Это был 73-й маршрут, который следовал от площади Восстания до окраины города. Автобус был забит людьми, все спешили по своим делам. Я передвигалась по салону, проверяя билеты. В центре автобуса стояла молодая девушка, ей около 25. На ней было яркое платье, а волосы распущены. Я заметила, как она сняла хиджаб и убрала его в сумку, когда входила. Но я не обратила на это особого внимания — моя задача заключалась в проверке билетов, а не в оценке внешнего вида.
Подходя к ней, я вежливо попросила: «Ваш билет, пожалуйста». Она улыбнулась и вдруг заявила: «Я беременна, мне нельзя платить». Я была в замешательстве. Беременная? Живота не видно, а голос у неё был спокойным, как будто это обычная ситуация. Я спросила: «Извините, с каких пор беременным разрешено ездить бесплатно?» Она начала быстро говорить, что у неё есть справка, но она осталась дома, и что она всегда так ездит.
Я работаю в этой сфере давно и знаю, что подобные истории — не редкость. Люди могут придумать всё что угодно, лишь бы избежать оплаты 50 рублей. Но я не повышала голос и не конфликтовала. Сказала: «Без билета проехать нельзя, пожалуйста, оплатите». Она лишь покачала головой, а вокруг уже начали перешептываться.
Шум в автобусе
Ситуация в автобусе накалилась. Два парня, лет по 30, сидели рядом и вдруг начали заступаться за девушку. Один из них воскликнул: «Что вы к ней придираетесь? — видно же, что она не местная, дайте ей проехать!» Второй поддержал: «Теперь каждого проверять будете? Это же дискриминация!» Я стояла с терминалом в руках, чувствуя, как кровь приливает к лицу.
Дискриминация? Я ни слова не сказала о её внешности, о хиджабе или чем-либо подобном. Я просто попросила билет. Но парни разгорячились, будто я их оскорбила. А девушка по-прежнему улыбалась и не спешила доставать кошелек.
Я попыталась объяснить: «Я не против неё, я против того, что она не платит. Все платят, и я тоже, когда еду не по работе». Но меня уже не слушали. Кто-то из пассажиров закричал: «Заплатите за неё и едем дальше!» Но парни, которые так громко защищали её, почему-то не стремились достать деньги. Они лишь шумели.
Моя правда
Я не бездушная. 15 лет работы в автобусе — это не только про билеты, но и про нервы. Каждый день кто-то пытается проехать без оплаты. И знаете, я устала. Устала от отговорок про «забыл кошелек», «потерял билет» или «я беременна». Часто это одни и те же лица, которые ездят по одному маршруту и каждый раз находят новую историю.
Та девушка, что сняла хиджаб, была не первой. Я не знаю, почему она так поступила, и мне всё равно. Но я уверена, что она не собиралась платить. Она просто ждала, пока автобус доедет до её остановки, а потом вышла, не сказав ни слова. Парни, которые кричали о дискриминации, тоже замолчали. А я осталась в салоне, с чувством, будто меня обвинили во всех грехах.
Моя зарплата зависит от количества проданных билетов. Если я пропущу одного зайца, потом другого, в конце месяца недосчитаюсь денег. У меня есть сын, которому я помогаю с ипотекой, и внучка, которой я покупаю игрушки. Я не могу позволить себе быть доброй за свой счет.
Что осталось за кадром
На следующий день я узнала, что кто-то из пассажиров снял наш конфликт на телефон. Видео распространилось среди знакомых и дошло до моего начальника. Он вызвал меня и сказал: «Светлана Николаевна, вы понимаете, в какое время мы живем. Нужно быть осторожнее». Я кивнула, но внутри всё бурлило. Осторожнее? Я не кричала, не оскорбляла, не хватала ту девушку за руку. Я просто выполняла свою работу.
Позже ко мне подошла коллега Лариса, тоже кондуктор. Она рассказала, что видела ту же девушку на другом маршруте. И знаете что? Она снова пыталась проехать бесплатно, только теперь говорила, что у неё «дети голодные». Лариса тоже не пустила её без билета, и та ушла.
Я не хочу никого осуждать. Возможно, у той девушки действительно трудности. Может, она и вправду беременна. Но почему я должна за это расплачиваться из своего кармана? Почему я, которая 15 лет таскает сумку с терминалом и терпит ругань, должна чувствовать себя виноватой?