Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Дина Вязоголичкина

Бывшая девушка мужа после нашей свадьбы преследовала нас, угрожала и мне, и ему.

Она была по уши влюблена в него, они встречались два года, но он выбрал меня. Всё началось с того, что она не могла смириться с его выбором и пыталась вернуть его. При мне он прямо говорил ей: ’Пошла на х, надоела ты мне’. Она рыдала, цеплялась за него, её поведение становилось всё более отчаянным и, если честно, немного пугающим.** Сначала это было даже жалко, и я пыталась понять, почему она не может отпустить, но с каждым разом её поведение становилось всё более агрессивным. Она не просто приходила и пыталась поговорить, она угрожала. Сначала она говорила, что убьёт себя, если он не вернется, потом начала угрожать мне, что сделает мне больно. Она в буквальном смысле стояла под окнами нашего дома, пыталась найти моменты, чтобы встретиться с ним. И было ощущение, что её не остановит ничего. Я старалась быть терпимой, но потом это стало слишком. Каждый раз, когда она приходила, это разрушало наш покой, а его постоянные оправдания типа ‘Ну она просто переживает’ меня выводили из себя.

Она была по уши влюблена в него, они встречались два года, но он выбрал меня. Всё началось с того, что она не могла смириться с его выбором и пыталась вернуть его. При мне он прямо говорил ей: ’Пошла на х, надоела ты мне’. Она рыдала, цеплялась за него, её поведение становилось всё более отчаянным и, если честно, немного пугающим.**

Сначала это было даже жалко, и я пыталась понять, почему она не может отпустить, но с каждым разом её поведение становилось всё более агрессивным. Она не просто приходила и пыталась поговорить, она угрожала. Сначала она говорила, что убьёт себя, если он не вернется, потом начала угрожать мне, что сделает мне больно. Она в буквальном смысле стояла под окнами нашего дома, пыталась найти моменты, чтобы встретиться с ним. И было ощущение, что её не остановит ничего.

Я старалась быть терпимой, но потом это стало слишком. Каждый раз, когда она приходила, это разрушало наш покой, а его постоянные оправдания типа ‘Ну она просто переживает’ меня выводили из себя. Мне нужно было что-то делать. И я поговорила с ним. Он не колебался. Он сказал ей: ‘Если ты ещё раз подойдешь ко мне или к моей жене, я изобью тебя до полусмерти и морду тоже набью. Больше не подходи, поняла?’. Это был его последний разговор с ней. Она поверила, отстала.

Я не могу забыть, как она унижалась, как пыталась удержать его, как ломала себя, пытаясь вернуть его в свою жизнь. Это было настолько разрушительно, что я почувствовала, как она потеряла всякую связь с реальностью. Я не могу понять, что творится в голове человека, который готов идти на такие крайности, не признавая, что отношения закончились. Всё это время мне было страшно, и я не понимала, как с этим справиться. И хотя я была рада, что это закончилось, у меня осталось ощущение, что эта ситуация была не только о любви, но и о безумной зависимости, которая могла привести к ещё более ужасным последствиям.

В итоге она отстала, но я всё равно ощущала, что её психоэмоциональный статус был на грани. Её отчаяние, страх, желание контролировать его жизнь — всё это привело к такому абсурдному поведению. И я, пытаясь сохранить своё достоинство и защитить отношения, поняла, что главное — это решительность, твёрдость и границы. Потому что иногда любая другая реакция только подогревает этот трэш.”**