К вопросам путешествий во времени мы ещё вернёмся, и, пожалуй, свяжем это все с попаденчеством… попаданством…попаданчеством… не суть. Провал в прошлое – наиболее частое явление в нашей фантастике. А пока – «Обитаемый остров», благо осталось немного…
«Зеф погрузил краюху в бороду и принялся отчётливо работать челюстями. Бред какой-то, подумал Максим. Ведь все знают, что идут на верную смерть. И всё-таки идут. Значит, на что-нибудь надеются? Значит, у каждого есть какой-то план?»
Такое бывает, Максим, люди идут на верную смерть. Но тут, вероятно, речь идёт непосредственно о ЗэКа. Что же, у них тоже есть мотивы. Вообще, Максиму из ГСП как раз должно быть понятно, что их гонит вперёд. Пулемёты заградотрядов, например. Максим в данном случае должен ко всему относиться, как наш среднестатистический «либерал – лучший друг малышей» (голосом генерала Лебедя из сериала «Куклы»). Так что эта картинка – как раз то, что должен увидеть наш Максим из ГСП. Кстати, заградительные отряды были придуманы вовсе не «кровавой гэбней», да и функции у них были несколько иные, чем принято показывать в нашем богатом развесистой клюквой кино про Войну.
«Да, ведь они ничего не знают об излучении… Каждый думает: где-нибудь там, по дороге, сверну, выскочу из танка и прилягу, а дураки пусть наступают…»
Да, они не знают. Но Максим-то знает. И Максиму логично предположить, что 99% заключённых обработаны этим самым излучением. Это напрашивается само собой. Какой из этого вывод? А очень простой: Максим знает, как применяется излучение. Не как оно генерируется и передаётся, а методику обработки населения. И прекрасно знает, что никакой дополнительной обработки – не было.
«Вот с этого мы и начнём борьбу против правых: об излучении нужно писать листовки, кричать в общественных местах, радиостанции организовывать…»
А смысл? Те, кому вы даёте листовки, первыми же вас и сдадут. Надо выращивать пятую колонну, используя то же излучение. Собственно, действовать так, как действовали большевики до революции. Ведь, по сути, излучение не более эффективно, чем, например, религия. Мы не станем сейчас развивать эту тему, скажем только одно: для неграмотного человека любая религия – опиум.
«…хотя приёмники действуют только на двух частотах… всё равно, врываться в паузы»
О как! То есть приёмник, утащенный Зефом, принимал только две волны? Счаз-з-з! И что значит «врываться в паузы»? Ну, допустим, там есть паузы, в которые можно ворваться. Допустим, технически это возможно. Допустим, будет широкий охват. Но надо ещё допустить, что службы безопасности не имеют технического отдела и не вычислят злоумышленников в течении суток-двух. Не перебор ли с допущениями? Что это вообще за план? Нам кажется, что в данном случае свидетель явно лжесвидетельствует.
«На станции танков не было и пушек тоже, везде только стрелки-гвардейцы. Это надо иметь в виду. Лощина хорошая, глубокая, а охрану, вероятно, снимут, как только мы пройдём…»
Снимут охрану… станции? С чего бы это? Или охрану ЗэКа? Ну, может, и снимут, только вот толку. Дорога-то одна – вперёд.
«Да нет, причём здесь охрана – все побежит вперёд, как только включат излучатели…»
Что с того, что включат излучатели? Нам опять кажется, что свидетель пытается водить нас за нос. Совершенно очевидно, что излучение ничего никому не внушает. Делает человека более внушаемыми – да. Но не внушает само по себе.
«Он с удивительной отчётливостью представил себе, как это будет. Врубаются излучатели. Танки штрафников с рёвом устремляются вперёд. За ними валят валом армейцы. Вся прифронтовая полоса пустеет… Трудно представить себе глубину этой полосы, неизвестен радиус действия излучателей, но уж два-три километра – наверняка. В полосе глубиной два-три километра не останется ни одного человека с ясной головой. Кроме меня… Э, нет, не только два-три километра. Больше. Все стационарные установки, все башни – все будет включено и, наверное, на максимальную мощность. Весь приграничный район сойдёт с ума…»
Бинго! Золотое зерно всё-таки прорывается. Именно так: «Весь приграничный район сойдёт с ума…». Крыша точно поедет у всех. Никакой накачки у заключённых мы не замечаем, более того, настроения явно пораженческие, вражеские голоса слушают (на двухканальном приёмнике, да-да), и всё такое. С чего они вперёд-то побегут? Наоборот, прыснут в разные стороны, как тараканы, потому что их внутренние установки возьмут верх над разумом с подавленной волей.
