Узнайте, как возник самый известный обычай праздника и причем тут демон Асмодей
Самый известный обычай Лаг ба Омера – жечь костры. Скорее всего, традиция была заложена цфатскими каббалистами в середине XVI века: они зажигали огонь на могиле рабби Шимона бар Йохая (Рашби), которому приписывают авторство главной книги каббалы «Зогар» (что в переводе означает «Сияние»). Его могила находится на горе Мерон, неподалеку от Цфата. Оттуда этот обычай и распространился по всем еврейским общинам. И связывают этот обычай с именем великого каббалиста рабби Ицхака Лурии Ашкенази – Ари Акадош.
Этому посвящено множество легенд. Вот одна из них.
Как-то раз в Лаг ба-Омер, йорцайт (годовщину смерти) рабби Шимона бар Йохая, Ари Акадош привел своих учеников на гору Мерон, чтобы там, на могиле великого праведника, изучая Тору и Каббалу, они вместе совершили Тиккун олам (исправление мира) и приблизили Геулу (избавление).
Не понравилось это Асмодею, князю мира демонов, и решил он помешать Ари и его ученикам. Под покровом сумерек прокрался коварный демон на склон горы Мерон.
Увидел Асмодей, что все глубже Ари с учениками погружаются в учение, и решил их отвлечь.
Воспользовался он тем, что один из учеников не погрузился так глубоко, как другие и, тихонько забрался ему на язык с вопросом: «Как бы мы могли помочь душе учителя приблизиться сегодня к душе Рашби?»
Затем демон незаметно проскользнул к другому неосторожному ученику, который ответил: «Численное значение имени Ари – 211, если же добавить к нему слово «огонь» (эш), чье численное значение равно 301, то, как раз и получится, 512 – численное значение имени Рашби».
Обрадовались ученики такой «святой идее», стали собирать дрова и тут же разожгли костер у могилы Рашби, рядом с тем местом, где сидел Ари. Асмодей же, увидев, что ему удалось отвлечь учеников, довольный удачной каверзой, удалился назад, в темное царство.
Тем временем закончил Ари чтение главы «Зогар» и с удивлением увидел пылающий костер. Ученики объяснили, зачем они развели огонь. Сразу догадался Ари, что здесь не обошлось без козней злого демона, который, стремясь отвлечь учеников от настоящей работы по исправлению мира, подкидывает им всякие глупости. Ведь огонь, способный сблизить души Ари и Рашби, отнюдь не материален, он скрывается в текстах святых книг, а не в щепках и сухих ветках.
Но решил мудрый Ари, что перехитрит зловредного Асмодея, обратив его же ловушку против него самого. Не стал он ругать своих учеников и отговаривать их от пустой затеи, ведь они были уверены, что поступают правильно и свято.
Похвалил он их за удачную идею и добавил, что вокруг разложенного костра следует еще и петь и танцевать, прославляя Всевышнего голосом и движениями тела.
Удивились ученики: как же в траурные дни счета Омера можно веселиться? «Так заповедал Учитель», – ответил им Ари. Ведь сам Рашби в день своей смерти не плакал, а радовался и повелел радоваться своим ученикам. Как рассказывают, именно в последний день жизни он одарил своих учеников такими глубинами скрытого учения, каких прежде не касался, добавив, что «во все дни своей жизни жаждал увидеть этот день».
Сложили тогда они вместе еще более основательный костер и стали танцевать, кружась вокруг огня и распевая песни прославления. И чем радостней становилось на душе у пляшущих, чем звонче и веселее звучали их голоса, тем больше искр «истинного света», рассеянных по мирам, собиралось обратно, приближая Геулу.
Услышал Асмодей из своего логова голоса Ари и его учеников, полные воодушевления, и страшно рассердился. Понял он, что мудрый Ари обратил его хитрость против него самого. Но сделать уже ничего не мог.
И теперь сотни тысяч людей с наступлением праздника зажигают костры, танцуют, поют и веселятся, обращая злобный замысел Асмодея в «исправление мира».
По материалам jewish.ru и toldot.ru