семейных и общественных библиотек, с любой информацией, материализованной на бумаге через печатные технологии. Результат применения таких технологий – фотографию или книгу – можно передать без изменений через годы, десятилетия и даже столетия от одного поколения людей другому. Передать в том виде, в котором они были созданы изначально. Печатное слово не нуждается в «переформатировании», перезаписывании в новых электронных форматах при очередной смене стандартов и форматов электронной записи, хранения и воспроизведения информации. Человечество владеет уникальной способностью сохранять свою историческую, культурную, научную память. Эта способность материализуется через печатное слово. Только представьте себе - что было бы, если бы уже сегодня мы хранили бы всю информацию «в цифре»! Даже трудно представить, сколько сил, времени, денег, энергии пришлось бы затратить лишь для того, чтобы завтра быть способным воспользоваться этой информацией! Кроме того, речь идет об огромных энергозатратах, обеспечивающих запись, хранение и периодическое ее воспроизведение. Уже сегодня мировое «Интернет - хозяйство» в буквальном смысле слова — пожирает — от 84 до 143 гигаватт электроэнергии в год (от 4 до 7 процентов всей электроэнергии мира). Если учесть, что объем информации растет ежедневно, а оцифрованная вчера информация после завтра будет требовать «переоцифровки», то прогнозы относительно роста энергопотребления, а значит — нагрузки на природу и экономику весьма неблагоприятны. Очевидно, такой объем энергозатрат не сопоставим с потреблением энергии в полиграфическом производстве. Кроме того, однажды напечатанная книга с момента «появления на свет» больше не потребует энергоресурсов при каждом обращении к ней. По причине растущего мирового энергодифицита и энергатичнского дисбаланса и по ряду иных объективных и субъективных причин - информация, которую не удастся «перецифровать» будет безвозвратно утеряна, будто бы ее и не было никогда. Нарастающий мировой энергодифицит неизбежно повлечет катастрофический кризис в сфере хранения и распределения информации — электронная память человечества начнет вымирать от недостатка электрических мощностей и ресурсов для ее производства, воспроизводства и хранения. Первыми пострадают небогатые страны. Значительная часть человечества будет ограничена в доступе к информации, вероятно, он будет «квотироваться» и продаваться втридорога. Это усилит экономическое неравенство и расширит возможности социального, политичекого и экономического манипулирования в глобальном масштабе. Постепенно человечество утратит способность воспроизводить свое прошлое в аутентичных (подлинных) документах и иных свидетельствах минувших эпох. Есть такое заболевание «амнезия», которое проявляется в полном исчезновении памяти у человека. Таким образом, полный отказ от печатного слова рано или поздно неминуемо приведет к «амнезии» всего человечества, цифровой «амнезии».
Антропоцентриченость VS техноцентричность.
По некоторым оценкам до 25% всего контента, блуждающего сегодня в мировом цифровом океане создано не человеком, а "роботами" или "искусственным интеллектом". Это говорит о том, что поглощающая человека цифровая среда техноцентрична. То есть в этой среде главный не человек, а технологии. Технологии, подчиняющие человека, направляющие его выбор и поведение. В такой среде все меньше человеческого и все больше технологического. А там, где мало человеческого – эмоций, страстей, любви, заботы, споров и согласия – там человек одинок. Одиночество – еще одна болезнь и глобальный вызов, подаренный нам цифровизацией информационного пространства. «Цифра» пожирает все больше нашего времени, обволакивает нас террабайтами информации. Каждый их нас мастерит свой информационный кокон в сети, старательно выстраивает информационные связи, приобретает «весь мир, свернувшийся до рамок экрана гаджета» и становится… одиноким. Почему это происходит? Вероятно потому что ничто и никогда не заменит человеку во всей полноте и многообразии саму жизнь. Реальную жизнь, а не виртуальную. Самый короткий путь возврата человека к человеку, в социум, в богатейший живой человеческий мир, наполненный духовным, художественным и научным творчеством – приобщение к книге. Печатной книге.
Особо подчеркнем, что мы ни в коей мере не ведем речь о победе «цифры» над «бумагой» или о победе маркетплейсов над традиционной торговлей. Эта победа уже случилась, и она пиррова.
По сути, мы наблюдаем не процесс выстраивания баланса между бумажной и виртуальной книгой (думаем, что виртуальная отражает суть явления точнее, чем электронная). В сфере потребления контента мы свидетели выстраивания баланса между техноцентричными цифровыми технологиями обработки и распространения контента и антропоцентричными бумажными технологиями распространения и сбережения знаний. А в сфере книгоиздания и книжной торговли мы наблюдаем расширение объема и ассортимента цифровых сервисов, выстраиваемых вокруг бумажной книги, которые в определенном смысле улучшают ее доступность, возможности по ее производству и распространению, а также расширяют пространство коммуникаций между издателем, книгораспространителем и читателем. На наших глазах происходит изменение форм и способов существования книги, и прежде всего печатной, в общественном и экономическом обороте.
