Каждый раз, когда я иду по проспекту Революционной — а как же иначе назвать эту улицу, если не сердцем города? — кажется, будто время здесь замедляет ход, чтобы позволить мне рассмотреть каждую деталь. Идеальную плитку под ногами, фонари под старину, будто сошедшие со страниц сказки, и эти пышные клумбы, которые, кажется, соревнуются между собой в яркости. А ведь всё это — лишь изящная оправа для настоящих сокровищ, величественных зданий, чьи фасады хранят истории купцов, художников и даже царских особ...
Знаете, чем особенно горжусь? Тем, что мой Вольск когда-то сводил с ума не только меня, но и великих творцов! Жуковский восхищался его красотой, Репин застыл с кистью в руках, поражённый волжскими просторами, а наследник престола, говорят, даже замечтался, глядя на золотые купола храмов, будто парящих над холмами. И ведь не зря — наш город и правда словно сошёл с открытки- уютный, гармоничный, с той самой «русской душой», которую так трудно объяснить, но невозможно не почувствовать...
Иоанно-Предтеченский Кафедральный собор
И среди этих жемчужин архитектуры особо сиял Иоанно-Предтеченский Кафедральный собор — величественный, как сама Волга, у берегов которой он стоял. Представляете, как его золотые купола сверкали на солнце, отражаясь в речной глади, словно второе небо? А ведь когда-то на этом месте была всего лишь скромная слобода Малыковка — простая, как крестьянская рубаха, пока в 1780 году Вольск не получил статус города и начал писать свою историю уже другими, более уверенными чернилами.
Но, как это часто бывает, время не пощадило первый каменный храм — к началу XIX века он обветшал, и городские власти задумались о новой церкви. Вот только спонсоры, как нарочно, оказались старообрядцами и вкладывали деньги в свою Христорождественскую церковь. Даже в благих делах находилось место торговле. Купцы готовы были помочь городу, но только если власти, в свою очередь, перестанут чинить им препятствия. Уж не знаю, чем закончились эти переговоры, но одно ясно — Вольск всегда умел находить общий язык даже с самыми упрямыми собеседниками!
Злобин заложил храм
Вот ведь как интересно поворачиваются дела! На заседании в апреле 1809 года Вольская дума решала судьбу обветшавшего собора — то ли чинить, то ли строить заново, а местные купцы тем временем вели свою игру. Представьте, старообрядцы, которых власти обычно гоняли, вдруг предлагают епископу Моисею сделку — они строят новый собор для города, а он закрывает глаза на их храм. Настоящий торговый компромисс в духе вольского купечества! И вы знаете, сработало — старый собор разобрали, а уже в 1814 году заложили новый, правда, не без приключений...
Место для нового собора выбрали не простое — там раньше стояла деревянная Никольская церковь, которую разобрали ещё в 1803 году, а потом... потом началась типичная для Вольска история. Знаменитый купец Злобин заложил храм, да так и не достроил, оставив городу ещё одну недорешённую загадку. Деньги кончились, стройка замерла на годы, и даже к 1837 году собор стоял недостроенным . Но ведь в итоге-то красавец-собор всё же вознёс свои купола? Значит, не зря старались!
Стройка замерла почти на 30 лет
Вот уж точно — не нами заведено, не нами и закончится! Казалось бы, купец Злобин — человек с деньгами и влиянием — вот-вот подарит городу новый собор, но судьба распорядилась иначе. Дела пошли под откос, а после его смерти в 1814 году стройка и вовсе замерла почти на 30 лет. И кто бы мог подумать, что главными спасителями окажутся старообрядцы, пожертвовавшие больше 15 тысяч рублей? Но как только власти, верные своему слову, запретили им строить свой храм — денежный ручеёк тут же иссяк. Ирония судьбы- собор, который должен был стать символом согласия, на десятилетия превратился в памятник бюрократических проволочек!
