На Центральном кладбище Вены бок о бок покоятся два музыкальных титана — Бетховен и Шуберт. Пересечение их жизненных путей создало одну из самых трогательных случайностей в истории музыки. 26 марта 1827 года, когда гроб Бетховена медленно опускали в могилу, в траурной процессии стоял юноша с факелом, боровшийся с лихорадкой. Через год, восемь месяцев и шесть дней этот 31-летний молодой человек последовал за своим духовным учителем в вечность. Его звали Франц Шуберт.
Колесо судьбы начало вращаться ещё в 1814 году. 16-летний Шуберт тайком пробрался в венский театр «Ан дер Вин», где впервые услышал Восьмую симфонию Бетховена. После концерта нотный переписчик с изумлением обнаружил, что этот очкарик может точно напеть весь третий раздел. Но настоящее чудо случилось потом: мальчик тут же, на лестнице запасного выхода, записал на обороте счёта свои идеи по переработке произведения.
В 1822 году Шуберт наконец решился показать Бетховену свои «Вариации на французскую тему». Глухой композитор «услышал» музыку, положив руку на корпус фортепиано, чтобы ощутить вибрации. По воспоминаниям ассистента Бетховена Шиндлера, маэстро в порыве эмоций опрокинул чернильницу и написал на титульном листе: «В этом ребёнке живёт божественная искра». Шуберт позже поместил эту запись в рамку и хранил её в мастерской до конца дней.
Самый драматичный эпизод произошёл 24 марта 1827 года. Прикованный к постели Бетховен неожиданно попросил принести ему «новые музыкальные сочинения». Когда друзья подали ему вокальный цикл Шуберта «Прекрасная мельничиха», умирающий гений, проводя пальцами по нотам, прошептал: «Здесь действительно есть искра вечности!» Через два дня он скончался. Шуберт, нёсший факел на похоронах, простудился — это стало началом рокового тифа.
Перед смертью Шуберт просил лишь об одном — похоронить его рядом с Бетховеном. Это желание исполнилось в 1888 году, когда останки обоих композиторов перенесли на Центральное кладбище. При эксгумации обнаружилось поразительное сходство в строении лобных костей их черепов. Современные исследования выявили ещё одну мистическую связь: во второй части «Неоконченной симфонии» Шуберта зашифрована инверсия темы из «Пятой симфонии» Бетховена — будто посмертный диалог через ноты.
Сегодня у их могил всегда лежат свежие белые розы — традиция, которую вот уже век поддерживает Венский филармонический оркестр. Перед важными концертами музыканты приходят сюда, отдавая дань этой преодолевшей смерть музыкальной связи. Как сказал Бернстайн: «Когда Бетховен открывал врата музыкального рая, Шуберт уже ждал его с лампой в руках».
