Были в годы Великой Отечественной Войны и те, кто успел повоевать с нацизмом как с западной, так и с советской стороны. Судьба американского десантника Джозефа Байерли - лишнее подтверждение того, что жизнь - лучший сценарист...
Хмур радист, хандрит пилот.. Что вы, парни, за народ?!
Он родился в захолустном городке Маскигон штата Мичиган в 1923 году. Семья была многодетной, а времена царили далеко не благополучные, правила бал Великая Депрессия. Родителям маленького Джозефа неоднократно приходилось менять работу и жильё. Довелось пережить и выселение за неуплату... Ещё будучи школьником, Джозеф подрабатывал подметальщиком в парикмахерской. Он рос здоровым, активно занимался спортом. Благодаря этому даже получил шанс на льготное поступление в ВУЗ - талантливого игрока захотели видеть в бейсбольной команде Индианского университета. Но на дворе стоял 1942 год, только что случилось нападение японцев на Перл-Харбор. И вчерашний школьник Джозеф пошёл добровольцем в армию. Его распределили в 101-ю воздушно-десантную дивизию "Кричащие орлы". Стал обучаться диверсионному делу.
Молодой человек с самого начала ходатайствовал об отправке в зону боевых действий, характер обязывал. Ещё в учебке Джозеф зафанател от прыжков с парашютом, сослуживцы порой платили ему 5 $ за то, чтобы совершил прыжок вместо них... С весны 1944 года Байерли дважды десантировался на территорию Франции, доставляя грузы для отрядов Сопротивления. А вскоре началась операция "Оверлорд". Группа десантников, в которую входил Джозеф, должна была высадиться в тылу у немцев и заняться подрывом переправ на Рейне. Но задолго до цели самолёт нащупали вражеские прожектора... Под огнём зениток началась хаотичная выброска десанта, многие парашютисты были расстреляны в воздухе, остальных разбросало на приличное расстояние. Джозеф приземлился благополучно на крышу какой-то сельской церкви, но остался абсолютно один. Что не помешало приступить к выполнению задачи. Обнаружив неподалёку электроподстанцию, Джозеф подорвал её, но был замечен немецким патрулём. Уходя от погони, парень перемахнул через живую изгородь и свалился ... прямо на головы изумлённых пулемётчиков вермахта, которые сидели там в замаскированном окопе! Начались долгие месяцы плена...
Ангелы не говорят на немецком...
Отношение гитлеровцев к пленным из западносоюзнических армий было гораздо мягче, чем к советским. Тем более ближе к концу войны нацисты всё больше надеялись замириться и договориться с американцами и англичанами, теша себя ложной надеждой, что те объединятся с гибнущим Рейхом против большевиков... К счастью, это были "бессмысленные мечтания". Но к пленным в целом отношение было сносное. Поэтому парень из Мичигана имел все шансы спокойно дождаться конца войны и освобождения в лагере. Но неугомонный десантник о таком даже не думал. В первый же день колонна военнопленных, в которой его конвоировали, подверглась обстрелу, и Джозеф бежал. Несколько дней скитаний, обнаружение, погоня, ранение и снова плен...
Второй побег он совершил с двумя товарищами по несчастью. Выбравшись из лагеря в районе Кюстрина, беглецы залезли в товарный вагон. всё было бы совсем хорошо, если бы не оказалось, что поезд идёт в Берлин... В германской столице Джозефа снова схватили. На этот раз им занялось гестапо. Американца обвиняли в шпионаже и, ни много ни мало, в подготовке покушения на фюрера... Допрашивали жёстко, как у них в гестапо положено.
- Я увидел яркий свет над собой и белые силуэты, - вспоминал потом сам Байерли о том, как приходил в себя после допроса. - Сначала я подумал, что попал в рай, но потом прислушался и прошептал “Нет, ангелы точно не говорят на немецком”!
Парадоксально, но Джозефа спасло то, что пришёл запрос из лагеря о беглеце. Произошла межведомственная склока: военные настояли, что американец - их клиент, а не гестаповский. Что он не шпион и не диверсант, а военнопленный. Пришлось тайной полиции уступить добычу. Джозефа вернули в лагерь, к которому неумолимо приближался фронт...
Американский товарищ
Оправившись от ран, Байерли снова начал планировать побег. Из лагерного барака уже было слышно грохот советской артиллерии где-то на востоке. Стоял февраль 1945 года. Вскоре Джозефу в третий раз удалось убежать. На этот раз удачно. Несколько дней американец пробирался через немецкие и польские леса на восток - звуки канонады оттуда становились всё более чёткими. Последнюю ночь Джозеф провёл в каком-то сарае. Бой шёл уже где-то совсем рядом... Послышался рокот танковых двигателей и характерный скрежет гусениц. А затем раздались голоса на совсем незнакомом языке... Парень выбрался наружу, зажав в кулаке единственную ценную вещь - пачку сигарет Lucky Strike, оставшуюся из посылки от Красного Креста, он двинулся навстречу танкам, выкрикивая: "Я американский товарищ!". Это были единственные слова, которые он знал на русском.
Вскоре американский гость сидел среди советских танкистов у полевой кухни. Неожиданного пришельца щедро накормили. Общались сначала языком жестов, но потом нашли кого-то из офицеров, объяснявшегося на английском. Больше всего Джозефа поразил командир танкового подразделения. Это была девушка! Причём необыкновенной красоты... Американец не запомнил её имени, называл потом в воспоминаниях просто "Майор".
Изначально заокеанского гостя хотели отправить в тыл с последующим возвращением на родину. Но неусидчивый и бесстрашный Джозеф стал настаивать, что хочет воевать.