Но Вольск — город упрямый, и если уж за что-то взялся, то доведёт до конца. В 1832 году эстафету подхватил купец Усачёв, который, как настоящий детектив, искал деньги по всему городу. Мещане платили по 50 копеек с души, купцы сыпали рублями, а городские власти и вовсе устроили аукцион щедрости — сэкономили на покупке дома Мясникова и 10 тысяч отправили на храм. И вот, после 30 лет мытарств, в 1844 году собор наконец-то освятили. Представляете, сколько поколений вольчан за это время успело родиться, вырасти и состариться? Зато теперь их дети могли любоваться не полуразрушенной стройкой века, а величественным храмом — правда, ценой маленького подвига и большой городской саги!
Настоящий архитектурный шедевр
А ведь за каждым великим храмом стоит не только вдохновение, но и труд талантливого зодчего! Строительство Вольского собора доверили губернскому архитектору Григорию Петрову — тому самому, кто завершал возведение саратовского Собора Александра Невского. Под его руководством вырос настоящий архитектурный шедевр- просторный пятикупольный храм в благородных традициях классицизма, с тремя престолами — словно три страницы истории в камне. И когда в 1849 году учредили Вольское викариатство, скромный приходской храм гордо поднялся в статусе, став кафедральным собором. Теперь он был не просто местом для молитв, а духовным центром всего уезда!
Но самое удивительное сокровище собора пряталось вовсе не в алтаре, а на третьем этаже колокольни... Там, в пыльном полумраке, хранился бесценный архив Вольского Духовного Правления — 70 пудов документов, которые буквально рассыпались в руках. Настоятель отец Павел Соколов в 1912 году с отчаянием писал, что разобрать этот «бумажный вулкан» не хватит и жизни. Тюки сгнили, бечёвки порвались, а пыли — будто сама история чихнула тут пару веков назад. Честно признаться, мне его жаль — представляете, каково это знать, что держишь в руках уникальные документы екатерининской эпохи, но вместо изучения лишь беспомощно наблюдать, как время медленно превращает их в труху? Вот уж воистину — иногда архивы бывают опаснее, чем самые страшные церковные проклятия!
1920-е годы стали для собора временем испытаний
Настоятель Александр Вербицкий, сменивший отчаявшегося отца Павла, оказался упорнее — он всё же разобрал этот "бумажный хаос", составив хотя бы приблизительную опись. 207 дел, бережно переправленных в Саратов, теперь хранятся в архиве области, став золотой жилой для историков. Жаль только, что часть документов — особенно те самые приходно-расходные книги по строительству собора — остались в храме и, вероятно, разделили его печальную участь в 1930-х. Как же обидно, целые главы вольской истории просто рассыпались в прах вместе с кирпичами...
1920-е годы стали для собора временем испытаний. Захваченный обновленцами, он превратился в арену богословских баталий — здесь спорили, ругались, делили власть. А тем временем новая власть методично выполняла план, закрывались домовые церкви, изымались ценности, благочинный Тихов получал "выволочки" за попытки спасти хоть что-то. Ирония судьбы- подробные описи имущества, которые приходы добросовестно составляли по требованию властей, позже стали руководством к действию для тех, кто приходил изымать "излишки". Лишь кладбищенская церковь уцелела — видимо, даже у самых рьяных борцов с религией не поднялась рука брать деньги за землю, где лежали мертвые. Но главное чудо — несмотря на всё, храмы выстояли. Да, израненные, расколотые, но — живые. Пока ещё...
Вольск на "передовой" борьбы с религией
Наступили 1930-е — годы, когда идеология перестала стесняться. Вольск, еще недавно живший под перезвон колоколов, вдруг оказался на "передовой" борьбы с религией. Всё началось с деловой бумажки — служебной записки председателя Горсовета Васильева от 9 марта 1929 года. Какое-то зловещее сочетание бюрократического канцелярита и революционного пафоса, "трудящиеся массы" (кто именно эти массы — большой вопрос) "единодушно" потребовали закрыть четыре храма. И ведь как ловко расставлены акценты — не просто церкви, а "обновленческие", будто это должно было сделать их уничтожение более справедливым...
