Конституционный суд фактически санкционировал пересмотр итогов приватизации 1990-х годов, лишив нарушающих закон собственников главного защитного механизма – ссылки на срок давности. На юридическом языке это решение оформлено как предписание исчислять сроки давности в делах о приватизации не с момента заключения сделки, а с даты завершения проверки её законности.
На практике это означает, что, если сегодня проверка прокуратуры выявит нарушения в заключённой много лет назад приватизационной сделке, она может быть признаны ничтожной, а полученная таким образом собственность – возвращена государству. Дата подписания приватизационного договора значения не имеет – срок давности теперь отсчитывается от момента фиксации нарушения.
Правовая казуистика
Постановление Конституционного суда спровоцировало поток критики со стороны адвокатского сообщества. Его представители считают, что, разрешив государству оспаривать спустя десятилетия любые сделки о продаже госсобственности, высший судебный орган уничтожил сам смысл понятия «срок исковой давности», традиционно отсчитываемый от даты заключения сделки.
С формально-юридической точки зрения, с этим утверждением не поспоришь. Но если посмотреть на проблему в исторической перспективе, можно говорить о возвращении бумеранга.
Многие собственники получили созданные страной предприятия и инфраструктурные объекты с использованием административного ресурса, взяток, коррупционные и иных незаконных схем.
Значительная часть общества считала и считает приватизационный беспредел 90-х преступлением против страны и населения и надругательством над такими понятиями, как справедливость, труд, патриотизм.
Оспорить незаконную приватизацию в те годы было невозможно. На страже интересов собственников стояли прикормленные судьи, правоохранители и принимавшие законы депутаты. Предприятия тем временем банкротились или уходили под контроль иностранного капитала, деньги выводились за границу. Страна теряла индустриальную базу, обеспечивавшую её суверенитет.
Бег по кругу
Теперь ситуация изменилась. Государство не ставит цели завладеть всеми приватизированными предприятиями – под раздачу попадают только недобросовестные собственники. Но чем больше нарушений при получении и владении собственностью выявляет прокуратура и чем больше производственных предприятий и объектов инфраструктуры возвращаются в собственность государства, тем больше исков о нарушении срока давности поступает в суды.
В последнее время судьи всё чаще сразу отклоняют подобные аргументы, особенно если решение о приватизации было принято неуполномоченным органом или речь шла о предприятии, которое не могло быть отчуждено в частное владение в силу специфики деятельности.
Однако адвокаты собственников подают апелляции в суды более высокой инстанции, затягивая процесс передачи активов государству.
Эта судебная карусель описывается расхожим выражением «затаскать по судам», а её конечный итог – формулировкой Франца Кафки: «Кто допускает процесс, тот его проигрывает» (после всех мытарств собственность возвращается под контроль государства).
Одно из таких дел – попытки компаний ООО «Мираж» и ООО «Геатон» оспорить решение Арбитражного суда Саратовской области о возвращении в собственность государства двух зданий, приватизированных в 1994 году вместе с «Третьим подшипниковым заводом» – стало поводом для обращения в Конституционный суд. Его решение об изменении правил определения срока давности призвано остановить бег по кругу судебных тяжб и апелляций.
Далеко идущие последствия
Де-факто, постановление Конституционного суда создало правовую базу для уже реализуемой практики. Но этот сюжет не только про возвращение незаконно отчуждённых активов.
Гораздо важнее другое – высший судебный орган зафиксировал новую реальность, в которой государство наделяется полномочием менять правила обращения собственности.
Подобные тенденции принято считать опасными для общества, но в стране, четвёртый год воюющей ради обеспечения свой безопасности и сохранения суверенитета, акценты смещаются. Если ради защиты своего исторического проекта государству приходится принимать решения о мобилизации армии и военной промышленности, оно не только имеет право, но и обязано заниматься развитием суверенной экономикой и, как следствие, отношениями собственности.
В такой ситуации особое значение имеют лояльность, прозрачность, эффективность и социальная ответственность бизнеса. Несоответствие этим критериям является поводом для прокурорской проверки, которая может повлечь за собой изъятие собственности.
Государство пока не собирается проводить тотальную мобилизацию и деприватизацию. Оно старается минимизировать издержки, создавая инструменты контроля, одним из которых является решение Конституционного суда о фактической отмене срока давности по приватизационным сделкам.
🅾️Все материалы: octagon.media