нейросеть отказывается генерировать леди Аду))) И хоть убей, добавляет ей рога))) Ну как-то так))И считаю, что все обещанное отработала!
-Лорд Гроссу, капитан королевской стражи, - с нескрываем удовольствием посмаковала эти слова леди с фиалковыми глазами.
Марк ужасно скучал на этом приеме. Нет, работу он свою выполнял, конечно. И лицо сохранял какое надо. Все-таки профессионал. Но Мерлин, как же сильно он скучал! Поэтому, когда рядом прозвучал звонкий голосок, он даже удивился. Обернулся к его владелице, и даже несколько смутился. Леди была ангельски хороша. И это не было искушение юностью, по взгляду и легкому прищуру, манере держаться, можно было понять, что перед тобой не невинное создание.
-Мы не знакомы, - констатировал Марк. В обществе в целом и на таких приемах в частности, очень чтили правила. А по правилам, незнакомые люди между собой не общаются. Нужно было найти посредника, чтобы тот представил тебя оппоненту. Если твоя репутация тебе дорога, конечно. И уж тем более это касалось взаимодействия мужчины и женщины. Поведение этой леди однозначно было дерзким.
- Кто же не знает лорда Марка Гроссу? Леди Ада Ионеску, - представилась леди с легким поклоном, наплевав на правила хорошего тона и собственную репутацию. - Теперь мы знакомы. Я новый придворный маг. Одна из многих, но мое направление уникально - экзорцизм. Я просто подумала, что никто иной не сможет помочь мне лучше, чем капитан королевской стражи.
Марк мысленно закатил глаза. В его обязанности не входило знать всех придворных чиновников, и он страшно не любил все эти женские увертки. Скажи прямо, и возможно мы подружимся. Но леди явно предпочитала ходить кругами. А его хорошее воспитание настаивало на том, чтобы поддаться на эту игру.
-И чем же я могу быть вам полезен? - недовольно протянул он.
-Представьте меня этому обществу, - пожала плечами леди. - Я оказалась в нелепом положении. Спасите меня, капитан.
Ее фиалковые глаза на мгновение скрылись за пушистыми ресницами и вновь вспыхнули тем же лукавым огнем.
-Верховный придворный маг обещал не оставлять меня тут одну. Но видимо вино оказалось более приятной компанией, чем я. А мне не интересны старые пьяницы.
Марк скрепя сердце кивнул, и прием оказался не таким уж скучным. Леди Ада внесла в него некое разнообразия. Они смеялись, перешептывались как заговорщики, пили вино и в конце-концов, вместе покинули его. Целовались у главной лестницы и как-то незаметно оказались в ее покоях.
Все завертелось быстро. У Марка во дворце тоже имелись собственные комнаты. И они довольно часто кочевали из ее кровати в его. Ничего предосудительного, взрослые же люди.
Но иногда, просыпаясь на мятых простынях, путаясь в белокурых локонах, он долго лежал без сна, не понимая, что за тревога окутывает его душу. Она ему и нравилась и не нравилась одновременно. Нравилась, когда она была искренней. Когда увлеченно рассказывала о новых трудах в ее области или открытиях по этой теме, когда в сердцах ругалась на старых магов, когда с аппетитом ела или когда смеялась, запрокинув голову и у виска трепетала короткая прядка белокурых волос. И не нравилась, когда он чувствовал в ней притворство, когда она врала и попадалась на мелочах, когда зло высмеивала других и сплетничала. Угнетало чувство навязанности. Словно у него и выбора-то не было. С того приема их и начали рассматривать как пару. Не то, чтобы всерьез, но поползли слухи.
А потом она и вовсе явилась на прием в поместье Гроссу. Там собралась семья, только самые-самые близкие, торжество человек на пятнадцать. Праздновали что-то семейное. И когда эльф объявил о прибытии леди Ионеску, Марк удивился едва ли не больше прочих. Но тем не менее, семье ее представил. Не как любовницу, конечно. Но как близкого человека.
Леди Вероника гостье поначалу обрадовалась. Семья в целом приняла Аду хорошо. Мужская часть семьи даже позавидовала. Все-таки Ада знала, как нужно себя повести и как лучше себя показать. Скромная и нежная в белых одеждах, она не позволила себе ни одной двусмысленности, ни одной дерзости, держалась застенчиво и мило. Похвалила дом и вкус леди Вероники, прием и угощения. И весь вечер Марк чувствовал фальш в ней. Наигранность. Ей было трудно соответствовать выбранному образу и она явно тяготилась. Но отчего-то осталась до самого конца приема.
И только когда он провожал ее в каминный зал, она задержала свою руку на его локте дольше положенного, чуть сжала, привлекая внимание.
