В мае 1947 года в Ленинградском Доме кино состоялась премьера «Золушки» — советского черно-белого фильма-сказки, снятого режиссерами Надеждой Кошеверовой и Михаилом Шапиро по сценарию Евгения Шварца.
Зрительский успех был колоссальным. Судить об этом можно хотя бы по огромному количеству восторженных писем, пришедших в «Ленфильм». Большинство из них было адресовано исполнительнице главной роли Янине Жеймо и сыгравшему Принца Алексею Консовскому.
Тепло встретили картину и в советской прессе, а цитаты из ленты ушли в народ.
Сказка из Франции и первые экранизации
Оригинальную «Золушку» написал Шарль Перро в 1697 году. Именно его версия — с феей-крестной, хрустальной туфелькой и балом во дворце — стала канонической и легла в основу большинства постановок и экранизаций по всему миру.
Первые кинематографические адаптации появились еще в начале XX века. В 1899 году Жорж Мельес, пионер спецэффектов, снял пятиминутную немую «Золушку», а в 1914-м в США вышел полнометражный фильм с Мэри Пикфорд.
В 1937 году в Германии появилась музыкальная версия, а в 1940-м — анимационный короткометражный фильм от Уолта Диснея, за 10 лет до его же знаменитой версии 1950 года.
К моменту, когда советские кинематографисты обратились к сюжету, сказка уже была всемирно известным символом волшебства, преображения и надежды.
От театра к экрану: как появилась идея
Советская «Золушка» родилась не сразу как кино. Сначала это была пьеса, написанная по заказу Ленинградского ТЮЗа Евгением Шварцем в 1944 году, во время блокады. Шварц переработал классический сюжет в своем стиле: добавил сатиру, остроумные диалоги, обаяние и психологическую точность персонажей.
Пьеса имела огромный успех, и вскоре появилась идея адаптировать ее для экрана. Решение было и культурным, и политическим: в послевоенной стране людям требовалась красивая, добрая, яркая сказка. Руководство кинематографии СССР единогласно поддержало проект.
Режиссировать фильм доверили Надежде Кошеверовой и Михаилу Шапиро — дуэту, неплохо зарекомендовавшему себя сказочной музыкальной комедией «Черевички». Сценарий же переработал сам Шварц.
Кастинг: взрослая Золушка и идеальная мачеха
Главной интригой стал выбор актрисы на роль Золушки. Янине Жеймо на момент начала съемок было 37 лет.
«Моя внешность — структура лица, маленький рост — определили амплуа: всю жизнь я играла девчонок-подростков. Был успех, очень большой… Когда я играла Золушку, мне было 37 лет, а героиня была ровесницей моей дочери», — рассказывала потом актриса.
В 1947 году она уже была звездой — популярность принесли фильмы «Разбудите Леночку» (1934), «Подруги» (1935) и «Враги» (1938). Несмотря на возраст, у Жеймо был легкий, детский голос и хрупкая фигура: рост — 148 см, вес — 39 кг.
Многие считали, что актрису стоило бы заменить на настоящего подростка. Но режиссеры были непреклонны. По мнению постановщиков, только Жеймо была способна передать характер героини — живой, мечтательной, обладающей внутренней иронией. Ради роли она даже сбросила еще несколько килограммов и переработала мимику, чтобы выглядеть моложе.
Не менее важной находкой стала Фаина Раневская в образе Мачехи. Это была одна из ее любимых ролей — и одна из самых узнаваемых. Но сначала Раневская отказывалась: боялась быть карикатурной злодейкой. В итоге все же сдалась, но при одном условии — ей дадут изменить сценарий «под себя». Актриса переписывала реплики, добавляла жесты, мимику. Также она настояла на сложном гриме. Требовался скуластый пластический «каркас» на лицо, сжимавший кожу, чтобы придать Мачехе хищные черты.
На грани сказки и реализма: как шли съемки
Съемки начались в 1946 году на «Ленфильме». Из-за материальных и технических проблем киностудии создатели ленты были вынуждены отказаться от цветного проекта, что стало большим разочарованием. Цветную реставрацию провели лишь в 2009-м.
