У меня есть любимый канал в социальных сетях и там милая женщина в возрасте показывает о том, как они с друзьями проводят выходные. Это разные танцы, вечера. Там в основном проводят время пожилые люди. Я даже немного им завидую белой завистью. У них столько энергии, жизнелюбия, доброты. Они отдыхают, танцуют. Никому ничего плохого не делают, даже наоборот дарят добро. Мы смотрим на них и невольно улыбаемся и мечтаем провести свой следующий выходной также.
И что можно увидеть в комментариях от наших добрых соотечественников? «Дрыгаются, как это возможно в их то возрасте? Юбку бы длиннее надела, уж не девочка..» и еще много подобного.
Сегодня хочу сравнить как относятся к взрослым людям у нас и как в Англии.
В Англии к людям в возрасте относятся так, словно они ходячие музейные экспонаты — бережно, почтительно, но слегка опасаясь, что те рассыплются от неосторожного взгляда. Пенсионера здесь пропустят вперед в очереди за чаем, вежливо извинятся, если случайно заденут тростью, и непременно назовут «сэр» или «мадам», даже если перед ними 90-летняя Маргарет, которая всю жизнь проработала в пабе и знает тридцать два анекдота про королеву. Англичанин скорее умрет от внутреннего конфликта, чем позволит себе спросить пожилого человека: «Вам помочь перейти дорогу?» — вдруг это прозвучит как намек на немощность? Лучше украдкой наблюдать, как старушка пять минут бьется с турникетом в метро, мысленно аплодируя ее упорству.
В России бабушку с клюкой в том же метро не только проводят под руку, но и на ходу вручат совет «носи шапку, а то менингит схватишь», предложат завернуть вязаный шарф («у меня их пять, этот бери!») и усадят на место, громко объявив: «Молодежь, уступите *старушке*!» — причем слово «старушка» прозвучит так жизнеутверждающе, будто она только что выиграла марафон. Русские пенсионеры — это народные оракулы: они знают, почему у вас болит спина («не крестились в церкви!»), как правильно солить огурцы и почему Путин/Ленин/Николай II все исправят. С ними спорят, их ругают за консервативные взгляды, но втайне побаиваются: мало ли, бабушка наложит сглаз за непочтение.
Ирония в том, что англичанин, чтя пожилых, превращает их в эталон чопорности, а русский, называя незнакомую старушку «бабулей», нарушает все границы, но с такой душевностью, что обижаться грех. В Лондоне старика пригласят на чай с молоком, обсуждая погоду, в Москве — на рюмку водки, вспоминая, как «при Союзе трава была зеленее». И если где-то между этими мирами возникает недопонимание, то лишь потому, что уважение — оно, как матрешка: снаружи одно, а внутри прячется тысяча оттенков заботы. Или наоборот.
Могу уверить нет старушек и дедов, когда они душой молоды. Нам бы той самой английской деликатности. Подбодрить и помочь, если нужно. А что у нас? Добить лежачего и принизить.
Может поэтому и живут люди дольше в Англии, чем в России? Потому что у нас каждый напоминает людям о возрасте, словно им давно в мир иной?