Найти в Дзене
Дирижабль с чудесами

Предупреждение цыганки (продолжение)

Аня проснулась от скандала за стеной. Соседка Нина орала на мужа. — Мало того, что опять всю зарплату пропил, кобелина, так теперь ещё и на эту тощую швабру залез? Что отвечал муж разобрать было невозможно. Какое-то тихое бормотание. А затем снова крики жены. - Ах ты забыл? Так я тебе напомню! Аня натянула одеяло на голову, чтобы дать себе возможность поспать ещё хоть полчаса. Но не успела пройти и пяти минут, как зажужжал будильник на телефоне – до открытия бара оставалось всего два часа. НАЧАЛО РАССКАЗА ТУТ Она поднялась, и комната поплыла. Пошатываясь, девушка добралась до ванны, включила свет. - Вот что бывает, если долго не высыпаешься, - сказала она незнакомке в зеркале. Отражение, и правда, не вдохновляло: волосы тусклые, глаза с красными прожилками капилляров. Вода в душе была то ледяной, то обжигающей, как будто и коммунальщики ополчились против нее. Контрастный душ не взбодрил. Аня вышла из ванной почти такой же уставшей. В шкафу осталась последняя чистая блузка. Вздохнув, сн

Аня проснулась от скандала за стеной. Соседка Нина орала на мужа.

— Мало того, что опять всю зарплату пропил, кобелина, так теперь ещё и на эту тощую швабру залез?

Что отвечал муж разобрать было невозможно. Какое-то тихое бормотание. А затем снова крики жены.

- Ах ты забыл? Так я тебе напомню!

Аня натянула одеяло на голову, чтобы дать себе возможность поспать ещё хоть полчаса. Но не успела пройти и пяти минут, как зажужжал будильник на телефоне – до открытия бара оставалось всего два часа.

НАЧАЛО РАССКАЗА ТУТ

Она поднялась, и комната поплыла. Пошатываясь, девушка добралась до ванны, включила свет.

- Вот что бывает, если долго не высыпаешься, - сказала она незнакомке в зеркале.

Отражение, и правда, не вдохновляло: волосы тусклые, глаза с красными прожилками капилляров.

Вода в душе была то ледяной, то обжигающей, как будто и коммунальщики ополчились против нее. Контрастный душ не взбодрил. Аня вышла из ванной почти такой же уставшей.

В шкафу осталась последняя чистая блузка. Вздохнув, сняла ее с плечиков, надела. Мелкие пуговки так и норовили ускользнуть из-под пальцев, не желая застёгиваться. Она дошла уже до середины, когда одна из пуговок оторвалась и покатилась по полу. Анна за ней. Пуговица сделала полукруг и нырнула под шкаф.

- Ну прекрасно. Придется надевать вчерашнюю, - фыркнула девушка, проделывая манипуляции с пуговицами в обратном порядке. - Я просто ходячее несчастье.

В дверь постучали, когда Аня одной ногой уже в кроссовке стояла в коридоре.

«Не сейчас...» - мысленно застонала она, но всё же повернула ручку.

Дверь скрипнула, впуская в квартиру бабушку Марфу.

Пожилая женщина стояла на пороге, согнувшись под тяжестью огромной котомки. Её лицо, изрезанное морщинами, напоминало печеное яблоко, а глаза - две узкие щелочки - сразу же принялись выискивать недостатки. Первое, что вылетело из её рта:

- Ты опять не убралась!

Аня машинально поправила растрепанные волосы.

- Бабушка, я на работу спешу...

Марфа, не дожидаясь приглашения, ввалилась в квартиру. Котомка с грохотом опустилась на стол.

- Дочка передала. Говорит, ты опять без денег. Вот борщ, котлеты, капустный салат. Взрослая девка, а сама даже суп сварить не может.

Аня стиснула зубы.

- Я не просила...

- Ага, конечно! - бабка села на стул, громко крякнув. – Бегала, жаловалась на свою жизнь опять. А Людка что? Людка пожалеет! Уж как я её отговаривала чужого ребенка на шею вешать. Говорила отдать тебя материной родне. Но нет, оставила, нянчилась, сопли вытирала. Ну ладно тогда, но теперь-то здоровая лосиха! А всё жить сама не научишься! И без тебя есть с кем нянчиться. Женька вон ещё в школу ходит, растущий организм, а Людка тебе половину еды из дома отдаёт.

- Если вам так жалко, так заберите себе, - огрызнулась Аня.

Терпеть бабкины возмущения не осталось ни времени, ни сил.

Глаза старухи сверкнули.

- Это она из-за тебя своего-то долго не заводила! Боялась, с двумя не справится. Могла бы двоих родить сама. А ты... - она ткнула в Аню костлявым пальцем, - ...вместо благодарности - одни проблемы.

Аня почувствовала, как по спине побежали мурашки.

- Бабушка Марфа, мне правда нужно идти. У меня работа…

- Знаю я твою работу.

Она, что-то бубня себе под нос, вынула контейнеры из котомки и вышла из квартиры.

Анна быстро убрала еду в холодильник. Глянула на часы.

- Опять опаздываю!

***

Неоновые буквы вывески, давно потерявшие часть светящихся трубок, мерцали неровно. «Бар» - вспыхивало синим. «Малей» - отвечало зелёным сполохом. Внутри было пусто.

Стойка, отполированная тысячами локтей, холодно блестела под тусклыми лампами. Анна провела пальцем по гладкой поверхности.

Первые посетители вошли, огляделись и стали рассаживаться, выбрав столик в самом углу. Следом зашла влюбленная парочка. Бар начал наполняться гостями.

