Сначала — жажда достижения: усилия, превосходство, видимость направления. Потом — привычка к движению как самооправданию: будто сама деятельность способна заменить правду. Затем — поворот к «высокому»: духовный поиск, идеал трансцендентного. Но за этим — всё та же форма страха, приученная к метафизическим декорациям. Однажды исчезает иллюзия лестницы. Открывается пустота, и в ней — не утрата, а простота. Не та, что утешает, а та, что разоружает. «Истина — это то, что остаётся, когда исчезаешь ты.» — Рамана Махарши «Индивид — иллюзия. Личность — маска. Быть — значит не называться.» — Нисаргадатта Остальное — только шум между строк.
Сначала — жажда достижения: усилия, превосходство, видимость направления.
Потом — привычка к движению как самооправданию: будто сама деятельность способна заменить правду.
Затем — поворот к «высокому»: духовный поиск, идеал трансцендентного.
Но за этим — всё та же форма страха, приученная к метафизическим декорациям.
Однажды исчезает иллюзия лестницы. Открывается пустота, и в ней — не утрата, а простота.
Не та, что утешает, а та, что разоружает.
«Истина — это то, что остаётся, когда исчезаешь ты.»
— Рамана Махарши
«Индивид — иллюзия. Личность — маска. Быть — значит не называться.»
— Нисаргадатта
Остальное — только шум между строк.
