— Ты вообще в своём уме?! — Лера смотрела на мужа, как на чужого. — Ты всерьёз считаешь, что ничего не нарушил? Что взять с общего семейного счёта почти три миллиона — это нормально?!
Илья ответил спокойно, даже как-то устало:
— Я их заработал. Я. Своими руками, своей головой. Ты туда копейки не положила.
У Леры потемнело в глазах.
— Ты это сейчас серьёзно сказал?..
Он молчал. Ни извинений, ни попытки объясниться. Просто пожал плечами. Холодный он какой-то стал, чужой. «Или всегда был такой, а я не замечала?» — пронеслось в голове у Леры.
Всё вскрылось случайно. Маринка, её двоюродная сестра, позвонила в слезах: мужа сократили, сама в отпуске без содержания, денег — кот наплакал, не знают, чем платить за ипотеку.
Лера сочувствовала. Но внутри чувствовала облегчение: у них-то такого быть не может. Они с Ильёй предусмотрели. Копят. У них — подушка.
Вечером за ужином она и спросила невинно:
— Слушай, а сколько у нас на счёте? Ну просто интересно. Сколько мы накопили?
Илья дернулся. Захлопнул ноутбук:
— Да чё-то интернет висит. Потом покажу.
Сразу стало ясно: что-то не так. В тот же вечер, дождавшись, пока он пойдёт в душ, Лера открыла его ноутбук. Пароль знала. Вошла в онлайн-банк. И чуть не подавилась. Вместо ожидаемых трёх миллионов — четыреста сорок семь тысяч.
Когда Илья вышел из ванной, Лера ждала его под дверью.
— Где деньги, Илья?! — крикнула она ему в лицо.
— На месте, — ответил он. — Часть потратил. Ничего страшного.
— Часть?! Ты почти всё слил!
— Да не слил я. Купил, что нужно. Комп новый — мне для работы. Охотничье снаряжение — моё хобби. Да и вообще, ты в курсе, сколько стоит сейчас охота? Переезды, лицензии?
— Ты совсем обалдел?! Это были наши деньги!
— Нет, Лер. Это были мои деньги. Я их один зарабатывал. Один тянул семью. Один вкладывал на этот счёт. Имею полное право распоряжаться ими, как считаю нужным. Ты сидела дома, занималась детьми – я не против. Молодец. Ты хорошая хозяйка и мать, я тебе ни в чем не отказывал, по-моему. Зарплату домой приношу. Все, что хочешь и считаешь нужным, покупаешь себе и детям… Я тоже имею право покупать на собственные деньги то, что считаю нужным. Для себя.
Лера оторопела. Он даже не оправдывается. Он просто не видел в этом ничего плохого.
— А то, что мы договаривались откладывать? Что это на детей? Что это — на будущее?
— Дети ни в чем не нуждаются сейчас. Кружки, одежда, еда — всё оплачиваю. А если ты хотела на будущее — надо было самой вкладывать. А не с моих кровных строить себе иллюзию безопасности.
Лера теперь вообще не представляет, как себя вести с мужем. Он не напился, не ушёл к другой. Он даже не кричал. Просто молча забрал деньги — и не посчитал нужным сообщить. Он не предал в лоб — он обесценил всё, что они строили.
— Ты хоть понял, как ты меня подставил? — спросила она утром. — Я думала, у нас с тобой общий путь, а ты…
— Лера, не драматизируй, — вздохнул он. — Я же не в казино проиграл. Всё по-честному. Просто захотел немного свободы. Устал от постоянного «мы, мы, мы». Хотел что-то своё.
— Так иди и живи сам, если всё твоё!
— Могу и уйти, — пожал он плечами. Спокойно. Без злобы.
Как считаете, муж действительно предал семью? Или просто воспользовался своим правом — тратить заработанное по своему усмотрению?
Имеет ли мужчина право решать, как расходовать деньги, если он — единственный кормилец? Или в браке всё должно быть поровну — неважно, кто сколько внёс?