#Фентези
Тёплые вечерние сумерки опустились на величественный Мерсис, столицу Каидорской империи. На улицах царит веселье, играет музыка и слышится счастливый смех. Совсем недавно армия одержала победу, и это прекрасный повод для праздника.
На балконе императорского дворца, в лёгком плетёном кресле, задумчиво покачивая в руке фужер из удивительно тонкого стекла, сидит седовласый старик. Белоснежная тога и богатая, покрытая вышивкой, синяя мантия, скреплённая на плече золотой фибулой, выдают в нём богатого человека, а цепкий взгляд умных глаз и руки с массивными перстнями — вельможу, привыкшего повелевать.
Впрочем, и богатства, и власти у Его Величества императора Кира хоть отбавляй. Казна полна, а имперские легионы по одному движению брови повелителя сметут любого врага.
Он прожил длинную жизнь, стараясь быть хорошим императором и неплохим человеком. И, кажется, у него получилось.
За время правления Кира в империи исчезли голод и засухи, и всё потому, что угрозами, подкупом, и убийствами самых непонятливых, император сумел заставить магов и торговцев работать на страну. Смертельный враг империи — племена хоргов, веками наводившие ужас на южные провинции, уничтожены, просто вырезаны. Армия не щадила никого, не брала в плен, не обращала в рабство. Теперь на южных границах спокойствие. Никто не убивает его подданных, не сжигает города, не вырезает деревни.
Руки Его Величества в крови, но империя жива и стала ещё сильнее. Хотел ли он полного истребления хоргов? Нет. Доставило ли ему это удовольствие? Тоже нет. От императора требовалось решить задачку на выживание, и он справился. Жрец всеблагих недавно сказал, что если он покается во грехах… Боги, какой идиот. Император отпил глоток и улыбнулся. Вино в покрытой пылью бутыли, почти закончилось, как и жизнь Кира. А вместе с жизнью уйдёт и болезнь, так мучившая последние годы. Где-то в глубине души, Его Величество даже рад этому. Он многое видел и многое сделал и нисколько не жалеет о прожитых годах. Он готов.
Резко повеяло запахом жасмина и почему-то моря. — «Убийца? В последний вечер? Боги умеют шутить».
— Позволь присесть, о великий — женский голос, раздавшийся рядом, был приятным, словно журчание ручья.
Повернув голову, император увидел прекрасную незнакомку, в переливающемся сине-зелёном платье. — «Хм… И стража не реагирует. Как она прошла? Хотя… Не всё ли равно».
— Спасибо за столь лестную оценку, прекрасная?
— Меня зовут Эври, Ваше Величество. О вашей мудрости ходят легенды.
— О мудрости? Скорее о жестокости. Хотя право же, спасибо. Мне приятно. А как вы?
— Прошла сквозь стражу? У всех есть маленькие секреты. Вот вы, например, никому не сказали, что решили уйти. Яд в вине. Позвольте поинтересоваться, зачем? Неужели боль столь сильна?
Император усмехнулся. В любой другой день он бы уже позвал стражу, в любой другой. Но не в этот: — Это тяжело объяснить.
— А вы попробуйте.
— Боль сильна, но можно ещё побороться. Причина в другом. Я начинаю делать ошибки. Их не видят другие, но вижу я. Пора уходить.
— Почему яд, и почему сегодня?
— Предсказание. Когда-то давно, когда я был ещё безусым мальчишкой, принцем, мне нагадали смерть в этот день. Так почему бы и нет. Хочу, чтобы запомнили могучего императора, а не жалкого побеждённого болезнью старика.
— Вас запомнят великим государем, я знаю.
— Скорее жестоким тираном. Но спасибо, мне приятно. Позвольте поинтересоваться, что привело вас? Деньги, титул, что-то ещё?
Гостья звонко расхохоталась, глядя на императора.
