Где находились международные резервы России до 2022 года? В основном в Евросоюзе. Это была ошибка? История явно показала, что да, поскольку эти средства были заморожены. Но можно ли было этого избежать?
Международные резервы
Николай Платошкин подчеркнул, что, когда выросли нефтяные цены, сразу же на высшем уровне в России задумались, что делать с деньгами, то есть со сверхдоходами. Варианты были разные, но в итоге решили, что значительную часть средств нужно хранить в международных резервах. По этому поводу были споры, те же депутаты КПРФ выступали за то, чтоб эти средства инвестировать в реальный сектор экономики, чтоб была новая индустриализация в России, но в итоге их предложение проигнорировали.
Эти резервы наполнялись деньгами каждый год. И в основном эти резервы хранились в Евросоюзе. Считалось, что это «стабильно», что ничего с этими резервами не может произойти. Но в 2022 году международные резервы России заморозили.
Сколько там было денег? 300 миллиардов долларов. Есть ли ответственные за это лица? Это в первую очередь Центробанк и правительство России, но по факту никто ответственности не понес.
Что предлагала депутат Глазкова
Николай Платошкин напомнил, что депутат Госдумы Анжелика Глазкова сразу же после того, как стала депутатом Госдумы, внесла законопроект, согласно которому запрещено хранить резервы России в странах НАТО.
Кажется, что это разумная идея, особенно важно учитывать, что это был 2021 год, то есть незадолго до заморозки. Как Анжелика Глазкова аргументировала свое предложение? Она утверждала, что средства могут заморозить в любой момент.
С чем это связано? С тем, что еще с 2014 года принимались различные меры против России, и заморозка средств была возможна. Но что отвечали Анжелике Глазковой в ЦБ? Отвечали, что нет оснований считать, что средства могут быть заморожены.
А в правительстве так вообще утверждали, что им лучше знать, где хранить международные резервы. То есть у них была уверенность, что заморозка этих резервов невозможна.
Точка зрения Николая Платошкина
Николай Платошкин считает, что если бы тогда послушали Анжелику Глазкову, то могли спасти средства. Почему же в правительстве и ЦБ считали, что вариант, при котором могут заморозить средства России, невозможен?
Дело именно в том, какой изначально был подход к финансам после развала СССР. Россия стала зависимой от запада, и вывоз капитала воспринимался как что-то естественное. Тем более что цены на сырье из России определялись на западных биржах.
Понятно, что люди с таким подходом были уверены, что «западные партнёры» никогда не «кинут», что им можно доверять. И даже в сложной ситуации все равно средства ЦБ считаются неприкосновенными.
Формально это так, но по факту до этого события у многих стран также замораживали международные резервы, это не было чем-то новым. При этом ведь есть один интересный момент: после 2014 года значительную часть средств вывели из США и перевели в ЕС.
То есть считалось, что если США все-таки в теории может заморозить средства, то вот в ЕС так делать не будут. А почему? В первую очередь из-за газа. Считалось, что даже если произойдет что-то критическое, то все равно ЕС будет покупать газ в России, и поэтому не станет трогать резервы.
В этом плане правительство и ЦБ слишком переоценили зависимость Европы от российского газа, и в итоге допустили серьёзную ошибку, потеряв значительные средства, которые накапливались еще с начала 2000-х годов.
Главная проблема именно в том, что никто не понес за это ответственности. Хотя ведь важно, что страна из-за действий неэффективных управленцев потеряла 300 миллиардов долларов. Есть большие сомнения, что их получится вернуть.