В издательстве «Альпина. Проза» и в Яндекс Книгах вышел третий роман Екатерины Манойло — одной из самых ярких молодых писательниц, обладательницы премии «Лицей» и постоянной фигурантки главных наградных списков. «Золотой мальчик» — новый приключенческий роман, сочетающий романтику в духе «Химеры» Аличе Рорвахер и магаданские пустынные пейзажи. Алёна Фокеева рассказывает, почему на роман стоит обратить внимание и как мифология в нем сочетается с реальностью.
Алёна Фокеева
Литературный критик, редактор проекта «Полка»
Мальчик Витя живет в Нижнем Новгороде, но скучает по Штормовому — маленькому поселку, куда от Магадана нужно добираться несколько часов на машине. В Штормовом Витю ждут не только друзья, но и спрятанное в промерзшей земле золото. Витя — нюхач, золото его любит и лечит, а он всегда знает, где его найти. Впрочем, зов золота Витя чувствует и в Нижнем и не сопротивляется ему.
Кажется, именно с этого и начинаются приключения мальчика и его родителей. Но это не так. На самом деле история началась давно, и на первой же странице романа мы попадаем в самую гущу событий. Заглядывая в прошлое, мы узнаем, что семья перебралась из северного поселка в большой город, спасаясь от притязаний местных бандитов и нечисти на волшебного мальчика. Главная задача героев Манойло — уйти от опасности, найти место, где можно просто жить хорошо со своими близкими (а не спасти мир, как часто бывает в подростковом фэнтези). В конечном счете фабулу «Золотого мальчика» можно свести к череде столкновений героев с сумрачными, но отчетливо угрожающими злодеями и побегов от них. А вот сюжет гораздо сложнее и даже хитрее.
Манойло в интервью Flacon рассказывала, что сама ездила в Магадан, чтобы отыскать своих будущих героев в реальности. Например, отца Вити она списала с реального местного жителя, который рассказывал писательнице о кладах и бункере, где якобы хранится спрятанное 100 лет назад золото. Местные делились историями своих семей, рассказывали о трагическом прошлом Колымы и том, как оно повлияло на их настоящее.
Часть характеров Манойло брала из своей жизни. Как признавалась сама писательница, в ее прозе отражаются ее отношения с матерью и собственный опыт материнства.
В «Золотом мальчике» все случайные события оказываются неожиданно связанными, ситуации повторяются, герои обзаводятся двойниками, каждый следующий сюжетный поворот меняет понимание всех предыдущих событий. Книга начинается как авантюрный роман, но развивается как страшноватая сказка о любви ко всему своему — дому, знакомому пейзажу, соседу, семье. Причем важно, что оппозиции «свое — чужое», Манойло предпочитает оппозицию «свое хорошее — свое плохое».
Кажется, одна из важных тем для автора и, возможно, главный объект ее творческого эксперимента — это время: прошлое поселка, где живут горняки и ссыльные, их семей, вообще культурная память. Детское кладбище, в народе именуемое «детским садом»; выцветшие газетные вырезки и старые фотографии; некогда уютные и чистенькие дома, превратившиеся теперь в развалюхи; люди в исторических костюмах на почти современных улицах — герои романа постоянно сталкиваются с артефактами времени, вещественными доказательствами его движения и влияния на настоящее. Пожалуй, один из самых запоминающихся образов в тексте — покрытый пятнами плесени глобус, старый, усталый земной шар, который в конце романа заменяют новым, блестящим и голубым.
«Золотой мальчик» невозможен без магии и мифологического фундамента. Проклятое (или благословенное) золото, связанные с потусторонним миром дети, чудовищный зверь — гений места органично сосуществует с бытом ларька с «пивом, сигаретами, чипсами, жвачкой, мороженым и китайскими безделушками».
Прошлое опасно, оно постоянно прорывается в настоящее. Наверное, поэтому от Витиных родителей тоже постоянно ждешь подвоха — может быть, и в их личном прошлом есть темные пятна, может быть, они не так хороши, как кажутся? Но подвоха не будет. В центре повествования — семья, слегка патриархальная, но любящая и удивительно беспроблемная, несмотря на творящуюся вокруг чертовщину и некоторую связь с преступным миром. И детство у мальчика Вити в итоге оказывается счастливым. Объективно жуткие события, с которыми ему и его близким приходится столкнуться, в пространстве этого романа воспринимаются скорее как часть некоего обряда инициации. Да и финал текста, неожиданно переключая фокус внимания читателя с главных героев на одного из второстепенных, создает впечатление, что все описанные в «Золотом мальчике» события — это только подготовка к по-настоящему важной истории, которая развернется уже за пределами романного пространства.
Правда, финальное столкновение героев со злом кажется все-таки несколько нарочитым, а пришедший на помощь спаситель — богом из машины. Тем не менее за переплетением приключенческих, мифологических и фольклорных сюжетов с реалиями конца 1990-х следить интересно, а с определенного момента даже захватывающе. Стоит только осознать, сколько ружей разместила в первых главах своего текста автор, как непременно захочется услышать выстрел каждого из них.