Среди гостей Парада Победы на Красной площади в 2025 г. присутствовали лидеры 27 стран, но лишь двое из них – из Европы. В ЕС пытались всеми силами не допустить появления там премьер-министра Словакии Роберта Фицо и президента Сербии Александра Вучича. Им угрожали и закрывали воздушное пространство для пролета в Россию. На словах выступая за урегулирование украинского конфликта, в Брюсселе по-прежнему стремятся исключить всякий диалог с Москвой. При этом для оправдания своей политики на Западе переворачивают историю с ног на голову, проводя параллели между Россией и нацистской Германией. Как оценивают такие действия ЕС и ситуацию вокруг Украины в Сербии, в интервью «Евразия.Эксперт» проанализировал приглашенный профессор МГИМО, научный сотрудник Института европейских исследований (Белград) Стеван Гайич.
– Господин Гайич, в День Победы в Великой Отечественной войне 9 мая в Москву приехало множество мировых лидеров, в том числе президент Сербии Александр Вучич. Какую роль Вторая мировая война играет в исторической памяти Сербии?
– Вторая мировая война и Великая Победа над нацизмом играют огромную роль в нашей истории, особенно если учитывать, что сербский народ, находившийся в составе оккупированного Королевства Югославия после нападения Германии в апреле 1941 г., пережил настоящий геноцид.
Война была по-настоящему страшной. Внутри страны действовали два сопротивления – монархисты (четники) и коммунисты (партизаны), которые, к сожалению, вели не только борьбу с фашистами, но и гражданскую войну между собой. Тем не менее, Великая Победа над иностранным фашистским гнётом была достигнута. Для нас память о Второй мировой войне остаётся глубоко важной и в то же время болезненной страницей истории.
– Как в Сербии воспринимают попытки стран Запада переписать историю Второй мировой войны, в том числе стремление замалчивать преступления нацистов?
– Подобные попытки, безусловно, воспринимаются как стремление к релятивизации Победы над нацизмом, а также как проявление исторического ревизионизма. Мы наблюдаем, что практически с конца Холодной войны в Европе нарастает тенденция к пересмотру истории. Одним из ключевых проявлений этой тенденции стала так называемая Пражская декларация 2008 г. В ней ряд европейских стран – особенно те, кто в прошлом сотрудничал с гитлеровской Германией, – поставили знак равенства между двумя якобы «тоталитарными режимами» – нацизмом и коммунизмом.
Таким образом, можно сказать, что первым шагом в ревизии истории стала попытка уравнять идеологии и практики нацизма и коммунизма. Это означает, что с точки зрения этих ревизионистов создание лагерей смерти, таких как Освенцим, Маутхаузен, Бухенвальд и других, построенных нацистами по всей Европе, а также хорватских фашистских концлагерей на территории бывшей Югославии, – якобы эквивалентны действиям тех, кто эти лагеря освобождал, включая Красную армию.
Фактически, в соответствии с логикой Пражской декларации, те, кто строил лагеря смерти, и те, кто их освобождал, – это одно и то же. Конечно, такая позиция – не просто вопиющая фальсификация истории, но и издевательство над памятью миллионов жертв нацизма.
– Какие параллели можно провести между событиями Второй мировой войны и нынешней милитаризацией Европейского союза?
– Сегодня мы начинаем ясно видеть, зачем велась эта политика исторической релятивизации. Её цель заключалась в том, чтобы оправдать новый «Drang nach Osten», «Рывок на Восток», то есть новую волну агрессии и экспансии.
Речь идёт не только о давлении на Россию, но и о широкомасштабной атаке на всю Евразию. Мы видим проявления этого наступления в самых разных формах: где-то это прямая конфронтация, где-то – гибридная война. Удары наносятся по России, Ирану, Северной Корее, Китаю, – по всем странам, не укладывающимся в рамки однополярного мира. Таким образом, геополитический расклад всё больше напоминает ситуацию, сложившуюся накануне Второй мировой войны.
Даже роль США приобретает схожие черты: в нынешних условиях Вашингтон больше не стремится прямо участвовать в «европейской войне» с Россией. Мы уже не можем говорить о «коллективном Западе», потому что он больше не коллективен. Произошёл геополитический развод между Вашингтоном и Брюсселем, и это фундаментально меняет архитектуру международных отношений.
– Как в Сербии воспринимают активизацию диалога по дипломатическому урегулированию украинского конфликта?
– В Сербии, как и во многих других странах, внимательно следят за развитием этого конфликта. Здесь понимают, насколько важно, чтобы общеевропейская система безопасности была устойчивой и надёжной, и чтобы в будущем не возникали новые очаги напряжённости.
Сербия, находясь в непосредственной близости от потенциальной линии огня, заинтересована в стабильности. Ещё в 2015 г. госсекретарь США Джон Керри прямо заявил, что наша страна находится на переднем крае геополитического противостояния. Это высказывание актуально и сегодня.