Степа, когда ему было восемнадцать, поссорился с лучшим другом. Из-за девушки.
Поссорились и подрались. Степа худенький и слабый, друг сильный и драться профессионально умеет.
Понятно, что Степа проиграл. Проиграл – мягко сказано. Пострадал, причем так, что в больницу увезли и что-то с лицом доктора делали.
Мать Степы хотела в суд на парня подать, даже документы приготовила, но бывший уже друг со своей матерью пришел и просил у Степы прощения.
Пришли, руку не подал, как раньше: «Прости, Степа, я был не прав». В пол смотрит, взгляд отводит.
Его мать заплакала: «Не губите сына. Не надо портить ему биографию. Мы с сыном на колени встанем. Простите – пожалуйста».
И Степа простил, хотя чуть инвалидом не сделался. Маму уговорил не начинать.
Дружить – ясное дело – перестали.
Как-то случайно столкнулись лицом к лицу. Бывший друг улыбнулся, а Степа почувствовал дрожь. Лицо почему-то дергалось, и становилось дурно, и дышать тяжело. Что-то вроде приступа.
Не поздоровался – отвернулся и ушел.
Степа учился в другом городе, к родителям приезжал редко. Затем там женился и осел. Чужое место стало своим.
Родились дети, текла семейная жизнь. Про бывшего друга забыл. Только шрам на лице остался.
Дети выросли, разлетелись, и Степа с женой уже немолодые. Оба на пенсии, поседели.
А мама у Степы жива. За девяносто. Степа приехал к ней, чтобы решить, что со старушкой делать. К себе бы забрать, да мать не желает, говорит, что на новом месте долго не протянет.
И к ней ехать – не то. Не оставишь же дом. Что делать?
Пошел пройтись по родному городу. Направился к школе – так всегда делают, когда на родину приезжают.
Прошелся по школьному двору, постоял, посмотрел на окна.
Во дворе дед гуляет – пожилой мужчина. Дорога через двор проходила.
Заметил Степу, подошел: «Не узнаешь? Давно приехал»?
Это, оказывается, старый друг. Столько лет прошло – состарились оба, ничего от молодости не осталось.
Узнал изменившиеся черты. И вдруг – странное. Лицо стало дергаться, дурнота – к горлу, воздуха мало, и слабость.
Прошлое, как оказалось, никуда не делась, а мирно спало в закоулках сознания. Свернулось клубком и почивало.
Качнуло Степу в сторону, сгорбился и пошел. Быстро пошел. Бывший друг крикнул: «Не простил? До сих пор не простил»?
Степа, не останавливаясь, ответил, что нет. Ум предлагает простить, доводы разные приводит, а тело, организм – психика – не могут. Что-то внутри искалечено. Память – о боли, о жестокости, о злости.
Трудно забыть того, кто чуть не убил. И сделал бы, если бы посторонние люди не остановили.
Странное существо – человек.
Маму не успел забрать. Сестра приехала – проводили в последний путь.
Уехал Степа домой. И снова забыл. А то воспоминание заснуло мирно. До следующего раза. Которого, наверное, не будет.