Но история сохранила красноречивые детали. Приложенная к записке справка о голосовании — настоящий шедевр советского двоемыслия. Цифры кричат о том, что "единодушия" не было и близко, но кого это волновало? Собор на площади 10-летия Октября (какая издевка — переименовать храм в честь события, его уничтожившего!), Успенская, Благовещенская, монастырь — все они были уже обречены.
Эти самые "наказы трудящихся" появились аккурат во время предвыборной кампании. Совпадение? Не думаю. Власть, еще недавно копившая описи церковного имущества, теперь сбросила маску — начиналась эпоха, когда даже кладбищенская церковь перестала быть неприкосновенной...
Крест на судьбе Иоанно-Предтеченского собора
Осень 1929 года стала роковой для вольских святынь. Сухие строки протокола №57 Президиума Крайисполкома поставили крест на судьбе Иоанно-Предтеченского собора, Успенской и Благовещенской церквей. Буквально через год, в августе 1930-го, та же участь постигла Покровскую и две Христорождественские церкви — старообрядческую и единоверческую. Казалось, Вольск методично лишают его духовного наследия, стирая с лица города целые пласты истории.
Но даже в эти мрачные годы находились островки веры. До конца 1937 года в переименованной Ново-Троицкой церкви (бывшем Успенском храме старообрядцев) ещё теплилась жизнь. Здесь служили последние священники довоенного Вольска — Мстислав Курмышский и Василий Розанов, а среди прихожан прятались монахини разогнанного Владимирского монастыря. Трагическая ирония, 37 из них были расстреляны в том же 1937 году, завершив кровавую главу вольского церковного сопротивления.
Судьба Иоанно-Предтеченского собора после закрытия — горькая метафора эпохи. В его стенах, где когда-то молились будущие святые — епископ Гермоген (Долганев) и архиепископ Герман (Косолапов), — теперь хранили зерно. В конце 1930-х храм, не поддавшийся полному разбору, взорвали. Мечта о театре на его месте так и осталась мечтой — война спутала все планы, оставив городу лишь уродливый котлован, который "украшал" центр Вольска до 1960-х. Позже здесь выросли кинотеатр «Восход» и универмаг, но память о соборе не исчезла.
Сегодня о великом храме напоминает лишь придел в восстановленном Христорождественском храме, освящённый в честь Усекновения главы Иоанна Предтечи. Эта скромная дань памяти — словно намёк на то, что история, даже будучи разрушенной до основания, всё же оставляет след. И пусть от собора не осталось даже камней, его история продолжает жить — в архивных документах, в воспоминаниях, в тихом свете лампад у нового престола...
Купол, переживший века
А ведь история иногда преподносит удивительные сюрпризы! Если верить предположениям некоторых краеведов, то самое первое здание Иоанно-Предтеченского собора, считавшееся утраченным, могло сохраниться до наших дней — правда, в перестроенном виде. Стоящее на углу главной площади Вольска, оно скромно прячет в своей архитектуре следы былого величия - тот самый купол, переживший века, смотрит на нас, словно немой свидетель былых времен.
Вместо традиционного для России сноса "устаревшего" храма в 1809 году его могли просто... перепрофилировать под жильё. Представляете — под сводами, где когда-то звучали молитвы, потом десятилетиями кипела обычная житейская суета- детский смех, семейные споры, чай на столе под бывшими церковными росписями. Если эта версия верна, то Вольск подарил нам редчайший пример бережного (хоть и вынужденного) отношения к своей истории — когда старое не уничтожают, а дают ему новую жизнь. И как символично: на главной площади города, где когда-то гремели революционные митинги, тихо стоит дом, переживший все бури эпох...