Глава 23
- Итак, молодая леди, - обратился ко мне господин Крэдо, оставив, меня на перекрёстке, - ваш ход!
Я с недоумением уставилась на него и, помолчав несколько секунд, все же попыталась прояснить ситуацию:
- Я так понимаю, что должна выбрать направление, куда мы двинемся?
- Именно, именно этого, я от вас и жду, молодая леди! – широко улыбнувшись, ответил старик.
Я задумалась. В голову ничего не приходило, дороги как дороги, никаких подсказок. Друзья невдалеке тихо переговаривались, чтоб мне не мешать, а я стояла в центре перекрёстка и мысленно обзывала себя тупоголовой неудачницей, которая не в состоянии применить, помещённую в голову информацию.
- Долго мы тут париться будем? – крикнул мне Пашка, - пошли уже!
И я пошла. Неожиданно для самой себя, повернула направо и пошла... Чуть погодя, за мной потянулись друзья, затем старик Крэдо, а за ними покатилась карета. Ровная глянцевая дорога закончилась приблизительно через километр от перекрёстка, оборвавшись абсолютно ровным краем, как будто её срезали ножом, одним ловким движением. А дальше не было ничего, ни грунтовой дороги, ни даже, утоптанной тропинки. Дальше была пустыня, абсолютно ровная, безжизненная, с серым мелким песком, простирающаяся до самого горизонта.
- Пришли? – поинтересовался неугомонный Пашка.
- Похоже на то, - задумчиво проронил Володя и, встав рядом со мной, тихим шёпотом спросил:
- Бракованный навигатор попался?
- Угу, - буркнула я, - с настройками пока не разобралась.
- Разбирайся, звезда моя, – сжав мои пальцы, улыбнувшись, сказал Володя, - у нас уйма времени.
Я плюнула на все и, спрыгнув с дороги, пошла по пустыне к горизонту. Идти было неудобно, каблуки проваливались в песок, а острые носки туфель, зачерпывая, подбрасывали вверх серую взвесь, распыляя перед моим носом. Протопав так метров двести, я чихнула, наверное, раз сто, от набившейся в нос пыли. Обернувшись назад, я поняла, что моя команда даже с дороги не сошла, они что-то вытаскивали из кареты, раскладывали рядом с ней, переодевались, переобувались. Только я одна стояла в бордовом неудобном костюме и в шляпе, по щиколотку в песке, вся в серой пыли, как никому не нужное пугало посреди океана.
- Молодая леди, Ксюша! – позвал меня господин Крэдо, - я вам настоятельно рекомендую сменить наряд, на более подходящий. В этом вам будет крайне неудобно покорять пески.
***
Мы медленно продвигались по серой пыли, повязав платки на лицо, предусмотрительно захваченные из кареты, стариком.
- Господин Крэдо, - обратилась я к нему, - а что находится за пустыней?
- Ничего, молодая леди, - ответил он, немного подумав, - насколько мне известно, весь этот мир пустыня, исключением является, лишь крохотная его часть, созданная старой леди.
Я резко остановилась и уставилась на него.
- Как ничего? – изумилась я, - почему вы меня не остановили, раз мы идём не в ту сторону?
- Я этого не говорил, - хитро улыбнувшись, произнёс он, - вы выбрали дорогу, и она обязательно приведёт нас к искомому. Госпожа Кус никогда не ошибается!
- Ладно, - недовольно дёрнула я головой, всматриваясь вдаль, слезящимися от пыли глазами, - если вы так считаете…
Мой перстень, до этого мирно спавший, начал потихоньку оживать, поблескивая неровным зеленоватым светом. По мере нашего углубления в пустыню, он разгорался все сильнее и сильнее. Я недоуменно озиралась по сторонам, в поисках чего угодно, что могло, хотя бы отдалено напоминать портал, но кроме безжизненной пустыни, убегающей до горизонта, не было ничего.
- Смотрите, - закричал глазастый Пашка, первый, увидев изменения ландшафта, - Там, вдалеке люди, и они направляются к нам! Можно будет у них спросить дорогу!
Мы ускорились, но чем ближе приближались к нам путники, тем сильнее у нас вытягивались лица.
- Это мы! – беспечно радовался Пашка, - смотрите, вон я сам себе рукой помахал!
- Может это мираж? – засомневался Володя, - мираж в пустыне!
Наши надежды насчёт миража испарились, когда мы вплотную приблизились к зеркальной поверхности, отражающей и нас и пройденный нами путь. Перстень сходил с ума, демонстрирую, что мы вблизи перехода. Преграду нельзя было назвать зеркалом, так как оно не имело видимых глазу границ, убегая вверх и в стороны. Я прикоснулась к отражающей стене рукой, поверхность была гладкой, упругой, немного продавливаемой, но непроницаемой.
- Ищите переход, он должен быть рядом, - сказала я друзьям и заскользила руками по стене вправо, обследуя на ощупь необычную преграду. Пашка поспешил влево.
- Зеркало кончилось! – вскоре закричал нам издалека мальчишка, - за ним пустыня!
Я бросила поиски, и помчалась к подростку. Все остальные неслись туда же. Единственный, кто не сдвинулся с места, был Крэдо, удобно расположившийся, в, невесть откуда взявшемся, кресле, он явно никуда не спешил, а судя по благодушному выражению лица, даже получал удовольствие от происходящего.
Края у зеркала не было, в привычном нам понимании. Преграда истончалась, вплетаясь в песок и воздух, растворяясь в них. Моя рука скользила по ней, затем начала погружаться, проникать внутрь, и через некоторое время перестала ощущать границу, пройдя насквозь. Обойдя преграду, я убедилась, что сидящего по ту сторону, господина Кредо с обследуемой мной стороны не наблюдается, как впрочем, и кресла, на котором он сидит.
Мы вернулись к исходной позиции и продолжили поиски. Вскоре удалось натолкнуться на еле заметную трещину в преграде. Которая, ожидаемо, оказалась зеркальной дверью, открывающейся вовнутрь, пронзая насквозь необычное препятствие на нашем пути. С той стороны, та же дверь, вопреки всем законам физики, открывалась снова вовнутрь относительно изнанки зеркала. Володя хмыкнул, походил туда, сюда и, пробормотав, что это в принципе не возможно, обратился к Крэдо:
- И где мы сейчас оказались?
- В пустыне, молодой человек, в пустыне. Разве вы сами не видите?
- Вы знали, что так будет? – в лоб спросила я старика.
- Ну, что вы, молодая леди, для меня это оказалось такой же неожиданностью, как и для вас, - совершено искренне ответил Крэдо. Неожиданно, я поймала себя на мысли, что больше ему не доверяю, вот ни на грош.