-Прости меня, - проговорила надломлено, не глядя в глаза. - Прости, что явилась сюда без приглашения. Я просто... - ресницы дрогнули и фиалковые глаза заглянули, казалось, в самую душу. - Для меня это невыносимо, Марк. Я так влипла с тобой. Я только одним глазком хотела подсмотреть, какой ты, когда в кругу семьи. Кто твои родители и где твой дом, - ее и без того тихий голос перешел на надломленный, чуть хрипловатый шепот. - Прости, что явилась сюда как воришка. Но мне невыносимо думать, что я так мало о тебе знаю. И так мало для тебя значу. Потому что, кажется, я сама слишком влюбилась.
Теперь она была искренней. И имела в виду каждое из слов, которые произнесла. Собралась уже уходить, когда он перехватил ее ладонь. Нельзя сказать такое и тут же сбежать. Тем более сказать так проникновенно, не соврав и не слукавив ни единым тоном.
-Если бы мы только могли попробовать, хотя бы просто попробовать, создать что-то большее, настоящее, - зашептала она ему в губы. И протянула почти умоляюще. - Маааарк, пожалуйста. Не прогоняй меня.
Когда на следующее утро они спустились на завтрак вместе, старшие Гроссу и виду не подали что что-то не так.
Лишь много позже леди Вероника потрепала своего сына по голове, ласково обнимая за плечи. Он задрал голову, рассматривая свою необычно ласковую мать снизу вверх, даже порывался встать с кресла, но она удержала его за плечи.
-Марк. Эта девушка правда тебе нравится? На самом деле?
-Этого незаметно? - поинтересовался, недовольный тем, что она задает столь личные вопросы. Неудобные вопросы. Ответов на которые он и сам не знал.
-Незаметно. Потому я и спрашиваю, - ласково, с истинным беспокойством произнесла женщина, - Конечно, я не стану учить тебя как жить и с кем. Только хочу предупредить. Будь осторожен. Она очень красивая и хорошо воспитана. Но она действительно та, кто тебе нужен, Марк? Не отвечай мне. Просто подумай об этом сам. И подумай очень серьезно.
Стало очевидно, что леди Веронике Ада не понравилась. И не понравилась она как раз этой своей неискренностью. Марк и сам об этом часто думал. Порой ему казалось, что Ада намеренно провоцирует его, выстраивая ситуации таким образом, чтобы весь свет знал - они пара. Но разве это плохо? Разве не поступал бы он сам так же, дай она ему на это хоть шанс? Но все равно, было в ней что-то, что заставляло его быть настороже.
А потом случилось то, чего он, сам себе удивился когда это понял, подспудно от нее ждал. Леди Аду Ионеску обвинили в нарушении этических норм, в использовании запретных техник, в проникновении в закрытый архив королевской библиотеки, в бесчеловечных опытах над молодыми волшебниками и Мерлин знает в чем еще.
В его комнату во дворце деликатно постучали. Была ночь, и им удалось увидеться впервые за три последних дня. Страсть кипела в венах, и они даже не сразу услышали стук.
-Не открывай! - Ада прижалась к его губам в еще более страстном поцелуе, но стук продолжился.
Марк подошел к двери. Он ожидал, что пришли по одному из бесчисленных дел от принца, но за дверью стояла стража тайной канцелярии.
-Лорд Гроссу, мы разыскиваем леди Ионеску. Вы располагаете информацией о месте ее нахождения? - говоривший был молод, оттого несколько робел. Все-таки не каждый день приходится арестовывать любовницу второго после принца человека в королевстве.
Марку пришлось ее выдать, но и самому отправится следом. Нужно было во всем разобраться. Ее лабораторию опечатали. Обыскали ее жилье и жилье Марка во дворце. В поместье Гроссу никто сунуться не посмел. Но Марку все равно пришлось разбираться и с этим.
Леди Аду обвиняли в том, что из-за ее экспериментов едва не погиб ученик средних классов школы магии. Пришлось получить разрешение принца навестить ее в тюрьме.
Леди Ада Ионеску даже такая, испуганная и растрепанная, в черных тюремных одеяниях, выглядела как ангел. В ее фиалковых глазах плескался страх.
-Что ты натворила? - спросил первым делом. Он еще не знал подробностей, и что-то подсказывало ему - лучше и не знать.
-Я только делала свою работу! - она подошла ближе, и рукой, на запястье которой болтался антарный браслет, схватилась за его руку. Прижалась к разделяющей их решетке. - Марк, я не виновата...
-Из-за тебя едва не погиб подросток, - процедил он. - Что значит - не виновата?
