Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Постапокалипсис. Битва Кланов. Часть 1

Привет! Здесь просто необходимо небольшое пояснение. Когда я писал свою книгу «Путь. Книга 1. Новый мир» (еще не издана), то понял, что если я буду добавлять все идеи и второстепенные истории в сюжет, то выйду далеко за рамки основной истории. Так как у меня осталось большое количество записей в черновике, я подумал, а зачем добру пропадать? Небольшое вступление. Шел 2080-й год. На планете осталось около процента населения. В глуши, на границе Якутии и Чукотки, в начале двадцатого века был основан небольшой городок с населением чуть больше тридцати тысяч человек. Он получил название в честь своего основного назначения — «Горно-Шахтерск». В нем не осталось ничего интересного, да, впрочем, интересного здесь не было и в старом мире. Сотня «хрущевок», одна больница, пара магазинов, шахты и тюрьма. Когда всё произошло, вирус добрался и сюда, пусть и с запозданием. Люди выживали как могли, организовали карантин, красную зону, но всё это не помогло. Спустя три десятилетия выжили около пятисот

Привет! Здесь просто необходимо небольшое пояснение. Когда я писал свою книгу «Путь. Книга 1. Новый мир» (еще не издана), то понял, что если я буду добавлять все идеи и второстепенные истории в сюжет, то выйду далеко за рамки основной истории. Так как у меня осталось большое количество записей в черновике, я подумал, а зачем добру пропадать? Небольшое вступление. Шел 2080-й год. На планете осталось около процента населения.

В глуши, на границе Якутии и Чукотки, в начале двадцатого века был основан небольшой городок с населением чуть больше тридцати тысяч человек. Он получил название в честь своего основного назначения — «Горно-Шахтерск». В нем не осталось ничего интересного, да, впрочем, интересного здесь не было и в старом мире. Сотня «хрущевок», одна больница, пара магазинов, шахты и тюрьма.

Когда всё произошло, вирус добрался и сюда, пусть и с запозданием. Люди выживали как могли, организовали карантин, красную зону, но всё это не помогло. Спустя три десятилетия выжили около пятисот человек. Все они трудились на благо друг друга и себя, имели четкое разделение обязанностей, и всё у них было хорошо, в первую очередь благодаря грамотному мэру. Юрий Викторович, мужчина лет шестидесяти, строгий, но справедливый. Он буквально закинул на свои плечи все вопросы, связанные с выживанием в новом мире, а после смерти жены и полностью взял на себя обязанности по воспитанию двух сыновей-погодок. Двадцать лет — возраст сложный. Кажется, что ты знаешь эту жизнь лучше других, но это далеко не так. Воевать на два фронта Юрий Викторович не мог, а там, где тонко, там и рвется.

-2

В данном случае это отразилось на детях, которые долгое время были предоставлены сами себе. Несмотря на то, что они росли вместе, их окружение и поведение очень сильно отличалось. Филипп — худой и высокий, вежливый и начитанный, предпочитал в свободное время помогать отцу. Олег — полная противоположность брату. Связался с сомнительной компанией, играл в азартные игры, мог ограбить жителей. Со временем его компания начала превращаться в настоящее ОПГ. Несмотря на сигналы Филиппа отцу, тот лишь отмахивался, может, не желая принимать тот факт, что его сын может быть плохим человеком, а может, и отцовская любовь ослепляла. Годы шли, люди укрепляли и пытались восстановить городскую мэрию, достраивая ее и превращая в настоящую крепость, и если Филипп с каждым годом все больше и больше помогал отцу, то Олег отдалился окончательно. Он со своей бандой проводил много времени в старой тюрьме на юге города, ходил в вылазки в поисках чего-то ценного и продолжал вести разгульный образ жизни.

-3

Не замечать это, даже при всем желании, отец уже не мог, и он решил поговорить с сыном.

— Отец, звал? – спросил Олег, зайдя в кабинет Юрия Викторовича, махнув рукой брату, который молча сидел на стуле в углу комнаты и выглядел очень серьезным.

— Заходи, садись, – ответил мэр, не поворачиваясь к сыну. Какое-то время он стоял, скрестив руки и глядя через окно вдаль, словно пытаясь подобрать нужные слова, чтоб начать разговор.

— Что с тобой стало? Тебе самому приятно так жить в таком окружении?

— Отец, я тебя не понимаю. Что не так?

— Все эти вылазки, алкоголь, хамство и побои своим согражданам. Когда ты стал таким?

— Вылазки? Да! Я приношу немало ценного из округи, лекарства, которыми вы лечитесь, в том числе. А что касаемо алкоголя, мне четвертый десяток, имею право расслабиться.

— Расслабиться… Хм… Чтобы расслабиться, нужно хотя бы иногда напрягаться, – ответил отец, медленно и тяжело вздыхая.

— А я не напрягаюсь, по-твоему? Ты даже представить не можешь, сколько сил уходит на такие прогулки, и это я не говорю про столкновения с шахтерами.

-4

— С кем? – удивленно переспросил отец.

— Да-да! Представляешь, мы не единственные выжившие. В
десятке верст от нас в старых шахтах есть поселение, которое прочесывает
округу так же, как и мы.

— И ты молчал?

— Да! Потому что вы трусы. Настроили тут бастион, чтобы
держать оборону, даже когда ее держать не от кого. А если бы ты узнал про
агрессивно настроенную шайку, ты бы с ума сошел. А я договорился с ними, чтобы
они не ходили сюда. Я! Не Филипп, не ты, а я! Есть вопросы, чем я занимаюсь? Ты ничего не видишь, потому что твои дети поселенцы, никак не мы, ты не занимался нами, и я сам искал свой путь и свою жизнь, а теперь ты решил поиграть в заботливого отца?

— Не смей повышать на меня голос! – грозно сказал Юрий
Викторович и стукнул кулаком по столу.

— Я буду повышать! Что ты мне сделаешь? Поставишь в угол? –
Олег перешел на крик.

— Пошел вон! – спокойно, но строго ответил отец, обращаясь к
сыну.

Олег хлопнул дверью и вышел на улицу, не сказав ни слова.

Продолжение следует...

Спасибо за внимание! По традиции, прикрепляю ссылки на свои книги:

Утерянный мир. Три пути — Геннадий Андреевич Харламов | Литрес
Сокровище нумизмата — Геннадий Андреевич Харламов | Литрес
Дом, в котором я живу. Не все так просто, как кажется… — Геннадий Андреевич Харламов | Литрес