Случается, что подлинные страницы истории напоминают авантюрный роман. К таким ярким эпизодам относится борьба, развернувшаяся вокруг наследства участника революции 1905 года, члена РСДРП, Николая Шмита. Здесь было все – любовь и разлука, интриги, вражда и примирение...
Намного предыстории
Николай Павлович Шмит был наследником богатого московского промышленника и в 21 год стал полноправным владельцем мебельной фабрики на Пресне. К тому времени молодой человек уже был охвачен революционными идеями: ввел на своем предприятии 9-часовой рабочий день вместо 11-часового, повысил рабочим зарплату, открыл для них амбулаторию и специальные общеобразовательные курсы. Разделяя революционные идеалы Николая, его дядя, крупный предприниматель Савва Морозов взял юношу под свое крыло. Благодаря Морозову Шмит познакомился с Максимом Горьким и революционером Николаем Бауманом, с его помощью выкупил у своих несовершеннолетних сестёр и брата их долю отцовского наследства. Вскоре фабрика Шмита становится настоящим революционным штабом: готовит кадры, закупает оружие, изготавливает бомбы и агитационные листовки, планирует строительство баррикад. Сам Шмит вместе с соратниками овладевает навыками стрельбы и уличного боя. Усилиями молодого фабриканта Пресня навсегда вошла в историю революции как центр Декабрьского вооруженного восстания 1905 года. Однако правительственные войска все же оказались сильнее. Несмотря на неприступные баррикады, под напором артиллерийского огня фабрика была разрушена, а сам Николай Шмит арестован. Год спустя революционер умер в одиночной камере Бутырской тюрьмы насильственной смертью при невыясненных обстоятельствах. Незадолго до гибели он успел передать своим сестрам последнюю волю – все свое состояние он завещает на борьбу с самодержавием...
Богатые наследницы
Согласно сообщению департамента полиции от 13 июня 1908 года, наследство Николая Шмита составило около 500 тысяч рублей. По закону эти деньги должны были разделить между собой в равных долях его сестры Екатерина и Елизавета и 15-летний брат Алексей, однако последний от своей доли отказался. По версии все того же департамента полиции, решение младшего брата Шмита было принято под давлением, однако явных доказательств тому не приводится. Так или иначе, наследство бывшего фабриканта сестры Екатерина и Елизавета делят между собой. Будучи, как и покойный старший брат, революционерками со стажем, наследницы выражают полную готовность передать полученные деньги Большевистскому Центру. Однако все оказывается не так просто.
«Брак по расчету»
Главная проблема заключалась в том, что Николай Шмит не оставил письменного завещания, и таким образом претензии представителей ЦК РСДРП на его наследство оспаривались их оппонентами, настаивавшими на передаче средств в центральную общепартийную кассу. Кроме того, младшая сестра Николая, Елизавета, была несовершеннолетней и не могла свободно распоряжаться своей долей наследства. Легальную передачу денег Большевистскому Центру решили обеспечить через узы Гименея.
К тому времени у обеих сестер завязались романтические отношения с соратниками по партии: избранником Екатерины стал большевик Николай Адамович Андриканис, а Елизавета отдала свое сердце доверенному лицу Ленина Виктору Константиновичу Таратуте. Однако если первые без труда сочетались законным браком, второй паре узаконить свои отношения не удавалось – Таратута находился в России на нелегальном положении. Стремясь как можно скорее исполнить волю брата, Елизавета, уже будучи фактической женой Таратуты и нося под сердцем его ребенка, согласилась на фиктивный брак с другим членом большевистской партии, Александром Игнатьевым. «...Выбор пал на меня, так как мое социальное положение (отец мой был действительный статский советник, и мы владели недвижимой собственностью в Финляндии) не могло вызвать никаких подозрений у правительства», – пояснял впоследствии сам Игнатьев. Так половина наследства фабриканта перешла к большевикам.
Неожиданное препятствие
Со второй же частью наследства у большевиков возникли непредвиденные проблемы. После свадьбы с Екатериной Шмит Николай Андриканис передумал отдавать все деньги партии. Возникший спор был передан в третейский суд социалистов в Париже, собравшийся летом 1908 года. Тяжба закончилась мирным соглашением: деньги старшей сестры были поделены поровну – половина осталась у нее, половина была передана на нужды большевиков. Всего РСДРП получила в наследство от Шмита около 280 тысяч рублей. По подсчетам историков, эти деньги позволили партии большевиков продолжать свою деятельность, как минимум, до 1914 года.