Сегодня вспоминаю о том, как же муж любил готовить! И делал он это очень вдохновенно! Особенное счастье было, когда мы готовили вместе, но обычно вдохновение мужа распространялось сразу на четыре конфорки, и я в таких случаях просто деликатно удалялась обратно за рояль – сочинять музыку.
Коля любил готовить много разных блюд, но одно из любимейших - кисель, который скорее напоминал желе, и его надо было не пить, а есть. В киселе-желе высыпался пакет замороженных ягод – и то, что получалось, поедалось столовыми ложками прямо из кастрюли.
Но ещё сильнее муж любил готовить варенья-пятиминутки из яблок. Когда мы приезжали в деревенский дом в Белоруссию, и наши родственники любезно предлагали нам брать яблоки из фруктового сада - вот где было настоящее кулинарное раздолье.
***
Для нас, городских, выбраться в деревню на природу – это само по себе огромное счастье, а когда идёт яблочная пора, и румяные, жёлтые, белые сами падают в руки – это двойное счастье.
Местом главного притяжения для нас всегда был огород и фруктовые деревья. Непривычно, когда съедобное растёт вот так – на расстоянии вытянутой руки. Восторг! Нас можно понять - городские же, у нас только каменные джунгли высоток.
- Еда! Еда пропадает! – волнуется Коля, понимая, что столько яблок за один приезд мы не съедим. - Банок надо! Банок!
И мы едем в хозяйственный магазин, чтобы привезти стеклянных банок. Потом опять едем, когда первая партия наполнена. Нам помогает кот Тимоша - без помощи пушистого чёрного друга не обходится ни одно благое дело: он следит за всем процессом заготовки яблок.
Сквозь окошечко на кухню я наблюдаю, как муж в милом фартучке деловито хозяйничает. С одной стороны несколько досок для чистки и разделки яблок. На плите все конфорки заняты кастрюльками, в которых варится сладкое.
- Помочь? – спрашиваю.
- Да, принеси ещё яблок. Не хватило.
Иду в сторону огорода и смотрю под ногами, где есть опавшие яблоки, ещё нетронутые гнилью. Настоящие фрукты не лежат долго, в отличие от магазинных, их надо сразу есть, иначе увядают и морщатся быстро.
На аромат в кухню начинают слетаться крылатые – их в деревне полно. Осы, пчёлы, мухи.
Я, чтобы не мешать мужу творить, сижу на улице на лавочке и сканирую звуковую сцену вокруг, о которой на днях рассказывал Коля. Ширина, глубина, высота – именно в деревне звуки в пространстве каким-то удивительным образом дружат по всем параметрам, соединяясь в гармоничную картину. Вот на переднем плане прожужжало несколько мух справа налево и слева направо, вот еле слышно вспорхнула стрекоза, чуть дальше на разных высотах птички выводят каждая свою песню, ещё дальше неугомонно перекликаются петухи и лает собака, а за ней – шум проходящего поезда.
Проходит время, и муж, довольный, выходит на улицу. Все банки закатаны. Котейка тоже доволен, и благодарно мурлычет, растянувшись на пороге дома.
Когда темнеет, мы снова идём к яблоням. Силуэты деревьев едва видны в ночи. Воздух по-новому свежеет в это время суток. А над головой отчётливо видны созвездия, и через приложение на телефоне мы определяем, где какая звезда. Наверняка, где-то там, в глубине космоса, тоже есть обитаемая планета, где так же, как и мы, готовят варенье – нет, не из яблок, а из каких-либо неведомых нам фруктов.
Позже, вернувшись домой в город, мы начнём потихоньку открывать варенья-пятиминутки и вспоминать, как было здорово в Беларуси. С вареньем будет уютнее дома холодной зимой. И да, это будет самое вкусное варенье, потому что оно сделано заботливыми руками любимого мужа!
Памяти любимого мужа Николая Орса
Из книги "8 лет, месяц и 20 дней счастья"
Лена Орса