-Я выводила новые формулы экзорцизма. Он был добровольцем и он подписал отказ от претензий! Это несчастный случай! Но ты не представляешь, насколько я продвинулась! Это... - она плотнее прижалась к решетке и зашептала страстным шепотом. Ее глаза полыхали лихорадочным огнем фанатика. - Я могу победить саму смерть! Понимаешь? ОН обещал помочь мне, обещал лучшее оборудование! ОН нашел добровольцев. Но Марк, когда ставки так высоки, разве можно оценивать незначительный сопутствующий ущерб?! Наука шагает семимильными шагами. Но да, ради этого... Кто-то может пострадать. Но это жертва во имя науки!
-Незначительный сопутствующий ущерб?! Ты шутишь?! Этот мальчишка чудом выжил! Но никогда не сможет больше пользоваться своим резервом! Ты искалечила его! - его с головой затопило негодование. - Будь хоть сейчас честна со мной. Ты рассчитывала, что мое имя и титул тебя защитят?
-Марк! - ее фиалковые глаза наполнились слезами. -Может в самом начале так и было... Но теперь... Но я... Я люблю тебя, Марк! Я... Пожалуйста, поверь хоть бы в это! Можешь не защищать меня. Можешь вообще посмотреть, как меня отправят на казнь. Только поверь. Я правда люблю тебя.
Марк верил в это, как и в каждую строку в ее деле, в каждое обвинение.
***
Леди Алина Монтеану шла к кабинету своего мужа, чтобы подписать несколько счетов. В этом месяце они ничего не отправляли на благотворительность и в школу, леди Алина планировала это исправить прямо сейчас. Но стоило свернуть в нужный коридор, как она услышала крики. Ее сын и ее муж снова не ладили.
-Ты женишься на этой девке! Клянусь тебе, только посмей ослушаться, я сотру эту Русу с лица земли. Я тебе это обещаю! - орал Теодор срывающимся голосом.
-Не смей ей угрожать! Ты и так сделал достаточно, оставь ее в покое!! И нет, лади Орели никогда не станет Монтеану!! - Сорин говорил чуть тише, и куда более увереннее. Откуда только в этом мальчишке столько упрямства?!
-Она что, недостаточно бедна для тебя?! - рявкнул Теодор, но тут же как-будто успокоился, голос его начал сочиться ядом. - Что тебе не нравится? Она молода, хороша собой, и стоит довольно дорого. Что тебя не устраивает?!
-Я тебе уже сказал. Я не собираюсь жениться ни на Орели, ни на ком либо другом. Хочешь скандала перед гостями, ладно. Я обещаю, он тебе надолго запомнится.
Леди Алина постояла в нерешительности под дверью и уже собралась уходить, когда дверь отворилась, и ее сын покинул кабинет широкими шагами. Уходил он в другом направлении, потому и не заметил матушку. Она осторожно вошла в кабинет.
-Тебе не следует так на него давить, - мягко сказала она мужу.
-В кого он только так упрям! Точно бес! - сварливо пробормотал тот в ответ.
Не успела леди Монтеану что-то ответить, как в кабинете сработал камин. Из него без всякого приглашения вышел Владимир.
-Леди Монтеану, - гость поклонился и выжидающе уставился на хозяйку дома. - Могу я поговорить с вашим супругом наедине?
Владимир выглядел странно. Он словно нервничал. И леди Алина поторопилась исполнить просьбу. Владимир никогда не нервничает и никогда не повышает голос! Но только не в этот раз. Она задержалась совсем ненадолго у двери, и вздрогнула всем телом, когда Владимир почти зарычал на ее мужа.
-Так добейся от него послушания!! Предложи ему то, что он хочет! Посули что угодно!! Но добейся на суде заключения!! Мы не можем допустить смертной казни!
-За причинение вреда волшебнику, в случае непоправимого ущерба, в королевстве действует только один приговор! - довольно громко произнес лорд Монтеану.
-Ну так придумай, как сделать исключение!! Разве твой голос мало что значит?!
-Если Сорин выступит против - веса не хватит!
-Тогда сделай так, чтобы не выступил. Мне нужна эта девчонка! Мы почти у цели!!
Леди Алина предпочла удалиться. Она не хотела знать, что за темные делишки Владимир снова вешает на ее мужа.
***
-Ты... что?!
Лорд Монтеану младший закатил глаза. Чхать он хотел на все возмущения этого Гроссу. На кону его свобода. И если она зависит от жизни этой беспринципной леди пусть так и будет.