Натурные съемки проводились на Рижском взморье — в нынешней Юрмале, павильонные — на площадках «Ленфильма». Эскизы к декорациям и костюмам подготовил Николай Акимов — один из основателей советской школы театральных художников. А для воплощения смелых идей Акимова в жизнь был приглашен художник Исаак Махлис, чьей задачей было переработать все декорации «применительно к требованиям кинематографа», сохранив при этом общую стилистику.
Интересно, что некоторые задумки так и не получили экранного воплощения из-за слишком сложных спецэффектов, которые находившийся в нелучшем финансовом положении «Ленфильм» не мог себе позволить. В частности, для декорации «Кухня» были задуманы часовая кукушка, которая могла хлопать крыльями, и говорящий чайник «с элементами мимики и артикуляции». Кроме того, превращающаяся в карету тыква изначально задумывалась поющей, а для декорации «Картинная галерея» требовались, согласно исходному плану, пятиметровые французские тюли и живой волк.
Строили декорации по принципу театральной сцены, но со сложной перспективой. Например, дворец создавали из дерева, холста и картона, используя оптические иллюзии, чтобы он казался огромным. Фонтан на балу был сделан из серебряной бумаги и вентилятора.
Благодаря инновационным для 40-х годов комбинированным съемкам тыква в картине на глазах у зрителей действительно превращалась в карету, крыса — в Кучера, а солдаты летали в семимильных сапогах. Проблема заключалась лишь в трюковых сценах — легко они дались не всем. Исполнительница роли Феи Варвара Мясникова вспоминала:
«Мы ходили по доске, и мальчик, который нес мой шлейф, Паж, он плакал, потому что он боялся этой доски. Внизу пропасть, а сзади какой-то фон светящийся».
Платье для бала сшили из настоящего шелка и тюля с добавлением люрекса, что было роскошью в послевоенные годы. Туфельку делали из оргстекла — хрустальная бы не выдержала даже одного шага.
Бывало и так, что члены съемочной группы спорили. Раневская, к примеру, воевала со Шварцем из-за текста. Писатель считал, что актриса слишком рьяно «переделывает» сказку. Жеймо же страдала от перегрузок — снималась она по 12 часов — и жаловалась режиссерам. А актеры массовки, игравшие придворных, нередко мерзли, так как отопление в павильоне отсутствовало.
Вообще же, «Золушка» задумывалась как музыкальная комедия, и в итоговую версию вошли три песни главной героини («Дразнят Золушкой меня», «Добрый жук», «Я не знаю, что со мною») и одна — Принца («Вы как сон или виденье»). Янина Жеймо была готова петь сама, но ее вокальные номера отдали обладательнице колоратурного сопрано Любови Черниной. Исполнитель роли Принца Алексей Консовский, в свою очередь, сразу согласился, чтобы вместо него пел Юрий Хочинский.
Реакция и наследие
Фильм вышел на экраны в 1947 году и сразу приобрел статус хита. Его посмотрели десятки миллионов зрителей, он был тепло принят в том числе за рубежом — показывался в странах Восточной Европы и даже во Франции. Критики отмечали «легкий юмор, визуальное очарование и актерское мастерство», особенно восхитившись работами Жеймо и Раневской.
Картина стала обязательным атрибутом новогодних показов и сегодня считается не просто экранизацией, а образцом советской сказочной кинематографии. Культурным феноменом, который цитируют, пародируют, пересматривают. Раневскую до сих пор называют «лучшей Мачехой всех времен». А фраза «Я не волшебник, я только учусь» навсегда превратилась в афоризм.
Читайте также:
Советскому «Шерлоку Холмсу» — 45 лет: как снимали эталонную экранизацию с Ливановым и Соломиным
«Гладиатору» — 25 лет: как снимали оскароносный пеплум с Расселом Кроу и Хоакином Фениксом
Мамонты на Ладоге, говорящая лошадка и ворон в купе поезда: как снимали сказочный фильм «Огниво»