О диагнозе сына я узнала наутро после родов. Ничего не поняла из потока медицинских терминов неонатолога, но вывод сделала правильный - "все плохо".
Да, диапазон этого "плохо" менялся в течение первого года.
Да, стадия отрицания с наивной верой, что мы все починим и вырастим нормального ребенка, не заставила себя ждать.
Но набор услышанного от разных врачей и наложенного на ещё свежие безоблачные ожидания рождал мысль "а может надо оставить сына и жить дальше". В этом ДАЛЬШЕ была самая большая загвоздка. А как это жить, оставив ребенка?! Даже если у него диагнозы, даже если не важно что скажут люди, даже если уехать в другой город/страну, даже если ты ещё относительно молод и имеешь возможность родить здорового.
Хотя последний аргумент был скорее в другом столбике - это урок, который надо пройти, если не с этим ребенком, то со следующим. И никаких здоровых детей пока не сдашь домашку. Не обязательно, конечно, но проверять эту концепцию тогда не хотелось.
Я не знала таких историй, даже про знакомых знакомых. Я не нашла форумов для матерей, оставивших своих детей. Я могла только предположить, что "жить дальше" будет сильно не похоже на "жить как раньше". И, даже если концепция с уроком не подтвердится, вряд ли это можно стереть из памяти и ожидать, что за всю оставшуюся жизнь будет хоть один свободный день от воспоминаний, сомнений, вины и презрения.
И вот, спустя 8 лет, я случайно смотрю фильм Мать и дитя. Одновременно возвращаюсь в свой 2017й и переношусь в свой же гипотетический 2032й, в котором продолжаю жить воспоминаниями, сомнениями, виной и презрением. И писать письма каждый день, догадываясь, что они уже лет 14 как не имеют адресата.
Потом оглядываюсь назад на реально прожитые десятилетия. В очередной раз убеждаюсь, что пути Господни неисповедимы. И в фильме, и в жизни, которая подчас извилистей любого закрученного сюжета. Конечно же плачу в конце. Потому что и радостно, и жаль. Как, собственно, и в жизни.