Через полчаса заведение снова жило своей особой жизнью, где каждый посетитель был лишь временным персонажем в вечном спектакле. И Анна, наполняя очередной бокал, чувствовала себя сегодня особенно лишней в этой постановке.

- Эй, красотка!

Голос прозвучал слишком громко, слишком близко. Аня подняла глаза. Перед ней стоял мужчина. Его нетрезвая ухмылка обещала неприятности.

- Что будете? - спросила она.

- Тебя бы...

Он наклонился ближе, и от него потянуло алкоголем и чем-то затхлым.

Аня отстранилась. На помощь быстро пришла Таня: она знала этот сценарий наизусть.

- Виски с колой, - спросила она, - или вызвать охрану?

Мужчина хмыкнул, но отступил.

За соседним столиком вспыхнул смех. Группа молодых людей в дорогих рубашках чокалась бокалами. Аня посмотрела в их сторону, и один из парней, поймав её взгляд, подмигнул.

«И этот туда же», — подумала она.

Таня толкнула её локтем.

- Смотри-ка, принцы на белых конях. Держу пари, через час один из них точно начнёт к тебе подкатывать.

Аня хотела ответить, но в этот момент бокал в её руках лопнул.

Осколки брызнули на стойку, пиво залило руки.

- Чёрт!

Она принялась убирать, не сразу заметив тонкую алую линию на пальце.

- Опять? -Таня протянула ей салфетку. - Это уже третий на моей памяти.

Аня стиснула бумагу в кулаке.

- Просто невезение.

- Или не просто, - пробормотала Таня, но тут же махнула рукой. - Ладно, не слушай меня. Иди перевяжи, я прикрою.

Уборная пропахла хлоркой. Аня включила воду и подставила руку под струю. Кровь смешивалась с водой, исчезая в сливе.

Зеркало перед ней запотело.

Мелькнула тень. Показалось, кто-то стоит за спиной. Аня резко обернулась.

Никого. Дверь закрыта.

Она глубоко вдохнула, вытерла руку, залепила порез лейкопластырем и вышла.

Бар жил своей жизнью. Музыка, смех, звон бокалов. Аня вернулась к стойке.

- Всё в порядке? - спросила Таня.

- Да, всё отлично. Только в туалете померещилось, что кто-то за мной зашёл. Как тень…

Она взяла новый бокал.

- Тень?

- Ну да. Но это я сама себя накрутила. Уже каждого шороха боюсь. Вчера меня какая-то псина облаяла, потом цыганка сказала, что на мне порча. Бред какой-то.

Таня покосилась на неё, глядя с подозрением.

- Да, я знаю, глупо…

- Нет, не глупо, - ответила напарница. - Не стала говорить, чтобы не пугать тебя… Когда ты порезалась, мне тоже показалось, что я видела тень рядом с тобой.

Аня почувствовала, как мурашки побежали по рукам, перебрались на спину, на затылок и даже на щёки.

- Думаешь, это не случайности?

- Я тебе про тётю не рассказывала? Худела, худела… чуть не высохла. Врачи не могли найти причину, уже на скелет была похожа …

- Три стопки текилы!

Таня поморщилась. Достала бутылку. Разлила, отдала, дождалась, когда из старого аппарата после оплаты выползет чек.

- Так вот, дядька тогда её на руках отвез к какому-то деду. Не знаю, что делал дед, но наутро она от него ушла своими ногами. А её свекровь, дядькина мать, того… скончалась.

- Кошмар.

- Угу. Это как надо не любить жену собственного сына, чтобы на такое пойти? Просто вот… ну что она ей такого сделала?

- Сына забрала, - ответила Аня. - У меня, знаешь, тоже была свекровь… несостоявшаяся. Отговорила его жениться.

- Слушай, Ань, а ты не думаешь, что она…

- Заказала меня у какого-нибудь колдуна? Да не, ты что…

- Ну может, ещё кому-то ты сильно не нравишься?

Аня припомнила последние несколько дней.

- Соседка думает, что я с ее мужем сплю.

- А ты?

Аня вытаращила глаза.

- Нет, конечно. Он же старый!

Таня рассмеялась так громко, что некоторые посетители на нее обернулись.

- Кто-то ещё?

- Мать моей мачехи. Она как будто ревнует, знаешь… Сегодня опять приходила, обрабатывала, чтобы я не совалась в их с папой семью…

- Мачеха тоже так думает, что ты лезешь к ним?

- Нет, что ты. После того, как мамы не стало, она учила меня косички плести, сидела возле меня, когда я болела…

- Точно! Её мать к тебе ревнует! Пожилым требуется внимание, знаешь ли…

- Тань, я уже не знаю, что думать.

- Слушай, в любом случае не будет лишним узнать, нет ли на тебе порчи.

- Дашь адрес колдуна, который лечил твою тётку?

- Да он старый уже тогда был. Вряд ли жив. Слушай, ты же завтра выходная? Я знаю к кому надо съездить.

Аня кивнула. Она была бы и рада не верить во всю эту потустороннюю чушь, но так устала от преследовавших её неудач, что уже на всё была готова согласиться.

- Тёмное, пожалуйста, - попросил очередной посетитель.

Анна потянулась за стаканом, взяла его и чуть не выронила снова. Показалось, что в отражении стойки за её спиной опять промелькнула тень.

ПРОДОЛЖЕНИЕ ТУТ

ЗАКОНЧЕННЫЕ РАССКАЗЫ ПРО АГАФЬЮ ТУТ