«Массаракш, как же быть с Зефом, он же этого не выдержит… Максим покосился на мерно двигающуюся рыжую бороду, на хмурое грязное хайло мировой знаменитости. Ничего, выдержит...»
Не выдержит. В первую очередь не выдержит побоев. Его порвут на куски. Хонтийцы где-то там, далеко, а выродок – вот он. Все знают: выродки – это хонтийские шпионы. Так что участь Зефа, да и самого Максима, представляется незавидной.
«В крайнем случае придётся помочь, хотя, боюсь, будет не до того. И ещё Гай – с него ведь глаз нельзя будет спускать…»
А что Гай? Гай будет убивать. Гвардейцев, солдат, своих спутников. Ему никто не проводил положительную реморализацию по-саракшански. Как он вёл себя под излучением? Помните?..
«Башня? Какая башня? А, да, вижу башню… Эти черные мерзавцы, эти подлые Отцы, собачьи Отцы, они понатыкали башни везде, но мы сметём эти башни, мы пройдём тяжёлыми шагами, сметая эти башни, с огнём в очах… Веди, веди свою послушную машину на эту гнусную башню… и дай мне бомбу, я прыгну с бомбой и не промахнусь, вот увидишь! Бомбу мне, бомбу! В огонь! О!.. О-о!! О-о-о!!!»
Мы в одной из статей приводили уже эту цитату.
«Да, придётся поработать. Ладно. В конце концов в этом мутном водовороте я всё равно буду полным хозяином, и остановить меня никто не сможет, да и не захочет…»
Нет. Мы ещё раз убеждаемся, что Максим хочет казаться клиническим идиотом. Не будет он хозяином положения при таком раскладе. Его убьют. Забьют ногами, затопчут, затыкают пиками. Либо он будет вести себя, как все. Да и сам он это, вероятно, понимает, просто зачем-то дает нам ложные показания. То есть не нам, конечно, а тому, кто будет изучать его похождения.
«Прошли лесок, и сразу стал слышен слитный гул громкоговорителей, треск выхлопов, раздражённые крики. Впереди, на пологом травянистом склоне, поднимающемся к северу, стояли в три ряда танки. Между ними бродили люди, слоился сизый дым. "А вот и наши гробы!" — весело и громко произнёс кто-то впереди...»
Неизвестные отцы точно не умеют правильно пользоваться излучением. В противном случае – это были бы самые лучшие, самые надёжные танки, на которых можно и в огонь, и в воду! Кстати, а сколько там вообще танков? Десять? Сто? Тысяча? Максим говорит, что ни пушек, ни чего-то ещё нет. То есть все, кто прибыл на станцию, танкисты. 15... Ладно, 10 вагонов по 40 человек. 400 человек. Это 133 экипажа. Это примерно 300-400 метров длина шеренги по три.
«– Ты посмотри, что они нам дают, – сказал Гай. – Довоенные танки, хлам имперский, консервные банки… Слушай, Мак, мы что же, так и подохнем здесь? Ведь это же погибель верная…»
А в лесу тогда чьи танки были? Что-то нам техника, более 20 лет работающая в автономном режиме, хламом не показалась...
«Колонна втянулась в интервал между рядами танков и остановилась. Разговаривать стало трудно. Прямо на траве были установлены громадные раструбы громкоговорителей, бархатный магнитофонный бас вещал: "Там, за гребнем лощины, коварный враг. Только вперёд. Только вперёд. Рычаги себя и – вперёд. На врага. Вперёд… Там, за гребнем лощины, коварный враг… Рычаги на себя и — вперёд…" Потом голос оборвался на полуслове, и принялся орать полковник. Он стоял на радиаторе своего вездехода, батальонные держали его за ноги...»
Где-то тут должен лежать и корчиться от боли Зеф. Нет? Странно, выходит облучения нет. Тогда в чем смысл всего этого действа? Ну вот сядут сейчас заключённые в танки, ну врубят двигатели, и? Вспомнят под излучением то, что сейчас пару минут им говорили? Нет. Они вспомнят вбитые жизнью установки. Гай изменил мнение и так реагировал на излучение почему? Потому что Максим долгое время вёл политинформацию, прочищая ему мозги. Вот и заключённые вспомнят свою «политинформацию», а не этот бархатный голос. Да уголовники всю жизнь слышали эти нравоучения и все равно воровали, убивали, грабили. Их воспитала улица, её правила вбиты в них дубинками, ногами, кастетами, эти правила отшлифованы до блеска излучением.
