Один человек рассказал мне:
«Я купил станок, который скрипит, как будто молится.
Формы холодные, как ладони мертвеца.
А фитиль — будто из душ, а не из ниток».
Я спросил: где ты это взял? Он сказал: у Маузера. Если ты никогда не делал свечи — тебе будет сложно объяснить, почему человек может сидеть в холодном гараже, ночью, и капля за каплей вливать в форму воск. Не ради денег. Не ради лайков. А потому что надо. Потому что кто-то купит эту свечу, поставит её перед иконой, и в этот момент она загорится не только снаружи, но и внутри. Церковные свечи — это не про «воск + фитиль». Это про контакт с чем-то большим. Это маленький факел веры, который может стоять на аналое, в больничной палате, в доме, где больше нет мамы, в монастыре, где больше нет времени. Такую свечу невозможно сделать из подручных материалов с маркетплейса. Для неё нужны другие инструменты, другие руки и другой смысл. Обычно человек начинает так: — «Куплю силиконовую форму на Wildberries — недорого же».
— «Залью деш