Пока чиновники считают убытки, а фермеры — оставшиеся саженцы, простым гражданам остаётся лишь гадать: что подорожает раньше — сахар или совесть тех, кто должен был это предвидеть.
Холодная весна этого года будто решила провести ревизию российского сельского хозяйства — и вычеркнула из списка всё, что было можно. Майские заморозки, как нерадивый бухгалтер, перечеркнули цифры будущих урожаев красным карандашом: косточковые — минус 20% в Крыму, до 30% на Кубани и в Ставрополье. Черешня, абрикосы, персики — все эти сладости жизни, которые должны были стать летним утешением, теперь превращаются в предмет роскоши.
Но если с фруктами всё более-менее ясно — ну, подорожают, ну, будем есть яблоки, — то с сахаром история куда менее сладкая. Сахарная свёкла, эта неприметная труженица полей, тоже попала под раздачу: 120 тысяч гектаров пострадало, из них 75 тысяч — в Белгородской и Липецкой областях. Курская область потеряла 2,5 тысячи гектаров, Воронежская — 30 тысяч. Белгород, как и полагается прифронтовому региону, ввёл режим ЧС, но на этот раз враг — не ракеты, а банальный мороз.
А ведь ещё год назад мы утешали себя тем, что импорт спасёт: Турция, Сербия, Молдавия — они же нам помогут! Но весенние катаклизмы, как истинные интернационалисты, не стали делать скидку на границы. В Турции, например, ударили морозы до минус 15 — видимо, чтобы местные фермеры тоже почувствовали "русскую зиму". Теперь вопрос не в том, откуда везти фрукты, а в том, сколько они будут стоить после всех этих приключений.
И вот тут возникает философский вопрос: а кто виноват? Погода? Климат? Аграрии, которые "не уберегли"? Или, может, те, кто годами твердил, что "и так сойдёт", пока инфраструктура сельского хозяйства тихо ржавела вместе с надеждами на стабильность?
Лето обещает быть интересным. И дорогим. Как всегда.