Общепринятой единой версии происхождения названия города Ессентуки не существует. Имеется несколько гипотез, каждая из которых предлагает своё объяснение, основанное на различных языках и исторических контекстах. Среди основных версий происхождения названия Ессентуки рассматриваются следующие:
1) От имени хана Ессентуга. Согласно этой версии, название города могло произойти от имени собственного хана Ессентуга, владевшего данной местностью. Предполагается тюркское происхождение имени, где «эс-сен» означает «тучный, здоровый», а «туг» ‒ «знак, бунчук». Эта гипотеза связывает название с периодом, когда эти земли могли находиться под властью тюркских или монгольских правителей.
2) От монгольского словосочетания «девять знамён». Другая популярная гипотеза связывает название с монгольским выражением «есен туг», что означает «девять знамён». Предполагается, что во времена монгольского нашествия здесь могла находиться ставка монгольской армии, обозначенная девятью бунчуками или знамёнами. Эта версия указывает на возможное влияние монгольской культуры и военного присутствия в регионе.
3) От черкесского словосочетания «привычное пристанище». Существует версия, основанная на черкесском языке. Согласно ей, название восходит к выражению «Ессэн тыку», где «ессэн» переводится как «привыкать», а «тыку» ‒ как «пристанище, урочище». Таким образом, название может означать «привычный угол» или «привычное пристанище», указывая на место, которое издревле было обжитым или часто посещаемым.
4) От словосочетания «Место (жилище) Есана» на адыгском языке. Ещё одна версия предполагает происхождение названия от адыгского «Есан тыку». В этой интерпретации «Есан» является адыгским личным именем, а «тыку» означает «место». Соответственно, название может переводиться как «место (жилище) Есана», связывая топоним с конкретной личностью, возможно, владевшей этой территорией.
5) Связь с родом абазинским родом Айсановых. Существует версия, ассоциирующая название с абазинским родом Айсановых, проживавшим в этих местах и принадлежавших к высшей категории дворянства аамыстаду (агIмыстаду). Отмечается, что на абазинском языке город называется «Айсандзыквта», что переводится как «междуречье Айсановых» или буквально «середина реки Айсановых». Это предполагает, что название может быть связано с конкретным родом или семьёй, имевшей значительное влияние в данной местности.
Важно отметить, что, как подчёркивается исследователями, общепринятой или окончательно доказанной версии происхождения названия Ессентуки на данный момент не существует, и каждая из представленных гипотез имеет право на существование.
На мой взгляд, подтверждённый факт проживания абазинского рода Айсановых на месте будущего города Ессентуки задолго до его образования должен сделать другие версии этимологии бессмысленными. Действительно, если исторические и лингвистические данные однозначно подтверждают, что род Айсановых действительно проживал на этой территории в соответствующий период, если название местности, от которого впоследствии произошло название города Ессентуки, чётко и доказательно происходит именно от имени этого рода, и если это именование устоялось и использовалось до появления других потенциальных источников названия, то тогда версия, связанная с родом Айсановых, становится очень сильной и даже доминирующей. В научном подходе подтверждение такой связи действительно значительно снизило бы значимость других, менее подкреплённых версий, предлагаемых в качестве первоисточника названия.
Известная абазинская учёная Сара Хасамбиевна Ионова, автор книги «Абазинская топонимия» (Черкесск, 1992), подтверждает, что Айсандзыквта является абазинским вариантом наименования города Ессентуки, и данный топоним означает «междуречье Айсановых».
Другой учёный, Владимир Александрович Фоменко, в своей статье «О происхождении названий Ессентук, Ессентучок и Ессентуки» исследует происхождение названий Ессентук, Ессентучок и Ессентуки. Автор считает, что существующие версии (монгольско-калмыцкая о девяти знаменах, тюркская о здоровой шерсти, адыгская о привычном угле, абазинская о междуречье Айсановых) недостаточно обоснованы историческими данными.
В. А. Фоменко уточняет и дополняет золотоордынскую версию, связывая название с именем золотоордынского феодала Эсена/Есена, погребенного в мавзолее в долине реки Подкумок в XIV веке. Автор приходит к выводу, что название Ессентук/Ессентуки происходит от кабардинского словосочетания Есен тӀыгу, означающего край (область или граница) Есена/Эсена. Он подкрепляет эту версию археологическими данными о мавзолеях XIV века и связью с более поздними кабардинско-абазинскими погребальными постройками, предполагая сохранение имени Эсена в исторической памяти кабардинцев, которые передали название местности русским в конце XVIII века. (Фоменко В. А. О происхождении названий Ессентук, Ессентучок и Ессентуки // Genesis: исторические исследования. ‒ 2020. ‒ № 8. ‒ С. 26-33).
В статье Ленара Фиргатовича Абзалова «О практике водолечения на Северном Кавказе в Золотоордынскую эпоху» основное внимание уделяется использованию минеральных вод в лечебных целях в Золотоордынский период.
В контексте обсуждения расположения ханской ставки в районе горы Биштау и обнаруженных в окрестностях Пятигорска и Ессентуков остатков золотоордынских мавзолеев, автор лишь кратко упоминает о происхождении названия Ессентуки.
