Утром 15 января 1947 года в Лос-Анжелесе, Бетти Берсингер вела на прогулку свою дочь, когда заметила на обочине в траве что-то очень странное. На первый взгляд ей показалось, что в траве лежит выброшенный манекен (спойлер: в таких историях — это никогда не манекен). Подойдя чуть ближе, женщина поняла, что то, что лежит в траве, это тело. Тело молодой и некогда прекрасной девушки – Элизабет Шорт.
Правда, личность девушки установят только через некоторое время – после того, как на место прибудет полиция, которая будет шокирована состоянием тела, после того, как общественность в ЛА будет взбудоражена совершенно кошмарным преступлением, после того, как единственной темой, которую будет поднимать январская пресса станут описания состояния тела молодой девушки.
В теле не было ни капли крови, как и на земле, что указывало на то, что само убийство произошло в другом месте. Обескровленное тело приобрело абсолютно белый цвет — именно поэтому девушке сначала показалось, что это манекен. Тело было очень аккуратно распилено пополам, лицо девушки «украшала» так называемая «улыбка Глазго» (рот был разрезан почти до ушей). Соски, половые органы и несколько фрагментов кожи также отсутствовали.
Расследование поручили отделению полиции ЛА, которые не стали геройствовать и сразу же обратились за помощью к ФБР. Пока органы правопорядка устанавливали личность девушки, пресса незамедлительно нарекла ее Черным георгином (у нас ее часто называют Черная Орхидея), по аналогии с фильмом Синий Георгин, который тогда шел в кинотеатрах.
Имя девушки установили быстро – она была однажды арестована в Санта-Барбаре за «распитие алкогольных напитков несовершеннолетними», соответственно у полиции имелась ее фотография из участка и отпечатки пальцев.
Элизабет Шорт было 22 года, когда её жизнь трагически оборвали. Выросшая в хорошей семье девушка, всегда мечтала стать знаменитой – очень грустно, что она ей все-таки стала, но совсем не так, как мечтала. В 19 лет Шорт переехала в Лос-Анжелес, где на тот момент проживал её отец, бросивший семью за несколько лет до этого. У него «в гостях» девушка не задерживается – мечта стать голливудской актрисой приводит ее в Санта-Барбру, а затем во Флориду. Там она встречает Мэттью Майкла Гордона-младшего, майора ВВС США, с которым у девушки завязывается роман, перетекающий в помолвку и мечты о светлом будущем. Однако им сбыться тоже не суждено – Мэттью погибает во время одной из операций. Элизабет возвращается в Лос-Анжелес, где продолжает свои попытки оказаться на большом экране.
Здесь, наверное, стоит отметить, что про Элизабет постоянно ходили разные нелицеприятные слухи – якобы у нее постоянно менялись мужчины, от внимания которых она была зависима и большая часть из них становилась ее половыми партнерами. Однако это была неправда – внимание девушка действительно любила, но вот подробный анализ вскрытия показал, что половой жизнью она не жила, от слова «совсем».
Подозреваемые:
Роберт «Рэд» Мэнли: женатый торговец, который встретил Шорт в Сан-Диего, подвез до Отеля Балтимор в ЛА, 9 января – в день, когда Элизабет видели живой в последний раз. Мэнли опознал найденную позже туфлю и сумочку жертвы, но обладал непоколебимым алиби, а также удачно прошёл полиграф – и был отпущен полицией.
В конце января в полицию приходит посылка. В ней – документы Элизабет, ее свидетельство о рождении, карточка социального страхования и записная книжка на которой написано Марк Хенсен.
Полиция опрашивает 75 мужчин, чьи контакты были в записной книжке – однако большинство из них утверждают, что встречали Элизабет всего один раз в жизни. Человек, чье имя написано на обложке записной книжки – оказывается владельцем модного ночного клуба, который иногда разрешал Георгину жить у него. Он, как и многие, был очарован красотой Элизабет, однако она отказала ему в близости – что полиция рассматривала как достаточно веский мотив, однако Хенсону удалось оправдаться.
Кроме того, полиция обнаруживает записку в выброшенном ботинке.
Вообще в прессу и полицию приходит множество таких записок – вот же были времена – однако ни одна из них не приводит к конкретному подозреваемому.
Примерно через год после того, как труп Шорт был найден, в полицию обращается Лэсли Диллон, который утверждает, что знает, кто совершил убийство. Он сам. Точнее, его субличность, подавив ненадолго которую, он сумел отправить это письмо в полицию. Полиция приезжает вызывает Диллона из Флориды в Неваду, нарушая несколько законов (полиция одного штата не может арестовывать в другом; отсутствие ордера). Там же происходит показательное задержание. Диллона привозят в ЛА и запирают в номере отеля – при отсутствии ордера они даже не могут привезти его в участок. Отпросившись в туалет, Диллон (или его субличность?) бросает в окно записку со словами «Помогите! Меня незаконно задерживает полиция!». Стыд, позор и невероятный скандал выпадает на долю геройствующих офицеров полиции ЛА.
Позже выяснится, что шизофреник Диллон прочитал статью о Черном Георгине, захотел помочь полиции и описал его версию убийства. После чего и началась полная неразбериха, в том числе и в его голове.
Спустя еще нескольких попыток найти убийцу, полиция переводит дело в категорию «cold case», то бишь — нераскрытых преступлений.
И вот, через 72 года после обнаружения трупа, выходит скандальное расследование бывшего полицейского – Стив Ходел. После смерти своего отца в 1999 году, довольно известного в Голливуде врача, Стив находит в его личных вещах фотографии разных девушек. Одно из фото привлекает внимание детектива – из альбома на него совершенно точно смотрит она, Черный Георгин. Он начинает собственное расследование, запрашивает сохранившиеся улики – и обнаруживает, что еще тогда полиция подозревала Джорджа Ходела, но отказалась от этой версии из-за недостаточного количества улик. Дело в том, что характер травм на теле, давал основания полагать, что убийцей – или по крайней мере тем, кто «занимался» трупом – был человек с медицинским образованием.
Также якобы почерк некоторых записок совпадал с почерком отца Ходела.
Через шесть недель Стивен Кей (окружной прокурор) прокомментировал работу детектива следующими словами: «Благодаря замечательной детективной работе смелого сына доктора Джорджа Ходела имя доктора покроется бесчестьем». Он также добавил, что, если бы Джордж был бы жив, он подал бы в суд на отпрыска.
Однако эта версия до сих пор не признана полицией официальной, а сам Стив начал утверждать, что его отец также являлся серийным убийцей по имени Зодиак. Так что, возможно, чувак просто справляется таким образом со своими «Daddy issues» – а правды мы так никогда и не узнаем.