История возведения новой главной линии сухопутной обороны Владивостокской крепости – «Проект 1910 года». Крепость и остров Русский в последние предреволюционные годы (1909-1917 гг.).
Для реализации «Проекта 1910 года» во Владивостоке было образовано Временное управление Строителя Владивостокской крепости, начальником которого стал бывший Строитель Кронштадтских укреплений генерал-майор В.А. Кухарский, совместивший указанную должность с должностью начальника инженеров крепости.
Проектированием фортов на полуострове Муравьева-Амурского руководил военный инженер генерал-майор А.П. Шошин, а на острове Русском – помощник Строителя крепости военный инженер полковник Александр Львович Федоров.
Авторами проектов укреплений и производителями различных оборонительно-строительных работ также являлись военные инженеры: капитаны К.Н. Кудрявцев, П.П. Унтербергер, Н.Н. Ионов, Е.П. Проценко, А.З. Зубрицкий, В.А. Свиньин, Ч.Б. Рыбинский, В.В. Буйко, подполковник В.С. Торопов, капитаны И.Н. Ушаков, Ф.Д. Шабанов, И.Д. Греков, А.П. Фирсов, Л.Л. Иванов, Н.Н. Шелавин, А.Ф. Куксин и другие.
Огромная работа, связанная с подготовкой большого числа проектных и отчетных чертежей, различных карт и планов была проделана работниками чертежной Управления Строителя Владивостокской крепости, во главе которых стоял заведующий чертежной – военный инженер капитан Г.П. Захарин.
В ходе строительных работ на начальном этапе реализации «Проекта 1910 года» строители сталкивались со значительными трудностями. Сами строительные работы начались только с поздней осени 1910 г., когда прибывшие в крепость инженерные офицеры несколько освоились с местными условиями, составили и утвердили проекты.
Обстановка в Южно-Уссурийском крае совсем не походила на привычные для фортификаторов условия Европейской России. Прежде всего, на Дальнем Востоке отсутствовало необходимое количество российских рабочих, а привлекать для строительства китайцев и корейцев было строжайше запрещено из-за опасений шпионажа с их стороны. Однако уже к 1911 г. удалось законтрактовать в Курской, Брянской и Рязанской губерниях 3 тысячи рабочих; впоследствии число вольнонаемных рабочих во Владивостокской крепости возросло до 12 тысяч человек. Затруднения также возникали первоначально и с покупкой цемента: продукция единственного к востоку от Урала российского Спасского цементного завода была на несколько лет вперед откуплена Управлением КВЖД. В конечном счете, удалось разместить заказ во Всероссийском товариществе по торговле цементом («Цемент-круг») в Новороссийске и доставлять цемент морским путем. Помимо прочего, строительные работы в значительной мере затрудняли такие факторы, как скальный грунт, крутые склоны сопок, неготовность качественных дорог для подвоза материалов, а также недостаток транспортных средств.
Военный инженер А.П. Шошин для выполнения огромного объема необходимых строительных работ в крепости задействовал все новейшие достижения строительной техники: механические перфораторы при скальных и тоннельных буро-взрывных работах, бетонные заводы и бетоньерки, камнедробилки, работающие на электричестве. Для доставки многих тысяч тонн песка, щебня и цемента на форты от железнодорожной станции «Вторая Речка» была проложена специальная железнодорожная ветка. От этой ветки ко всем фортам от Амурского до Уссурийского залива была подведена целая система подвесных канатных дорог. Подобные канатные дороги были устроены и на острове Русском. Собственными силами инженеры Владивостокской крепости даже построили теплоход с керосиновым двигателем в 25 лошадиных сил и грузоподъемностью до 200 тонн, также использовавшийся в процессе строительства.
Осенью 1911 г., не выдержав нервного напряжения, связанного с масштабной стройкой, генерал-майор В.А. Кухарский оставил по болезни должность начальника инженеров и строителя крепости. На его место был назначен генерал-майор А.П. Шошин. В течение 1912 г. и 1913 г. темпы строительных работ во Владивостоке возросли до рекордных. Форты, на которых пришлось выполнять сверхплановые работы из-за изменения требований к их боевой устойчивости, приобрели более завершенную форму. Два опорных пункта были выстроены полностью и еще два были начаты. Дороги ко всем сооружениям были проложены. Пять групп тоннельных погребов готовились к приемке боезапаса. На большинстве береговых батарей стояли орудия, и шли работы по набивке бетонных массивов. Артиллеристы подписывали акты приемки береговых капониров.
При этом в процессе строительства в первоначальные проекты сооружений вносились изменения. В частности, с 1913 г. в кофры начали устанавливать снятые с берегового фронта 57-мм скорострельные пушки Норденфельда, отличавшиеся от капонирных способом установки и большей длиной ствола (последнее обеспечивало большую дальность стрельбы).
К началу Первой мировой войны 1914-1918 гг. на береговом фронте Владивостока было выстроено 17 береговых батарей, 18 капониров и полукапониров, были устроены питательные пороховые погреба, обширная сеть дорог, казармы, минные станции, дальномерные посты и многое другое. Однако полностью достроено было только пять батарей «Проекта 1910 года». Эти батареи были расположены на важнейших направлениях обороны: две 10-дюймовые батареи – на юго-восточном побережье острова Русский, одна 10-дюймовая – на мысе Створном, на западном побережье этого же острова и еще две батареи 11-дюймовых мортир – в районе бухты Горностай (последние обеспечивали стык сухопутного и берегового фронтов). Всего к 1914 г. Владивосток защищало порядка 50 береговых батарей, на которых было установлено свыше 200 орудий калибра от 120 мм до 280 мм.
В целом результат работ, проведенных во Владивостокской крепости за 1910-1914 гг., оказался весьма впечатляющим. За эти годы Владивосток был превращен в одну из самых сильных приморских крепостей мира. Причем в нем существовал и исключительно мощный сухопутный фронт, наличие которого вообще являлось редкостью для приморских крепостей.
Основными задачами, которые должна была исполнять Владивостокская крепость на данном этапе, считались: демонстрация российского присутствия в регионе и военной силы потенциальному противнику (сдерживание неприятеля); оборона полуострова Муравьева-Амурского в случае начала войны до подхода подкреплений; охрана единственной базы русского военно-морского флота на Тихом океане.