Л. Ф. Абзалов ссылается на мнение археологов Т. Б. Палимпсестовой и А. П. Рунича, согласно которому на месте Ессентуков находился золотоордынский населенный пункт. По их предположению, этот населенный пункт мог быть назван именем одного из представителей аристократии ‒ Эссен-Туги.
Автор также в сноске отмечает, что общепринятой версии происхождения названия города не существует и перечисляет другие версии этимологии.
Таким образом, Л. В. Абзалов не проводит собственного подробного этимологического анализа названия Ессентуки в данной статье, а лишь приводит одну из версий (связанную с именем аристократа Эссен-Туги), ссылаясь на других исследователей, и кратко упоминает о существовании множества гипотез.
Вопрос о проживании абазин в районе современного города Ессентуки задолго до его основания подтверждается рядом исторических и археологических данных из научных источников и исследований.
Исторические и археологические доказательства проживания абазин в районе Ессентуки:
Историческая родина предков абазин ‒ современная территория Абхазии и Краснодарского края. Массовое переселение абазин на Северный Кавказ с территории современного Большого Сочи происходило в XIII-XIV веках на земли Лабы, Кубани, Большого и Малого Зеленчука, Кумы и Подкумка, в район Пятигорья от Карраса до Нарцана. Тем не менее в ущелья рек Теберды и Кяфара протоабазины проникали уже в III-II тыс. до н. э. Проникновение отдельных протоабазин на Северный Кавказ началось с VII-VIII вв.
Письменным доказательством нахождения абазин на северном склоне Кавказского хребта является сообщение персидского летописца начала XV века Низами ад-Дина-Шами о том, что Темур-ленг (Тимур), пройдя в конце XV века, до подножья Эльбруса, достиг местности «Абаса».
Среди абазин в международном плане особенно известен внук Дударуко. Он был крещён в Москве и получил имя Василий Черкесский. В русских документах XVI века на Северном Кавказе упоминается мурза Тутарык Езболуев (Дударуко) и Алклыч Езбозлуков. Первый из них, очевидно, принадлежит к дударуковцам, второй, возможно ‒ родоначальник клычевцев.
Русские документы 1634 и 1643 годов ‒ дают более конкретные сведения о северокавказских абазинах согласно этим источникам, в XVII в. на Северном Кавказе, в частности в верховьях Кубани и Зеленчуков, а также в Пятигорье (в том числе, в окрестностях современного Кисловодска, у Боргустанской крепости ‒ Рим-Гора) жили абазины-тапантовцы: дударуковцы, бибердовцы, лоовцы, джантемировцы. Из шкарауовцев есть упоминания о баговцах (русский документ 1643 г.). Карачаевские предания говорят о кизилбековцах.
В источниках XVIII века в числе абазинских племен, населявших северные склоны Кавказского хребта, упоминается абазинская аристократия: тапанта (Лоовы, Бибердовы, Кячевы, Дударуковы, Клычевы и Джантемировы) и все шесть шкарауовских подразделений (Там, Кизилбек, Баг, Чегрей, Баракай и Мысылбай-Башилбай).
В статье В. А. Фоменко «О происхождении названий Ессентук, Ессентучок и Ессентуки» приводятся следующие факты, указывающие на присутствие абазин на этой территории в XVIII веке:
1) Отмечается, что во время строительства Ессентукского редута в конце XVIII века основным населением окружающей местности были кабардинцы и абазины.
2) Указывается, что в долине реки Подкумок в окрестностях современного Ессентуки до конца 20-х годов XIX века сохранялись несколько каменных мавзолеев-чэщанэ, построенных в XVIII веке для адыгской и абазинской элиты.
3) Приводятся сведения учёного и путешественника П. С. Палласа, который побывал в Пятигорье в конце XVIII века и писал, что видел «несколько могил абазин и черкесов на возвышенностях вдоль долины» Подкумка, описывая их как каменные сооружения. Рисунки двух таких мавзолеев в окрестностях нынешних Ессентуков, сделанные до 1829 года, были опубликованы этнографом Л. И. Лавровым.
4) В статье В. А. Фоменко «Памятники степного и горского населения Пятигорья в конце XVIII – середине ХIХ в.», опубликованной в книге «История Северного Кавказа с древнейших времен по настоящее время» (Пятигорск, 2000), написано, что адыго-абазинские селения Абуков, Аджиев (Хаджи), Аликонов, Атажукин, Бабуков, Бекмурзин, Джантемиров, Джемурский, Кармов, Каррас, Кошев, Кумско-Лоовский, Махуков, Росламбек, Трамов и др. располагались в долинах Подкумка и Кумы.
Эти данные из научных источников, основанные на наблюдениях путешественников и исследовании погребальных сооружений, служат подтверждением проживания абазин (наряду с кабардинцами/черкесами) в данной местности в период до образования города.
По преданию, рассказанному Илинкой Дахчуковой-Айсановой, история города Ессентуки (который на абазинском языке называется Айсандзыгlв) связана с трагической судьбой абазинского аула и рода Айсановых.
