Выкурил боян кизяку сушеного, четыре раза прокашлялся, сплюнул смачно четыре раза на четыре стороны. По гуслям боян провел перстами быстрыми, зазвенели гусли трелями звонкими, набрал боян в грудь побольше воздуха, да как запел свою песню былинную, от которой тех кто слышал взяла оторопь. Слова песни той каруселью закрутились, аки кружится над лесом стая воронов, в одно ухо слово влетает, из другого выскакивает, в голове остается пустота звенящая. Голова пустая долу клонится, зевотою одолеваема, сон здоровый веки смеживает. Вопрошал один добрый молодец: отчего де Марья-искусница не отходила Дзена-батюшку букварем по темечку? Не приспело еще на то времечко. Была Марья-искусница девушка послушная и покладистая, не могла перечить воле своего родителя. Была Марья-искусница девушка хозяйственная, ради достатка на все согласная. На воскресную ярмарку съехалось купцов со всех концов. От товаров лавки ломятся, народ честной вокруг локтями пихается, карманы купцов прибытком полнятся. И чего