Деревья этого мира растут из слов. Каждое семя — это имя, зачитанное вслух с намерением. Слова превращаются в корни, цитаты — в листву. Этот лес тихий: все боятся случайно сказать что-либо, что может дать жизнь новой ветви. Птицы здесь поют голосами стихотворений, а мох состоит из обрывков диалогов. Лишь посвящённые Библиоформы — существа, собранные из буквенных узоров — разговаривают свободно. Они охраняют Запретный Том — книгу, в которую можно записать финальную фразу всей вселенной. Никто не знает, что будет, если она будет произнесена.
Деревья этого мира растут из слов. Каждое семя — это имя, зачитанное вслух с намерением. Слова превращаются в корни, цитаты — в листву. Этот лес тихий: все боятся случайно сказать что-либо, что может дать жизнь новой ветви. Птицы здесь поют голосами стихотворений, а мох состоит из обрывков диалогов. Лишь посвящённые Библиоформы — существа, собранные из буквенных узоров — разговаривают свободно. Они охраняют Запретный Том — книгу, в которую можно записать финальную фразу всей вселенной. Никто не знает, что будет, если она будет произнесена.
