Механизм основан на продаже права требования долей компаниям, не имеющим отношения ни к истцу, ни к ответчику.
Один из кейсов последнего времени – попытка компании TIG Mineral Resources отстоять право на компенсацию стоимости своей доли через гонконгскую фирму и компанию, имеющую все признаки фиктивной. Новый виток спора может стать прецедентом для всего российского бизнеса, работающего с иностранным капиталом.
Мы уже писали, что Арбитражный суд Орловской области ранее исключил компанию «ТиАйДжи» из состава участников ООО «Цеомакс» с долей 49 %, признав действия фирмы и связанных с ней лиц злоупотреблением правом. Была установлена направленность действий на вывод активов предприятий «Мелор» и «Промцеолит», создание искусственной задолженности и блокирование управления обществом.
С решением согласились все инстанции, включая Верховный суд РФ. Но TIG попыталась реализовать свое право на компенсацию без прямого обращения в суд. Сначала права требования были проданы гонконгской компании, а затем – ООО «Руспромфинанс», созданному незадолго до сделки и не обладающему реальными активами. Уже через месяц после регистрации «Руспромфинанс» предъявил иск к ООО «Цеомакс» на 188 млн рублей и еще 52 млн рублей процентов, хотя стоимость доли в тот момент была близка к нулю из-за вывода активов и искусственно созданных долгов.
Судебная практика подтверждает, что уступка права требования по цепочке через офшоры и российские компании-«однодневки» неоднократно признавалась недобросовестной. Суды выработали единый подход и единообразную практику по этому вопросу. Уступка прав требования по шаблонным схемам, направленная на обход санкционных ограничений или вывод средств в недружественные юрисдикции, признается ничтожной. В результате блокируется не только возможность взыскания средств, но и механизм процессуального правопреемства.
Сделки, направленные на обход валютных, санкционных и корпоративных ограничений, признаются ничтожными по ст. 168 и 10 Гражданского кодекса РФ как противоречащие публичному порядку и интересам государства. В аналогичных делах суды указывают на типичные признаки недобросовестности: уступка прав через офшорные и вновь созданные российские компании без экономической цели и реальной оплаты, привлечение компаний по адресам массовой регистрации, совпадение представителей по доверенностям во всех «звеньях» цепочки, расчеты по завышенным оценкам, попытки обойти требования о специальных счетах и санкционные ограничения на вывод средств за рубеж.
История TIG и «Цеомакса» – самый масштабный за последнее время пример попытки обойти российское законодательство через фиктивные структуры. В ней участвует медиамагнат Арам Габрелянов, связанный с ООО «Цеотрейдресурс» – фирмой-«контролером» орловских заводов.
Эксперт по разрешению корпоративных конфликтов Дмитрий Орищенко отмечает, что, несмотря на простоту и примитивность схемы, пока в судебной практике она не встречалась.
«Вероятно, TIG и ее соучастники первыми осмелились использовать такую схему с расчетом на наивность судейского сообщества. Если у них найдутся последователи, это вызовет жесткое противодействие системы, а значит, российским фирмам будет труднее вывести капитал за рубеж под видом корпоративных споров. Отношения с инвесторами из-за рубежа также могут обостриться», – отметил господин Орищенко.
В 2025 году в российских судах появились и другие дела, связанные с нарушением контрсанкционных ограничений. Из недавних – дела «Главпродукта» и Raven Russia. Генпрокуратура РФ обвиняет их в использовании схемы дробления выплат для обхода допустимого лимита на перевод средств за границу и требует взыскать суммы переводов в доход государства. Суд уже удовлетворил требование об аресте имущества «Главпродукта» в связи с незаконным выводом 1,3 млрд рублей из России. В случае с Raven Russia прокуратура требует признать недействительными сделки по переводу 6,1 млрд рублей в иностранные юрисдикции.