Согласно преданию, этим аулом правил помещик по имени Айсан, и все его жители носили фамилию Айсановы. Они описываются как очень воинственные. Приблизительно между 1800 и 1820 годами, или возможно раньше, по приказу царя аул был внезапно атакован и уничтожен за одну ночь царскими солдатами. Жители защищались, но у них было мало оружия, и они все были убиты. Их соломенные дома сожгли, и аул сравняли с землей. Богатства были забраны. Предание ярко описывает, как речка Айсантук (ныне Ессентучок) стала вся кровавой в ту ночь.
Сын помещика Айсана, который тоже носил имя Айсан, в ту ночь находился в Кабарде на свадьбе у родственников. Вернувшись, он обнаружил трупы жителей аула и полное разорение. Солдаты отвели его к командиру, но не убили, а отправили к жителям близлежащего аула Трамкыт (Трамовым), к которым он и присоединился.
Предание также упоминает, что кладбище Айсановых располагалось недалеко от места аула, где речка Айсантук/Ессентучок впадает в реку Подкумок. Утверждается, что примерно в период с 1996 по 2000 год на территории этого кладбища была построена общеобразовательная школа.
Согласно этой семейной истории, единственным выжившим представителем рода Айсановых после этой трагедии был тот самый сын помещика. От него произошли все последующие Айсановы; у него было четверо сыновей и одна дочь.
Завершает предание утверждение, что в 1825 году, на место, где находился аул Айсандзыгlв (Айсандзыгу, Айсандзуг, Айсантук), были переселены 300 казачьих семей из станицы Дубовки с реки Волги.
Фамильное предание о трагической истории аула Айсандзыгlв (принадлежащего Айсановым) в районе современного Ессентуки содержит ряд элементов, которые в целом соответствуют историческим фактам и региональному контексту, но часть деталей остаётся неподтверждённой документально и относится к устным семейным преданиям.
В предании говорится, что аул Айсандзуг (Айсантук) был уничтожен царскими войсками в начале XIX века (примерно 1800-1820 гг.), жители были убиты, а поселение сожжено. Это совпадает с известной исторической практикой русской империи по укреплению контроля над Северным Кавказом, когда в период военной колонизации и казачьего заселения (начиная с конца XVIII ‒ начала XIX века) происходили карательные операции против местных народов, в том числе абазин и адыгов, с разрушением их селений и переселением населения.
В 1825 году на месте аула Айсандзуг (Айсантук) действительно была основана казачья станица Ессентукская, куда переселились около 235-300 казачьих семей, что подтверждается историческими источниками.
История заселения территории Минеральных Вод казаками тесно связана с укреплением Кавказской линии ‒ цепи оборонительных сооружений, построенных для защиты южных границ Российской империи. В начале XIX века по указу императора Александра I, при активной инициативе генерала Ермолова, сюда стали переселять казаков для охраны мест, где начинали открываться минеральные источники.
В 1825 году на месте будущего курорта была основана станица Ессентукская, куда переселились 235 семей из станицы Александровской Волжского казачьего полка. Большинство переселенцев были старообрядцами. Станицу построили по строгому военному плану ‒ в виде восьмиугольника с центральной площадью, земляными валами и часовыми вышками. Её разбили на берегах речки Бугунта, а к поселению приписали более 58 тысяч десятин земли.
Казаки активно участвовали в охране Кавказской линии, отражали набеги горцев (например, в 1831 и 1843 годах), и сыграли значимую роль в Кавказской войне. Также они первыми начали использовать целебные воды для лечения ‒ в 1839 году ими была построена первая деревянная купальня.
Со временем на месте казачьих станиц выросли курорты федерального значения, такие как Кисловодск и Ессентуки. Однако после революции и гражданской войны казаки были вынуждены покинуть эти земли. Лишь в 1990-х годах началось возрождение казачьих традиций и образовался современный Ессентукский казачий отдел Терского войска.
Предание о том, что сын помещика Айсан, уцелевший после трагедии, присоединился к соседнему аулу Трамкыт и продолжил род Айсановых, хорошо коррелирует с историческими сведениями о миграциях и объединениях абазинских фамилий и родов, а также с практикой формирования новых общин после разрушения прежних поселений.
Упоминание кладбища Айсановых в районе впадения речки Айсандзуг (Айсантук) в Подкумок и его последующая застройка под школу в конце XX века также подтверждается локальными краеведческими данными и свидетельствует о сохранении памяти о прежнем ауле.
Одним словом, основные исторические факты ‒ уничтожение аула, переселение казаков в 1825 году, связь топонимов с абазинским родом ‒ подтверждаются официальными и краеведческими источниками.
Детали о приказе царя, ночном нападении, кровавой реке и судьбе сына помещика ‒ характерны для устных преданий, передаваемых в семьях, и могут содержать элементы эмоционального осмысления трагедии, что типично для подобных рассказов. Они не подтверждены прямыми историческими документами, но не противоречат известным фактам и отражают реальную историческую ситуацию региона.