— Титул? Мне? Спасибо, этот вечер уже прошёл не зря. А я не верила. Нет, Ваше Величество, мне нужно от вас кое-что другое. Совет.
— Такой прекрасной женщине и всего лишь совет. Ну что же, я к вашим услугам, милая Эври — сделав небольшой глоток отравленного вина, Кир приготовился слушать свою гостью.
— Возможно, вы уже успели понять, что я не человек. В моей власти многое. Такое, что вы даже не можете себе представить. Но...Но я чувствую, что остановилась и в своём развитии, и в жизни, и вообще. Всё надоедает и теряется вкус. Вам знакомо такое?
— Да, более чем.
— День за днём, уже долгие века проходят серо и постыло.
— Века? Хм… Что ж, простите, что перебил, продолжайте.
— Века, Ваше Величество, века. Всё надоело. Но появился он.
— Мужчина?
— Он, добрый и хороший, а ещё вредный и хитрый как змей. И меня к нему тянет, понимаете?
— Вполне.
— В его глазах безумная нежность и сжигающая страсть, и я боюсь.
— Чего же?
— Вы не понимаете. Мы не люди. В буквальном смысле. Силы наши велики, и наш союз может породить что то, чего мы не знаем, прекрасное либо ужасное. Я боюсь и не знаю, что делать — в глазах гостьи была тоска и мольба. Мольба о помощи.
Император посмотрел на юную девушку, что говорит о веках, как о паре недель. Повертел в руках бокал и наконец, собравшись с мыслями, ответил.
— Милая Эври, вы скрасили мой вечер. Спасибо вам за это и позвольте помочь. Много лет назад, могущественная ведьма сделала предсказание о моей жизни и смерти, и почти всё сбылось. А если умру сегодня, то сбудется точно всё. Так вот, она тогда добавила фразу, которую я все эти годы понимал неверно: «Помни, последнее желание императора будет исполнено». Смешно. Я столько ломал над этим голову. Долго думал над последним желанием, даже краткую речь набросал. А всё просто. Всё так просто.
Его Величество сделал последний глоток и продолжил.
— Эври, я желаю, чтобы у вас родилась девочка, самая замечательная и красивая во всём свете. И не переживайте, всё будет хорошо. И вот ещё что — Кир расстегнул фибулу на груди и протянул мантию гостье.
— Возьмите. Это мой подарок вашей дочери. Укройте её моей мантией от холода и палящего солнца и повесьте ей над люлькой фибулу, когда-то с ней точно так же играл мой сын, теперь пусть послужит вам. Не переживайте, всё будет хорошо, слово императора. Единственная просьба. В нашем старом наречии есть слово, означающее любовь и гордость…
Его Величество склонился к девушке и зашептал ей на ушко, как будто их мог услышать кто-то ещё. Потом выпрямился и продолжил: — Собирается дождь, не сидите со стариком, идите к тому, кто волнует ваше сердце.
— Спасибо, Ваше Величество – улыбнувшись, Эври ушла, оставив запах жасмина и моря.
Кир смотрел на столицу, тонущую в сумерках, и улыбался, всё было так просто и правильно. Радость наполняла его старое измученное сердце.
Над столицей сгущались тучи, накрапывал дождь, начиналась гроза. Империя готовилась оплакать своего господина.
***
В мягкой уютной тьме, в колыбельке, лежала маленькая девочка. Заботливо укрытая императорской мантией, она тянула ручки к золотому кругляшу, висящему над люлькой, и улыбалась.
Над колыбелькой склонились двое.
— Такая спокойная, точно не в тебя.
— И не в тебя, сумасшедший.
— Надо всё-таки придумать имя нашей дочери.
— Оно уже есть, император сказал, что на их древнем языке это означает любовь и гордость.
— Эвринома, ты, наконец, скажешь, как зовут мою дочь?
— Скажу, конечно, скажу. Если будешь себя хорошо вести. Ай!
— Вот тебе несчастная, быстро признавайся!
— Её зовут Земля.