И, кстати… А полковник именно на радиаторе стоял? Не на капоте, не ещё на чём? Ладно, может, на саракшанских машинах радиаторы такие… специальные. Не будем придираться, вот это уже – чистой воды заклёпки. Тем более вездеход мог быть на базе танка, и имеется в виду радиаторный отсек.
«– Солдаты! – орал полковник. – Хватит болтать языком! Перед вами – ваши танки. Все по машинам! Главным образом, водители, потому что на остальных мне наплевать. Но всякого, кто останется… – Он извлёк свой пистолет и показал всем. – Понятно, вшивые свиньи?.. Господа ротные, развести экипажи по танкам!..»
Вот-вот. Сча долбанут излучением и будет соревнование: кто первый раздавит этого брехливого полковника.
«Началась толкотня. Полковник, шатаясь на радиаторе, как жердь, продолжал что-то выкрикивать, но его не стало слышно, потому что громкоговорители снова принялись долдонить, что впереди враг и потому – рычаги на себя. Все штрафники ринулись к третьему ряду танков. Началась драка, в воздухе заметались подкованные ботинки. Огромная серая толпа медленно кишела вокруг танков заднего ряда. Некоторые танки начали двигаться, с них сыпались люди. Полковник совсем посинел от натуги и, наконец, принялся палить поверх голов. Из леска черной цепью бежали гвардейцы.
Хотя нет, что это полковника шатает на радиаторе? То есть если любого нормального человека поставить на радиатор автомобиля, скажем, джипа, его будет шатать, а вот если на радиаторную решетку танка... пьян он, что ли? Кстати стоять на радиаторе танка, двигатель которого работает, и что-то кому-то втолковывать – то еще занятие. Мы не танкисты, но что-то нам подсказывает - там, мягко говоря, шумно. И ещё... Нас очень смущает диспозиция. Они на склоне холма, гряды. Сзади гвардейцы "Из леска черной цепью бежали гвардейцы."... а на что расчёт? На то, что у противника нет средств борьбы с танками? Да их без пехоты сожгут, и до мин не доберутся. Честно говоря, вообще непонятно, в чём смысл всего этого... этого... мероприятия.
– Пошли, – сказал Максим, твёрдо взял Гая и Зефа за плечи и повёл к крайней машине в первом ряду – угрюмой, пятнистой, с бессильно поникшим орудийным стволом.
– Подожди… – растерянно лепетал Гай, оглядываясь. – Мы же четвертая рота, мы же вон там, мы же во втором ряду…
– Иди, иди, – сердито сказал Максим. – Может быть, ты ещё и взводом покомандовать хочешь?
– Солдатская косточка, – сказал Зеф. – Уймись, мамаша……»
А что? Излучение уже работает? Бедный, бедный Зеф. Или… или Максим нам опять лапшу на уши вешает? Нет, мы помним, книга – документ. Но тут откровенная ложь. Если излучение не работает, то вся это болтовня вызовет только отторжение. Эффект будет обратный!
«Кто-то сзади схватил Максима за пояс. Максим, не оборачиваясь, попробовал освободиться –не удалось. Он оглянулся. За спиной, ухватившись цепко одной рукою, а другой вытирая окровавленный нос, тащился четвёртый член экипажа, водитель, уголовник по кличке Крючок.
– Ага, – сказал Максим. – Я и забыл о тебе. Давай-давай, не отставай…»
Хм-м… Тоже выродок? Почему не бьётся в конвульсиях? Или не выродок? Тогда почему ещё не в первом попавшемся танке? Вообще странно, сажать экипаж в случайную машину, когда никто не знает, как она себя поведет... Тут к легковушке-то привыкать надо, а танк – это не "лада-калина".
«Он с неудовольствием отметил про себя, что в суматохе забыл об этом человеке, которому по плану была отведена немаловажная роль. Тут грянули гвардейские автоматы, по броне с мяукающим визгом запрыгали пули, и пришлось согнуться и бежать опрометью. Забежав за крайний танк, Максим остановился.»
У-у-у-у… Знаете, когда стоишь на пистолетном упражнении, то регулярно получаешь осколками оболочки по телу. Даже гвоздь или камень в защитном валу может отправить оболочку в обратную сторону. А тут из автоматов по броне, когда вокруг люди, неприцельно… Трупов, может, и не будет, но… бр-р-р! Простите – крик души.
«– Мак! – заорал кто-то прямо в ухо. Максим обернулся. Перед ним стоял тот странно знакомый штатский в длинном плаще, но уже без шляпы. Массаракш… Квадратное шелушащееся лицо, красные отёчные глаза… Это же Фанк! На щеке кровавая царапина, губа разбита…
– Массаракш! – орал Фанк, стараясь перекричать шум. – Вы оглохли, что ли? Узнаете меня?»
