Он стал приходить с работы позже, пахнущий не своим парфюмом. Сначала Марина списывала на стресс — кризис в компании, говорил он. Но в ту пятницу все изменилось.
Она нашла в кармане его пиджака чек из ресторана «Лазурный», где они не были годами. Дата — прошлый вторник, сумма на двоих. Сердце замерло, но Марина не стала устраивать сцен. Вместо этого купила мини-камеру-пуговицу, вшила в подкладку его любимого пиджака.
Технологии — лучший союзник преданности.
Три дня ждала. На четвертый муж заявил, что едет в командировку. «В Лондон?» — уточнила она, зная, что переговоры перенесли. Он кивнул, избегая глаз.
Когда он ушел, Марина запустила приложение. Камера показала не аэропорт, а квартиру в центре. Интерьер узнался сразу: синие шторы, как у их бывшей соседки Леры. Той самой, что всегда «случайно» забегала за солью в одних кружевах)
Она ехала туда, давясь слезами. Лифт сломан — поднималась пешком, слыша сквозь дверь смех. Дрожащими руками достала ключ (спрятанный им под ковриком — наивный). Распахнула дверь.
Они сидели за столом с её же фарфором, подаренным на годовщину. Лера в его рубашке. В воздухе висел запал тишины.
«Ты... как?» — муж побледнел.
«Ты забыл, — Марина вынула из сумочки тюбик, — я реставрирую старые книги. Знаешь, что делает ультрафиолет с невидимыми чернилами?»
Она щелкнула фонариком. На столе, на салфетке, проступили фиолетовые буквы: «М. + Л. навсегда». Его почерк.
«Ты светишься в темноте, как дешевая вывеска», — сказала она, разворачиваясь. В кармане уже звонил телефон адвоката.
На лестнице Марина сняла обручальное кольцо. Оно упало в щель между ступенями — пусть ищет, если захочет.
P.S. Чек из «Лазурного» оказался поддельным. Лера сама его подбросила. Но это Марина узнает позже, когда бывший муж, рыдая, будет стучать в её новую дверь. А пока — она дышала полной грудью. Впервые за год.