Всю свою жизнь, а это целых полгода, он жил на улице и мечтал. Мечтал, что когда-то у него появится свой Человек.
Чучело, так его прозвали продавщицы из магазина, посмотрел на своё отражение в луже и грустно вздохнул. Нет, на такую грязную морду никто не обратит внимания. Вот, если бы ему помыться, но не в луже… Это он уже пробовал, стало только хуже. Если бы помыться... Будь он чистый, все бы заметили, что он очень похож на лабрадора. Лабрадора на улице не оставят, это ж ни какое-то чучело беспородное.
Сегодня уже поздно. Пора устраиваться на ночлег, а завтра надо непременно найти, где помыться, иначе придётся жить на улице до старости. Чучело очень хотел иметь свой дом. Конечно, как и любому псу, ему хотелось есть каждый день и спать в тепле, но не это было главным. Он очень хотел друга, своего Человека. Они сидели бы вечерами рядом и разговаривали, точнее, говорил бы Человек, а Чучело внимательно слушал. Что-что, а слушать Чучело умеет отлично.
«Пахнет сосисками», — подумал Чучело и пошёл на запах. Очень хотелось есть. Время было позднее, и автобусная остановка была почти пуста. Почти, потому что там сидел мужичок с чекушкой и нехитрой закуской.
Чучело не любил запах алкоголя. Этот запах ассоциировался с болью. Раньше, по глупости, он подходил к таким вот, с робкой надеждой, что ему перепадёт хоть немного еды. А его били. Били за тихие и голодные поскуливания. Было больно и очень обидно. Сейчас тоже было обидно. Ну, почему сосиски у этого мужика? Вот, если бы ела бабулька, то обязательно бы поделилась. Они, эти бабульки, в основном, добрые. А этот точно не даст. Запах сосисок отзывался в желудке громким урчанием.
Мужчина повернулся на звук.
— Что друг, голоден? Подходи! Я с тобой поделюсь. Да не бойся ты, не обижу.
Он очистил сразу несколько сосисок и положил на землю. Несколько! Чучело мгновенно отреагировал на такой щедрый жест и подошёл поближе. Ещё ближе. Потом не выдержал и одним рывком преодолел расстояние, отделяющее его от мечты. Его пасть смогла вместить в себя сразу все сосиски. Жевать было неудобно, но он был так счастлив, что даже улыбнулся.
— Ты улыбаешься как человек. Послушай, если ты так умён, может составишь мне компанию? Я выпью немного, а закуска вся тебе. Не привык я один пить. А сегодня надо, понимаешь? Очень надо. Иначе, я просто сойду с ума. Ну что, посидишь со мной?
Чучело подумал: «Почему бы не составить компанию хорошему человеку? Да и закуска опять же».
Он подошёл поближе, сел у ног мужика и гавкнул, выражая своё согласие.
— Понимаешь, пёс. Нет, так неправильно. Давай познакомимся! Меня зовут Олег. А тебя?
— Чучело, — подумал грязный щенок и грустно вздохнул.
— Слушай, если присмотреться, то ты очень похож на лабрадора. Будешь — Лабрик!
— Я похож на лабрадора, — ликовал щенок. — Похож! Я всегда это знал. А он смог заметить несмотря на то, что я такой грязный. Если бы он стал моим Человеком... Я так любил бы его, как никакая собака на свете.
— Лабрик! Тебе имя то нравится? — Спросил человек, и вырвал Чучело из сладких грёз.
— Ну, ещё бы! Конечно, нравится, — подумал пёс. Он радостно залаял, и стало понятно, что имя пришлось ему по душе.
— У меня ещё килька в томате есть, будешь?
Лабрик кивнул. Человек открыл кильку и аккуратно выложил на кусок картона, чтобы пёс не порезался о края банки.
— Ну, твоё здоровье, Лабрик! — Мужчина глотнул противно пахнущей жидкости.
— Нос морщишь, не нравится запах? Понимаю. Сам не люблю это дело. Но сегодня... Ты понимаешь, Лабрик, я же всё ради неё. Две работы, и в выходные подрабатываю. А она всё учится. Ну, думаю, и хорошо, дети у нас будут умными, только... Она и детей не хочет. Она ничего не хочет. Только учиться. Постоянно. Ем в столовой, дома то только колбаса и пельмени. Стираю сам, ей некогда. Я себе как семейную жизнь представлял? Вот я домой с работы спешу, а там: борщ дымится, дети радуются, что папка пришёл. Не жизнь, а сказка! Но не с этой женщиной! Только люблю то я именно её! Ну, в общем смирился. Изменить всё равно ничего не могу. А сегодня... Завтра у неё день рождения. Я, как болван, несколько месяцев откладывал деньги на подарок. Сначала хотел сюрприз, а потом побоялся, что могу не угодить. В общем написал ей: «Чем занимаешься?» Ответ был предсказуем: «Курсовую пишу, не отвлекай». Я с работы отпросился и поехал, отгул взял на завтра. Думаю, подождёт её курсовая, сгребу в охапку, и поедем в ювелирный подарок выбирать. А потом домой. Шампанское, ванна с лепестками роз, чтобы всё красиво. В общем еду я, мечтаю. В квартиру вошёл, слышу — стонет она. Я, тупица, не сразу и сообразил, что происходит. Думал, ей плохо стало. Дверь в спальню открыта, и они там... Жуть. Я быстрее на выход. Если бы ещё хоть на минуту остался, мог бы убить. А зачем? Это ничего не изменит. Вот скажи мне, Лабрик, за что она так со мной?
