Анджела Левин, известный королевский комментатор, и Дэн Вуттон, ведущий подкаста Outspoken, вновь подняли волну дискуссий, обсуждая последние события вокруг принца Гарри, Меган Маркл и их сложных отношений с британской королевской семьёй. В центре внимания — недавняя статья в The New York Times, которая, по мнению критиков, представляет собой очередной удар по королю Карлу III и принцу Уильяму, обвиняя их в расколе с Сассексами. Эта публикация, как утверждают Левин и Вуттон, является частью более широкой кампании «левых СМИ», стремящихся поддерживать образ Гарри и Меган как жертв, игнорируя их собственные действия.
The New York Times и её роль в королевской драме
Статья, написанная Марком Ландлером, главой лондонского бюро The New York Times, вызвала бурю негодования. В ней утверждается, что продолжающийся конфликт с принцем Гарри затмевает достижения короля Карла, особенно на фоне таких значимых событий, как 80-летие победы над нацистской Германией. Ландлер цитирует историка Эда Оуэнса, который считает, что неспособность Карла примириться с сыном может стать определяющей чертой его правления, подрывая идеи терпимости и инклюзивности, которые монарх отстаивал. Питер Хант, бывший королевский корреспондент BBC, добавляет, что этот раскол негативно скажется на наследии Карла, поскольку король, представляющий единство и прощение, не может «объединить людей у собственного порога».
Левин и Вуттон резко критикуют эту точку зрения, называя статью «фундаментально нечестной» и обвиняя The New York Times в предвзятости. Они напоминают, что издание давно поддерживает тесные связи с Сассексами: Меган давала им эксклюзивное интервью для продвижения сериала Netflix, а также публиковала эссе о своём выкидыше. По мнению Вуттона, The New York Times использует своё влияние, чтобы переписать историю в пользу Гарри и Меган, игнорируя их действия, такие как публичные нападки на семью и попытки «разрушить» монархию.
Критики статьи подчёркивают, что обвинять Карла и Уильяма в расколе несправедливо. Левин задаётся вопросом, как долго отец должен нести ответственность за поведение взрослого сына. «Гарри за 40, он взрослый мужчина. Разве он не должен отвечать за свои поступки?» — вопрошает она, указывая на его «нелепые отношения» с Меган, которую она называет «женщиной, любящей разрушать». Вуттон добавляет, что Гарри и Меган «выставлены на международной сцене как лжецы», чья поддержка общественности находится на «дне», в то время как популярность монархии, Карла и Уильяма остаётся стабильной.
Левин также подчёркивает роль Уильяма, который, по её словам, всегда поддерживал младшего брата, несмотря на собственные трудности после смерти матери, принцессы Дианы. Она приводит слова Гарри, называвшего Уильяма «единственным человеком, которому он доверяет», и отмечает, что предостережение Уильяма о поспешной женитьбе на Меган было продиктовано заботой, а не враждебностью. Однако Гарри, по её мнению, отверг эту заботу, что и привело к нынешнему разрыву.
Параллельно с критикой СМИ Вуттон и Левин обсуждают последние шаги Сассексов
Меган наняла Сару Фосмо, бывшую помощницу Билла Гейтса, в качестве главы своего аппарата, что, по мнению Вуттона, сигнализирует о попытке «перезапустить» её бизнес, который ранее терпел неудачи. Однако Левин скептична: «Меган не прислушивается к советам. Она думает, что знает лучше всех». Гарри, в свою очередь, повысил свою бывшую ассистентку Лианн Кэшен до должности главы аппарата, что Вуттон интерпретирует как признак отчаяния и нехватки квалифицированных кандидатов.
Эти назначения контрастируют с публичным поведением пары. Фотографии с концерта Бейонсе, где Гарри и Меган демонстрировали чрезмерную привязанность, вызвали насмешки Вуттона, сравнившего их с «Кардашьянами». Он также упоминает тревожные кадры, на которых Гарри, одиноко бродящий по Лондону и звонящий по телефону, выглядит «потерянным». Левин подтверждает, что за пять лет вне королевской семьи Гарри, похоже, утратил базовые навыки самостоятельности, такие как запоминание адреса или организация встреч.
Неожиданным поворотом стало публичное обращение Анджелы Тилби, священника, знавшей Гарри с детства. Она призвала его «перестать быть жертвой» и взять ответственность за свои действия. Тилби, присутствовавшая на похоронах Дианы и близко общавшаяся с Гарри в школьные годы, выразила обеспокоенность его состоянием. Левин считает её слова «совершенно необычными» и предполагает, что Тилби может быть единственным человеком, способным достучаться до Гарри, учитывая её знание его характера до и после смерти матери.
На фоне этой драмы Вуттон и Левин высоко оценивают действия принца Уильяма и Кэтрин, принцессы Уэльской
Их новый проект — серия видеороликов о природе, запущенная Кэтрин, — получил восторженные отзывы. Видео, посвящённое весне, подчёркивает связь с природой как источник надежды и обновления, что особенно значимо после выздоровления Кэтрин от рака. «Это вдохновляет людей, которые чувствуют себя подавленными», — отмечает Левин, добавляя, что проект отражает личный опыт Кэтрин и её стремление стать «замечательной королевой».
Споры вокруг Сассексов и королевской семьи продолжают разделять общественность и СМИ. Вуттон уверен, что история осудит не Карла или Уильяма, а Гарри и Меган, чьи действия он сравнивает с попытками герцога и герцогини Виндзорских подорвать монархию в прошлом. Левин подчёркивает, что Меган «невозможно угодить», а Гарри, по её мнению, находится в «ужасном месте», где его потенциал подавляется. Тем временем Уильям и Кэтрин продолжают укреплять свои позиции, демонстрируя устойчивость и искренность.
Легенда о «жертвах» Гарри и Меган, поддерживаемая некоторыми СМИ, сталкивается с реальностью их собственных решений. Как и в любой семейной драме, правда, вероятно, где-то посередине, но одно ясно: королевская сага далека от завершения.