Теперь мошенники не просто вербуют, а управляют своими жертвами онлайн, не скрывая ни голоса, ни даже лица.
Муляжи взрывчаток, гранаты, угрозы по телефону: мошенники вынуждают своих жертв нападать на отделения микрозаймов. Сами же участвуют по видеосвязи. Первые случаи так называемых дистанционных ограблений произошли в Уфе и Москве. Участницы задержаны, и теперь им придется отвечать по всей строгости закона. В новой преступной схеме разбирался корреспондент «Известий» Кирилл Ольков.
Офис микрофинансовой организации на юге Москвы. Девушка подходит к сотрудникам и, раскрывая пальто, указывает на пояс. В ее руках телефон: не получив ответа и не кладя трубку, она выходит из здания. Попытка дистанционного ограбления по наводке от телефонных мошенников провалилась.
А это кадры двойного преступления под диктовку мошенника в Уфе: и здесь угрозы сработали. Мужчина раздавал приказы по громкой связи. Женщина, держа в руках гранату, повторяла за ним: слово в слово.
Женщину задержали, граната оказалась страйкбольной, а мошенник — матерый аферист. Провернул классическую телефонную схему: представлялся силовиком, выманил все пароли, заставил набрать кредитов и толкнул на преступление. Уверял, ее деньги, 300 тысяч рублей, утекли в микрофинансовые организации, которые теперь и нужно ограбить. По-другому средства не вернуть.
«Мошенники что делают? Они также точно заставляют брать кредит, а потом объявляют, что этот кредит — это мошенничество. И что теперь, чтобы их вернуть, надо совершить такое-то действие», — рассказал бывший следователь Игорь Гришаков.
Первое дистанционное ограбление в России можно назвать вершиной мошеннической телефонной пирамиды. Теперь они не просто вербуют, а управляют онлайн, не скрывая ни голоса, ни даже лица. Уверены в своей безнаказанности: обманывают, убеждают, толкают на преступления. Выбор для заочной атаки микрофинансовой организации тоже не случаен, ограбить банк гораздо сложнее.
«Это удочка, на нее нельзя вестись. Есть те, которых обманули, которые распрощались с деньгами. Они поняли, что это обман, и стали идти дальше, переступать черту закона, со своей стороны пытаясь разгромить банк и микрофинансовую организацию», — объяснил политолог, доцент Финансового университета при Правительстве РФ Игорь Семеновский.
Анатомия «развода» приобрела политический окрас. Как тут не вспомнить серию декабрьских поджогов, которую в конце прошлого года устроили жертвы украинских кураторов. Им обещали гонорары и пугали расправой, а они, в основном дети и пенсионеры, слепо следовали инструкциям: поджигали банкоматы и полицейские машины. Телефонные террористы манипулировали самыми доверчивыми.
«Когда мошенник задает жертве условный открытый вопрос, жертва начинает рассказывать. Мошенник берет из сказанного то, что действительно важно для человека, и начинает на это давить», — поделился психолог Максим Коваленко.
Отвечать перед законом жертвам этих преступных манипуляций все равно придется. Телефонное давление не освобождает от ответственности. Она разная, вплоть до пожизненного заключения. Поджог банкомата по указу аферистов — это не просто хулиганство, а фактически терроризм. После двойного ограбления в Уфе уже возбуждено уголовное дело, пока по статье «Разбой».
«Надо смотреть индивидуально в каждом деле. Но по практике, которая в настоящее время складывается, суд будет учитывать то, что человека ввели в заблуждение», — сказал адвокат, член Ассоциации юристов России Владислав Калинин.
Требование перевести деньги со счета или настоятельное убеждение взять кредит теперь кажутся безобидной телефонной шалостью. Мошенники, которые ради наживы и раньше были готовы идти по головам, теперь за ними буквально охотятся. Работают в симбиозе. Не просто обманывают, а превращают своих жертв в биороботов, заставляют беспрекословно выполнять любые приказы и сами следят за выполнением.