Лабрик не понял совершенно ничего из того, что сказал Олег. Ему было ясно одно: этого доброго человека кто-то обидел. И Лабрик, который даже кошек не трогал, с удовольствием укусил бы мерзавца. Он тихонько рыкнул, всем видом давая понять, что надо делать с такими.
— Ты прав, Лабрик. Только рычать и остаётся. Ладно, утро вечера мудренее. — Олег сделал последний глоток и выкинул пустую бутылку в урну. — Пойду спать. Спасибо тебе за компанию.
— Ну, почему? Ведь так хорошо сидели, — думал пёс. — Сейчас он уйдёт, и опять я стану одиноким Чучелом.
Мужчина увидел у собаки слезы.
—Ты плачешь что ли? — Спросил он неуверенно, а сам подумал, что последний глоток был лишним.
Лабрик в ответ лишь горько вздохнул.
— Ну, вот что! Ты можешь пойти со мной. Только ночевать мы будем в машине. Устроит тебя так? Если да, то иди рядом.
Лабрик не зря так долго тренировался. Он встал, как воспитанный пёс, с левой стороны и пошёл рядом с хозяином, шаг в шаг.
— Надо же, ты ещё и дрессированный. — Удивился Олег.
А утром, проснувшись, удивился повторно. Он лежал с закрытыми глазами и чувствовал, как пёс накрывает его. Он зубами тащил вверх, свалившуюся на пол, куртку. Тащил, чтобы хозяин не замёрз.
— Лабрик, предлагаю тебе жить со мной. Я, правда, пока не знаю где. Может несколько дней придётся вот так вот ночевать в машине, пока жильё себе не найдем. Ты согласен?
Собака от радости чуть не вынесла в машине дверь.
С поиском жилья не везло. Как только видели Лабрика, сразу отказывали.
Наконец, они нашли свой дом, точнее, полдома в частном секторе. Хозяйка посмотрев на Лабрика, спросила:
— Собака будет жить на улице?
Лабрик вздохнул и подумал: «Ну и пусть на улице, зато рядом со своим Человеком».
— Нет, собака будет жить в доме, вместе со мной. — Ответил Олег.
— А мыть вы её не пробовали? Вид у неё, мягко говоря, непрезентабельный.
— Я бы с удовольствием, только пока негде было.
— С улицы подобрали?
— Да. Хотя скорее, это он меня подобрал, — засмеялся Олег.
— Вот что, я сейчас принесу шампунь от блох, мы его помоем. Придётся тебе, дружок, потерпеть, мыть будем из шланга на улице. В дом я тебя в таком виде пустить никак не могу. Лабрик прижался к ноге хозяина и подумал: «Интересно, а шампунь от блох, это очень больно?» Но даже, если это так, придётся терпеть. Он готов был на всё что угодно, лишь бы быть рядом со своим Человеком.
Так они и зажили: Лабрик и Человек
Наступила зима. Было холодно и снежно. Лабрик зиму не любил. Точнее, он не любил зимой бывать на улице. А вот смотреть на снежинки из окна, особенно, когда хозяин дома, ему очень даже нравилось. Уходя на работу, Олег дверь не закрывал. Чтобы, если Лабрику станет очень нужно, он мог выйти. Но он этой функцией не пользовался, предпочитал дождаться хозяина. И пока Человек отряхивался и раздевался, быстренько делал свои дела и летел домой.
Лабрик всегда скучал по своему Человеку. Вот и сегодня, он нетерпеливо ждал его прихода. И вдруг ему стало страшно. Очень страшно. Его хозяину угрожала опасность. С первой же попытки открыв дверь, хотя её изрядно замело снегом, он побежал. Побежал так быстро, насколько это, вообще, возможно. Казалось, что его собачье сердце сейчас остановится, перегревшись.
Он увидел стаю издалека. Вожак был в несколько раз больше Лабрика, а нейтрализовать нужно было именно его. Тогда появится шанс. Хоть бы Человек догадался сразу убежать и скрыться в безопасном месте. Он тихо подполз к кустам. Расстояние стремительно сокращалось. Вот стая поравнялась с кустами. Псы были настолько увлечены охотой, что не обратили на него никакого внимания. А зря!
— Я очень люблю тебя, мой Человек, и никому не дам в обиду, — подумал Лабрик и прыгнул на вожака. Вожак завыл. Стая застыла в ступоре. А потом его начали рвать со всех сторон. Десятки зубов впивались в бедное тело Лабрика, но он не думал о боли. Он решил, что будет держать эту опасную глотку до тех пор, пока не умрёт. И мысленно кричал: «Беги хозяин! Беги! Прошу тебя, беги очень быстро!»
Человек держал истерзанное тело на руках и плакал. Лабрику стало так жалко его, что он изо всех своих собачьих сил попытался лизнуть хозяину лицо. Получилось плохо. Тело больше не слушалось. Последней мыслью в его собачьей голове было: «Как же я оставлю его сейчас? Ведь он совсем один».
А потом были противные запахи и яркий свет. Всё тело болело. Совсем рядом шумели голоса, но ему не было до них никакого дела. И в друг он услышал самый лучший голос на свете, голос его Человека.
— Лабрик, милый ты мой! Жив!
Лабрик открыл глаза и улыбнулся. «Конечно жив, ты ведь без меня пропадёшь»,— думал пёс, мечтая, чтобы хозяин его погладил. А тот не гладил, боясь сделать больно.
— Надо же, он улыбается, как человек, — сказал ветеринар. — Умнейшее существо!
Олег, наконец, решился и погладил собаку по голове.
— Ты не существо, Лабрик. Ты мой Друг! Самый верный на свете Друг!
Автор: Елена Ермилова
Иллюстрация: сгенерировано нейросетью