«Виртуальная книга» - продукт и агент «нового экономического порядка», нового экономического уклада.
Формирование «нового порядка» сопровождается взращиванием нового поколения – «цифрового поколения» людей. Люди этого поколения проходят процесс «цифровой социализации» - учатся в цифровой школе, оканчивают цифровые университеты, читают виртуальные книги, имеют цифровое свидетельство о рождении и трудовую книжку, цифровой паспорт, знакомятся и общаются преимущественно в глобальной сети. С приходом такого поколения в экономику, то есть – в систему отношений, формирующихся по поводу доступа и распределения ресурсов и благ, значительная часть человечества добровольно встроится в «новый экономический порядок», в «новую экономику». В этом недалеком будущем значительная часть человечества будет исключено из реальных отношений собственности и капиталов. И даже – значительная часть населения добровольно откажется от какой-либо собственности, как избыточного обременения в пользу огромного числа доступных и недорогих «сервисов» (не собственная машина, а каршеринг, не дом, а рента, не домашняя библиотека, а подписка и т.п.). Смысл экономического существования индивидуума сведется к оплате содержания реальных капиталов людей, владеющих реальными ресурсами и покупающих труд остальных – тех, кто владеет машиной, которую ты берешь в прокат, квартирой или домом, который ты арендуешь, библиотекой, на которую ты подписан в сети. Такая система отношений предполагает «абсолютную информационную открытость» человека, фактическое отсутствие «индивидуального интимного пространства» для жизни, закрытого от цифрового мира.
В такой системе отношений человек разменивает «простоту, комфорт и доступность мнимых благ» на добровольную цифровую зависимость и рост экономического неравенства. Цифровая (виртуальная) экономика и достижения цифровых технологий призваны не ликвидировать этот разрыв, а сделать его незаметным, неосязаемым за счет роста объема и ассортимента доступных и недорогих сервисов, продуктов и услуг.
Виртуальная книга вполне вписывается в такую антиутопию, как продукт и агент технического и технологического «прогресса», призванного удовлетворить базовое стремление человека к «облегчению жизни» и «максимизации комфорта» за счет «снижения стоимости» доступных благ и усилий по овладению различными ресурсами.
Вместе с тем, одно из глобальных и – пока – труднопреодолимых препятствий на пути достижения глобального цифрового господства - это «бумажные» технологии. В частности, «бумажные деньги» и «бумажная книга» - пока еще оставляют для человека, владеющего ими, возможность жить за пределами «цифры», вне цифрового контроля, сохраняя «личное, интимное, закрытое» человеческое пространство. Бумага мешает «закачать нас в облако».
Мы полагаем, что достаточно скоро заметное число людей, в том числе и из среды «цифрового поколения», научится ценить анонимность, интимность и перестанет отождествлять свободу с «абсолютной прозрачностью и открытостью», а скорее наоборот – первейшим атрибутом, признаком личной свободы станет закрытость и непубличность и материальная и иные возможности ее заполучить или купить. В этом парадоксе цифровой трансформации, возможно, кроются основные рецепты бизнес-прорывов и коммерческого успеха в недалеком будущем. Для меня является очевидным, что успешным и весьма доходным, достаточно объемным будет тот бизнес, смыслом и основным источником дохода которого будет производство и продажа таких продуктов и сервисов, которые возвращают человека в офлайн и создают зону среды обитания, которая неподконтрольна цифровому пространству. Можно предположить, что производство печатных книг в этом ряду.
Печатная книга в образовании.
Безусловно, выбор между «цифрой и буквой» отражается и на системе образования. В последние 20-25 лет по всему миру развернута борьба за доступность любых высот в образовании для всех и для каждого и «открытость» научных знаний. И «доступность», и «открытость» - ожидаемые плоды цифровизации и виртуализации. Что же происходит на самом деле? Сегодня любой желающий может получить цифровой «диплом» или «свидетельство» об окончании того или иного курса практически любого университета из всемирной десятки лидеров высшей школы. Для университетов – это возможность заработать большие деньги, для сотен миллионов человек, имеющих «гаджеты» и минимальные навыки коммуникации во всемирной сети – возможность получить «престижный» диплом за умеренную плату.
Мы уверены, что в ближайшем цифровом будущем неформальный статус «университет» сохранят только те образовательные учреждения, которые в некоторой части своей структуры и природы сохранят возможность и способность воспитания «нецифрового человека», способного жить и производить реальную стоимость за пределами «цифры». А значит – сохранят возможность и способность осуществлять качественный образовательный процесс в очной форме и сохранит библиотеку печатных книг.
Только при реализации такой стратегии высшее образование станет важнейшим элементом социального лифта, пропуском в реальный мир и реальную экономику, на одну из ступенек социальной иерархии и обеспечит значительный доход высшей школе на достаточном сегменте спроса на «реальную жизнь».