-Ты что, не понимаешь? - лорд Гроссу глядел на него так, словно впервые видел.- Ты приближенный к принцу человек. Ты должен придерживаться его позиции. Ты Монтеану! Твой голос много значит для равновесия. Хочешь усугубить гражданскую войну?!
-Откуда столько гнева? - не мене ядовито поинтересовался Сорин. - Брось, Марк, это ты должен защищать ее, а не я. Или по крайней мере не мешай, если у самого кишка тонка.
-Сорин, она тебе не по зубам. - вкрадчиво произнес Марк. - Она опасна! И она бесспорно виновата. Нельзя допускать...
-Ты же с ней спал, Марк! Так прояви к леди хоть немного снисхождения! Вот уж не думал, что ты настолько гнилой человек. Неужели ты не дрогнешь, спровадив ее на казнь?
-Она практически убила человека. Впрочем, она поступила хуже. Лишила его магии. Ты хоть бы читал дело?! Она опасна. Мы не можем разрешить проводить опыты на людях! Но что если ее выкрадет кто-то менее щепетильный? Она еретик. Каким станет мир, если такое будет нормой?
-Читал я ее грешки. И не вижу ничего, что там потянуло бы на смертную казнь.
Сорин лукавил. Он не только был согласен с каждым словом Марка, но и сам считал, что такие как Ада не должны иметь доступ к науке. Но отец обещал что оставит его в покое. Нет, леди Айлу это ему не вернет, но хоть бы дальше он сможет строить свою жизнь как ему самому захочется. Без указки и направления отца. А это стоило того, чтобы чуть замараться. Больше он все равно не вытянет.
***
Леди Ада Ионеску стояла в углу своей камеры и не торопилась подходить к решетке. Она не знала своего посетила и чего от него можно ждать. Единственный, кого она хотела бы видеть - Марк. Единственный, кто мог ей помочь - Владимир. Но ни тот ни другой к ней не торопились. К тому же пришлый был слишком юн.
-Разрешите представится, лорд Монтеану.
-Монтеану... - протянула узница, и только сейчас вспомнила его. -Ах, да. - она искренне улыбнулась. - Сорин Монтеану. Чем обязана?
-Я помогу вам завтра на процессе. Нужно обсудить некоторые детали, - строгий взгляд, строгий голос, строгий костюм. Но все равно еще мальчишка, а уже туда же, играть во взрослые игры?
-С чего бы Монтеану защищать такую как я? - Ада подошла ближе. Он уже имеет вес в суде? Почему она не обратила на него внимание раньше? В силу возраста? Это было бы куда более перспективное знакомство...
Ада подошла еще ближе, встала вполоборота, невзначай открывая натертые запястья и показывая синяки на шее. Она знала как выглядеть уязвимой и вызвать желание защищать.
-Не трудись. - фыркнул Сорин. Ада прищурилась. Ах вот как? Да. В молодости такое случается. Всякая влюбленность кажется вечной. Как все не кстати!
***
Через три дня леди Аду Ионеску приговорили к пожизненному заключению в собственном доме. Домовик, призванный присматривать за узницей был стар и очень суров.
Приставы тщательно просмотрели литературу, которая осталась в доме, перекопали все артефакты, уничтожили лабораторные труды. Список лиц, которым позволено посещать леди ограничивался двумя пунктами. Позже в него была вписана леди Орели. Когда Марк множество раз отказал ей, когда принц даже не принял ее по этому вопросу, она пришла к Сорину Монтеану.
-Мы слишком сдружились с леди Ионеску. И я хотела бы иногда ее навещать. Вам не слишком сложно будет раздобыть мне пропуск. Раз уж вы отказались от нашей свадьбы, сделайте мне маленький прощальный подарок.
И Сорин согласился, ибо никогда больше не желал видеть эту леди в своей жизни.
***
Марк долго не мог примирится с этой ситуацией. Его то одолевали сомнения, то мучала совесть. Он впадал из крайности в крайность, тревожась и переживая. Больше всего его беспокоило собственное равнодушие. Что если он не способен на любовь вообще? Он видел пример родителей, и нисколько не сомневался, что отец наплевал бы на всю этику мира, на положение в обществе, на суды и прочие инстанции. Он спрятал бы свою супругу на краю земли, отказавшись вообще от всего. Почему же для он так не смог?
И только много позже, когда леди Айла Русу стояла рядом с ним, на помосте для казни, и смотрела как разгорается костер для Владимира, он всей душой чувствовал, что она что-то задумала. Мысли разбегались. Он ждал ее шага. И был готов ко всему. И точно знал, что последует за ней. Чтобы она ни задумала, он будет ей помогать, защищать и если потом она предстанет перед судом, он встанет рядом. Или даже перед. Потому что ничто больше не имело значения.