Мы посмотрели «Лимонова» – байопик скандального писателя в формате «Жизнь замечательных людей»
Однажды Эдуард Савенко, талантливый поэт и вообще человек прогрессивных взглядов, решает, что на родине нестерпимо несёт табаком, водкой и потом – и подаётся в Америку, где от людей, напротив, не пахнет ничем: там его возлюбленная Елена ляжет под первого же модного фотографа – а он сам переживёт немало ещё более унизительных приключений в стране победившего капитализма. Пройдёт время, он начнёт извергать копившуюся годами ярость на бумагу и возьмёт прославивший его на весь мир кислый псевдоним.
То, что Кирилл Серебренников в роли художника-диссидента сейчас стяжает интернациональную славу и снимает масштабное историческое кино с Беном Уишоу, несомненно, веский повод для гордости – с другой стороны, было бы странно, если бы его карьера после многолетнего чествования в Каннах совершила чуть менее оглушительный кульбит.
«Лимонов: Баллада» основан на популярной во Франции книге Эмманюля Каррера, плюс где-то создатели позволяют себе зачитывать целые куски из «Я – Эдичка», соединяя, порой совсем бесшовно, вымысел и хронику, самого Лимонова и его сотканный из мифологем литературный прототип.
При этом целые куски крайне насыщенной биографии проигнорированы, а тон, что логично, учитывая театральное серебренниковское прошлое и настоящее, избран экзальтированно-остраненный – здесь остаётся место для определивших Лимонова как художника обсессий и противоречий, но автор предлагает нам понимающе хмыкнуть даже в момент, когда главный герой рисует на чужой ягодице пипиську.
Немало времени уделяется романтической линии с трагическим, как водится, финалом – и мощным (самым, пожалуй, мощным на весь фильм) выходом Виктории Мирошниченко: в паре с Уишоу они наполняют экран таким количеством секса, крови и слёз, что легко могли бы гастролировать по штатам вместо Сида и Нэнси – и если яростные фрикции под телевизионный репортаж с Солженициным скорее забавляют, то сцены вроде тех, в которых Эдичка выводит имя возлюбленной кровавыми чернилами или невозмутимо является снимать мерки для джинс, заставляют поверить в то, что это будет не очередной конвенциональный байопик.
Но на длинной дистанции Серебренников выдыхается – и для тех, кто знаком с творчеством Лимонова, «Баллада» едва ли произведёт впечатление более сильное, чем то скандальное интервью у Дудя: вот вам знаменитая встреча с бездомным, вот ненавидимый им Евтушенко, вот очевиднейшая параллель с Трэвисом Биклем – когда же режиссёр понимает, что не успевает выразить через человеческий портрет эпоху, он даёт её, эпохи, ускоренную перемотку; именно поэтому, например, финальный отрезок смотрится несколько отвалившимся от контекста.
В фильме есть блестящие находки (типа той, где Лимонов неторопливо дефилирует по Нью-Йорку прямо в объятия насильственного перерождения), и Уишоу, оставшийся как бы вне интерпретации, выдаёт очень старательный, техничный набросок – но и в нём с трудом угадывается человек, тщеславие которого было лишь логическим продолжением достоинств, а эпатаж всегда рос из обострённого чувства справедливости; когда-то его фамилия, как любил подчёркивать и он сам, разрывалась подобно гранате – ну а сейчас, оказавшись в руках у Серебренникова, застыла красивым, бессмысленным муляжом.
#Новинки