- Меня не освободили из плена, я бежал! - убеждал он. - Мы же союзники? У нас общая цель - убивать нацистов! Вы в Берлин, значит и я с вами!
Пока решали, что делать с неожиданным добровольцем, Джозеф оказал практическую помощь - отремонтировал ленд-лизовскую рацию на одной из машин. В итоге командование решило удовлетворить его просьбу. И американский десантник стал бойцом 1-го механизированного корпуса генерал-лейтенанта Семёна Кривошеина. (Того самого Кривошеина, который вступал в Брест в рамках раздела бывшей Польши в сентябре 1939 г. Тогда он вместе с генерал-полковником Г. Гудерианом принимал парад по случаю передачи города. Гудериан тогда пригласил советского комбрига посетить Берлин. Спустя пять с половиной лет "визит" состоится!..)
В советской танковой части американец отлично себя зарекомендовал. Судя по всему его использовали в качестве танкового десанта. Перед вступлением бронемашин в населённый пункт бойцы подобного назначения шли вперёд, прочёсывали здания и завалы на предмет засад "фаустников", мин и прочих сюрпризов. Здесь немало пригодились навыки Джозефа как стрелка и подрывника. В один прекрасный день их подразделение освободило тот самый лагерь, где ещё недавно он сидел. Были освобождены сотни узников разных национальностей. Русские, поляки, американцы, французы, итальянцы обнимали своих освободителей. Многие запомнили такой живой пример интернационала в рядах спасшей их Красной армии - янки на советском танке! Здесь же американский диверсант выполнил особую миссию: с ювелирной точностью подорвал сейф в кабинете лагерного начальника. Там была обнаружена крупная сумма денег.
В ходе Висло-Одерской операции Байерли получил тяжёлое ранение, его танк подбил немецкий пикирующий бомбардировщик - это была лебединая песня люфтваффе... Очнулся раненый уже в госпитале. И здесь на него пожелал взглянуть лично командующий фронтом.
«Я пытался встать – ведь маршал! Но кто-то сказал: «Лежите, вы же ранены». Я очень стеснялся: мне, сержанту, и в нашей армии с генералами говорить не доводилось, а здесь – сам Жуков! Но маршал был очень приветлив. Спросил, кто я, откуда, есть ли семья, а потом сказал, что, как только поправлюсь, мне помогут вернуться домой. Жуков спросил, не нужно ли мне чего. И я попросил бумагу, которая помогла бы мне добраться до американского посольства. Мне эту бумагу принесли. До сих пор не знаю, что там было написано, но действие она производила магическое. Вот представьте себе, иду я по разрушенной Польше в оборванной униформе американского десантника, зная по-русски только: «Я – американский товарищ», «Я тебя льюблю» и еще, конечно, «Давай выпьем!», а тут – патруль. Меня цап! А я им – письмо. Они тут же под козырек, и, если попутка попадалась, тут же подсаживали, или место в поезде сразу находилось. Так до Москвы и добрался. Последний раз застава НКВД остановила прямо перед Москвой. Офицер говорил по-английски, он прямо в американское посольство меня и доставил. Жаль только, тот офицер письмо Жукова отобрал. Сказал, мне оно больше не понадобится. Очень жаль».
Джо, тебя ж полгода как отпели!
В посольстве США поначалу всё пошло не так. Джозефа приняли за самозванца. Ведь официально он уже более полугода как числился погибшим при высадке в Нормандии. Семья получила похоронку, а главное... - само тело, которое и предали земле в родном Мичигане... Дело ясное: в посольство заявился обыкновенный шпион! Дух будущего маккартизма уже давал о себе знать... Пока шло разбирательство, Байерли содержали од охраной в "Метрополе".
По счастью личность американца удалось установить с помощью дактилоскопии. Впоследствии оказалось, что при первом пленении Джозеф лишился своего солдатского жетона - то ли слетел, то ли сорвали во время рукопашной схватки. А чуть позже этот жетон был обнаружен наступавшими американцами возле чьего-то изуродованного трупа. Соответственно тот неопознаваемый погибший был отправлен на родину и захоронен вместо рядового Байерли... После того, как ситуация прояснилась, Джозефу разрешили выехать домой. Путь лежал в Одессу, потом через полсвета на пароходе.
21 апреля 1945 года Джозеф Байерли вернулся в родной Мичиган и воссоединился с родными, которые уже оплакали и похоронили его. В скором времени Джозеф женился. И обряд венчания проводил тот же пастор, который незадолго до этого его же отпевал...
За время службы в Красной армии Джозеф был награждён орденами Красного знамени и Красной звезды, а также медалью "За отвагу". Он прожил долгую жизнь. Об одном жалел. Что долгие годы не имел возможности увидеться со своими русскими друзьями-однополчанами. Ну не мог советский человек просто поднакопить денег и съездить к сослуживцу в США! И наоборот тоже проблематично. Только в постсоветские годы удалось лихому американско-советскому десантнику побывать в России. Кстати, его сын Джон служил у нас послом в 2008-2012 гг.
Такого необычного ветерана со смесью американских и советских наград можно было увидеть на Красной площади 9 мая 2004 года. Спустя 59 лет он снова побывал в стране, которая когда-то дала ему возможность после унижений плена снова почувствовать себя человеком, солдатом свободы. Как было в старой песне: "Мы за правое дело дрались, камрад. Нам война ненавистна иная!".
Эти и другие материалы моего авторства, а также информацию о моих экскурсиях по Москве можно также увидеть здесь: https://t.me/istoriya_zaguly
До скорой встречи в следующих публикациях!