К началу 90-х организованный преступный мир разваливающегося СССР окончательно разделился на два противоборствующих лагеря – блатных и «спортсменов» (бандитов). Деление произошло по принципам формирования ОПГ и законам их существования – блатные чтили воровской кодекс, «спортсмены» же противопоставляли понятиям - беспредел и силу.
Законники – это представители так называемого старого воровского мира, криминальной общности со сложившимися правилами поведения в преступной среде (понятиями) – условностями, беспрекословно соблюдающимися как на воле, так и в тюрьме. «Спортсмены» (бандиты) – разновидность криминалитета, зародившаяся и укрепившаяся в конце 80-х.
Название преступного «этноса» говорит само за себя – в эти ОПГ вступали главным образом бывшие спортсмены или уволенные в запас военнослужащие, милиционеры, другие отставные силовики. Если воры в законе предпочитали решать спорные вопросы, прежде всего, путем переговоров, то бандиты действовали по принципу «нет человека – нет проблемы» – своих конкурентов они чаще всего ликвидировали или в лучшем случае жестоко «прессовали».
Войны между блатными и «спортсменами» проходили практически во всех крупных городах России, где было что делить. К примеру, в отечественном центре машиностроения городе Ижевске в 90-е «правильные пацаны» яростно конфликтовали с «бобовыми» – так прозвали ОПГ «спортсменов», возглавляемую братьями Гороховыми. В борьбе за контроль над обираемыми «коммерсами» блатные в январе 1991 года сначала выкрали Гороха-младшего, потом еще одного «спортсмена».
Ответ «бобовых» стал ярким примером поведения «спортсменов», отличающего их от правильных воров, – «физкультурники» с помощью своей агентуры начали вычислять местонахождение блатных и массово сдавать их милиции.
При обострении противостояния между «спортсменами» и блатными первым нелегко приходилось в зонах и тюрьмах, где чаще всего верховодили воры с понятиями. «Спортсмен» в отличие от блатного или даже «мужика», как правило, при первой же представившейся возможности шел на сотрудничество с администрацией, чтобы заслужить условно-досрочное освобождение или смягчение режима. На «правильной» зоне «спортсмены» старались держаться особняком от остальных, чтобы воры их не порезали.
Как это ни парадоксально, но институт воров в законе в конечном итоге они сами же и дискредитировали. Точнее, это сделала новая формация законников. Ясность в том, что в борьбе между блатными и «спортсменами» уверенную победу одержали последние, наступила уже к концу 90-х. По официальным данным МВД России, с 1991-го по 1996-й численность коронованных воров возросла в шесть раз. Но их авторитет при этом также стремительно падал.
Средний возраст законника сильно помолодел. К примеру, в 1996 году дальневосточный авторитет Джем короновал трех юношей, которым на тот момент не исполнилось и 22 лет. Раньше такого и представить было нельзя. Поступиться воровскими принципами пришлось как раз перед теми самыми «спортсменами», плевавшими на понятия.
Старые воры в законе не шли на убийства и совершение иных тяжких преступлений, а коронованные в 90-х подчас не гнушались ничем. Статус вора в законе сейчас можно купить, особенно этим грешат выходцы из Грузии. Есть случаи посягательства коронованных воров на общак, что, прежде вообще, каралось смертью.
В 90-х ежегодно по нескольку раз раскороновали законников из-за отступления тех от воровских традиций. Институт воров в законе не выдержал испытания деньгами: если у законников старой школы была хоть и преступная, но мораль, основанная на определенном аскетизме, то постепенно поглотившие их безбашенные «спортсмены» имели принципиально иной ориентир – материальное благополучие любой ценой.
Новые воры зачастую ведут шикарную жизнь, имеют дворцы и дорогие автомобили, сорят деньгами, не гнушаются прямыми контактами с представителями правоохранительных органов, а по понятиям в старые добрые времена уже за одно это вора могли призвать к ответу и раскороновать.