А-а-а! Как так-то? Логика? Где ты?! Фанк должен был, обязан был появиться раньше! Да и потом, если излучение действует – Фанк корчится от боли. Если оно не действует – штрафники рвут и давят Гвардию. Опять же, если излучение не действует, то почему Фанк побит?
«Глаза у Фанка стали дикими. Он сунул руку под плащ, вытащил пистолет и направил ствол на Гая. Максим изо всех сил ударил его по руке снизу вверх, и пистолет взлетел высоко в воздух. Максим, сам ещё не совсем поняв, что произошло, задумчиво проводил его взглядом. Фанк согнулся, сунув повреждённую руку под мышку. Гай коротко и точно, как на занятиях, ударил его по шее, и он повалился ничком. Рядом вдруг возникли гвардейцы, ощеренные, потные после работы, осунувшиеся от бешенства.»
Хм-м… На глазах у Гвардии заключенные, избивают сотрудника… Не важно, сотрудника чего и кого, он прошел сюда по документам, у него «вездеход». Не машина, а бумажка, которая открывает все двери и проводит через любые посты. И что сделают эти «потные после работы, осунувшиеся от бешенства» ребята с заключенными? Правильно. Полоснут очередью, потому как это преступление – нападать на начальство.
«– В машину! – рявкнул Максим Гаю, наклонился и подхватил Фанка под мышки, Фанк был грузен и с трудом пролез в люк. Максим нырнул следом, получив на прощание удар прикладом по задней части. В танке было темно и холодно, как в склепе, густо воняло соляркой. Зеф оттащил Фанка от люка и уложил на пол.»
А ничего так у них танки, три члена экипажа и ещё пол свободный, на который можно уложить человека, оттащив его от люка. Впрочем… На Саракше всегда страдали гигантоманией. Интересно, почему? Для чего или для кого создавались эти танки? Вернее, по чьим чертежам?
«– Кто такой? – гаркнул он.
Максим не успел ответить. Крючок, долго и безуспешно терзавший стартер, наконец завёл машину. Все вокруг затряслось и загремело. Максим махнул рукой, пролез в башню и высунулся наружу. Между танками уже не было никого, кроме гвардейцев. Все двигатели работали, стоял адский рёв, густое душное облако выхлопов заволакивало склон. Некоторые танки двигались, кое-где из башен торчали головы, штрафник, высунувшийся из соседней машины, делал Максиму какие-то знаки, кривил распухшую, в синяках физиономию. Вдруг он исчез, двигатели взревели с удвоенной силой, и все танки с лязгом и дребезжаньем одновременно рванулись вперёд и вверх по склону.»
Ну, это не атомные танки, точно. А где цистерны с топливом? Где техники, ремонтные машины… Ладно, пустое. Наше мнение такое:
Фанк объявился раньше, получил по голове и был тупо похищен, отсюда и повреждения на лице. Всё это было сделано до начала действия излучения, иначе ни Фанк ни Зеф до танка просто не добрались бы. Да и Крючок – мехвод, явно не выродок. В случае воздействия излучения он вел бы себя совсем не так, как описано. Очевидно, что Максим врёт. Короткого единовременного внушения недостаточно для того, чтобы сломать установки, взращиваемые годами, их недостаточно даже для того, чтобы сломать Гая.
И тут мы возвращаемся к Максиму и его подготовке. Ранее мы уже отмечали, что он мастерски подлизывается и вообще подозрительно себя ведёт. И вот теперь всё всплыло. У него явно есть спецподготовка, потому что одними лозунгами так Гая он не смог бы обработать за относительно короткий период времени. Подобная обработка всегда структурирована и проработана. Она основывается на правде и полуправде, собственно, в интерпретации фактов и кроется суть подобной манипуляции. Вспомните – да не уподобимся! – того же Резунчика с кастрированными фактами. Такие методики применяют для пропаганды, при вербовке, при заманивании в секты и тому подобного. Для того, чтобы использовать такие приемы, надо, чтобы или ложь была твоей профессией, или по натуре ты был таким вот лживым манипулятором. Но Максим из ГСП – коммунар, от одной мысли о вранье у него должна подкатывать к горлу тошнота. Нет, мог, конечно перековаться на Саракше, но опыт и знания откуда?
Иными словами, всё сказанное в этом эпизоде – ложь. Это легенда, которую преподносит Максим. Кому? Для чего? Надеемся, позже это станет ясно.
На сегодня пока всё.